Ещё

Процедура и публичный порядок: главные аргументы «Газпрома» против «Нафтогаза» 

Фото: finobzor.ru
Несмотря на показную уверенность украинской стороны, «Газпром» и Россия приложат все усилия для того, чтобы отменить несправедливое решение, которое вынес Стокогольмский арбитраж по спору с «Нафтогазом» — считает заведующий кафедрой международного права МГУ, кандидат юридических наук Алексей Исполинов.

Заявления Петренко пока преждевременны

Напомним что министр юстиции Украины Павел Петренко заявил, что у него есть уверенность, что у «Газпрома» нет шансов избежать выплаты 2,56 млрд долларов по второму решению Стокгольмского арбитража.
При этом «Газпром» со своей стороны признал этот долг, присужденный Стокгольмским арбитражем, но отказался его выплачивать до тех пор, пока компания не исчерпает всех инструментов для отстаивания своей позиции.
Это логичное решение со стороны «Газпрома», учитывая, что коллегия шведских арбитров намеренно разделила данный спор, чтобы по одному вопросу пойти на уступки Украине, а в другом отказать в аналогичных требованиях России.
Ведь изначально было понятно, что требование «Газпрома» по принципу «бери и плати», как минимум, уравновешивает претензии Украины по обязательным объемам транзита российского газа в Европу. Тем более, в рамках принципа «бери или плати» в договоре от 2009 года указаны границы штрафов, а по объемам транзита газа какой-либо конкретики не существует.

Россия не подавала апелляцию на решение Стокгольмского арбитража

Все это и стало причиной того, что «Газпром» в лице своего руководителя Алексея Миллера назвал решение Стокгольмского арбитража политическим и несправедливым и пошел на разрыв всех существующих контрактов с «Нафтогазом».
Заведующий кафедрой международного права МГУ, кандидат юридических наук Алексей Исполинов в разговоре с ФБА «Экономика сегодня» отметил, что в прессе неправильно называют текущие действия «Газпрома» апелляцией.
«Все сегодня говорят, что Россия подала апелляцию на решение Арбитража, но это неправильно. Дело в том, что перед нами международный коммерческий арбитраж, который базируется на договоре между «Газпромом» и «Нафтогазом», т.е. двумя коммерческими предприятиями. Просто, когда есть контракт между двумя предприятиями разных государств, возникает вопрос, а где рассматривать спор между ними, если он вдруг случится», — констатирует Исполинов.
Рассмотрение подобных вопросов внутри определенной национальной юрисдикции обычно не приветствуется спорящими субъектами, поэтому и появился данный правовой институт международного коммерческого арбитража.

Арбитражное разрешение таких споров является неоднозначным

«Спорящие стороны здесь сами создают арбитраж, сами назначают арбитров, сами им платят и договариваются между собой, что его решение будет окончательным и не подлежит обжалованию», — заключает Исполинов.
Именно такая оговорка помещена в контракт между «Газпромом» и «Нафтогазом», но здесь нельзя забывать про то, что когда наша компания заключала это соглашение, она просто об этом не думала. Тема более, когда такая практика появилась, а это где-то семидесятые годы, все думали, что споры по таким контрактам будут, в любом случае, решаться путем переговоров.
«При этом, в конце нулевых года данная контрактная оговорка вдруг начала «оживать» в международном праве, в результате чего, возникло большое количество вопросов. Например, на сегодня не существует какой-либо внятной практики, из-за чего совершенно непонятно, на чью сторону встанет арбитраж. Это мы видим и по данному разбирательству, когда арбитраж в одном споре стал на одну позицию, а в другом — на совершенно другую, что в итоге и вызвало все подобные кривотолки», — резюмирует Исполинов.
Эта проблема усугубляется еще и тем, что все такие споры рассматриваются совершенно разным составом арбитров.

Решение арбитража можно аннулировать

«Поэтому в другом таком споре этих арбитров уже не будет, и это само по себе только подтверждает неоднозначность всех таких трактовок. В результате, «Газпром» и любые другие стороны столкнулись здесь с тем, что устойчивой практики по разрешению данных споров в мире не существует, что и открывает дорогу к странным решениям», — констатирует Исполинов.
Просто один спор рассматривают одни три человека, а другой — другие три человека, которым предыдущее решение не указ.
«Что касается участия государства в этих спорах, то оно носит косвенный характер. В первую очередь, перед нами спор двух хозяйствующих субъектов, в котором государство присутствует опосредованно. Ведь, несмотря на окончательность данного решения, его можно оспорить в национальном суде страны, где оно было вынесено — не просто так, а на основании национальных положений о международном коммерческом арбитраже», — заключает Исполинов.
Такие положения есть в каждой стране, включая Россию и Швецию, но это не классическая апелляция, когда стороны просят пересмотреть спор по существу, поэтому здесь «Газпром» делает прошение аннулировать изначальное решение.

Россия не требует пересмотреть спор по существу

«Мы считаем, что Арбитраж превысил здесь свою компетенцию, а само решение противоречит нормам публичного порядка Швеции, но, в то же время, «Газпром» не просит пересмотреть спор по существу, поскольку он уже рассмотрен. Так что, мы здесь можем только просить аннулировать решение Арбитража так же, как и в деле «ЮКОСа», — констатирует Исполинов.
Тогда российская сторона обратилась в голландский суд с требованием отменить решение Коммерческого арбитража в Гааге на том основании, что он не имел права выносить его в отношении российской стороны. Тогда голландский суд согласился с доводами России и отменил решение Арбитража в Гааге.
«Кстати говоря, у «Газпрома» и России уже есть опыт разбирательств в шведском суде — несколько раз там были отменены решения местных арбитражей, в том числе, и по искам миноритарных акционеров «ЮКОСа», — резюмирует Исполинов.
Мы в данном случае выбрали именно этот путь, и будем настаивать на отмене решения Стокгольмского арбитража.

«Нафтогазу» будет очень сложно реализовать решение Арбитража

«Второй стороной этого вопроса является то обстоятельство, что если мы откажемся платить, а все идет именно к этому, то украинцы могут пойти в любой национальный суд страны, где есть собственность «Газпрома» для исполнения решения Арбитража в Стокгольме по Нью-Йоркской конвенции 1958 год, в которой участвуют, как Россия, так и Украина», — заключает Исполинов.
При этом, в данную «бодягу» уже попадал «ЮКОС», который, несмотря на наличие решение Арбитража в Гааге, «сунулся» в национальные юрисдикции, где просто завяз в огромном количество споров с российской стороной.
«Ведь национальный суд перед тем, как исполнить решение Международного коммерческого арбитража, должен его признать, и вот здесь у заявителя сразу всплывает огромное количество проблем», — констатирует Исполинов.
В ситуации с «ЮКОСом» мы «уцепились» за то, что решение Арбитража в Гааге противоречит публичному порядку, что свело на нет все многочисленные разбирательства по этому поводу, которые были в национальных юрисдикциях. Ведь, где только «ЮКОС» не пытался исполнить это решение — в Бельгии, во Франции, в США, но везде натыкался на эффективный отпор.
«Ведь с момента вынесения решения по делу «ЮКОСа» до момента его отмены прошло два года, и все это время Россия блокировала его исполнение в рамках национальных юрисдикций по процедурным доводам», — резюмирует Исполинов.
То же самое будет и здесь — юристы, конечно, озолотятся, но очень вероятно, что у «Нафтогаза» ничего не выйдет.
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео