РИА Новости 21 июня 2016

Первый вице-президент Газпромбанка: Африка интересна российскому бизнесу

Несмотря на сложную ситуацию на мировых финансовых рынках и ценовую депрессию в сырьевом секторе, компания Petrozamora — совместное нефтедобывающее предприятие Газпромбанка, третьего по величине активов банка в России, и венесуэльской государственной нефтяной компании PDVSA — заработала для акционеров более 830 миллионов долларов дивидендов. О работе этого проекта и других направлениях деятельности банка в интервью РИА Новости на площадке Петербургского международного экономического форума рассказал первый вице-президент Газпромбанка, управляющий директор GPB Global Resources, работающей в странах Африки, Южной Америки и Ближнего Востока, Борис Иванов.
— Инвестиции Газпромбанка в венесуэльскую «дочку» Petrozamora очень положительно сказались на финансовом результате банка. Планируете ли вы наращивать инвестиции в Petrozamora или же, наоборот, сокращать? В каком объеме?
— Это действительно значимый проект и для нашей компании, и для нашего акционера — Газпромбанка. Действительно, в прошлом году результаты нашего совместного предприятия Petrozamora, где у Газпромбанка 40%, имели достаточно большое положительное значение для итоговых результатов по году всей группы Газпромбанка.
Мы планируем этот бизнес развивать. В прошлом году мы получили от венесуэльской стороны второй актив, заплатили бонус за подписание. В этом году мы ведем работу над интеграцией этого большого актива в наши совместные предприятия.
Предприятия функционируют достаточно успешно. Мы добываем около 130 тысяч баррелей нефти в сутки, и ресурсная база очень большая — это 4,3 миллиарда баррелей категории P1, то есть это извлекаемый запас. Понятно, что ситуация на мировых финансовых рынках затрагивает всех: и большие компании, и маленькие — такие, как наша.
Мы все в одной лодке находимся, отслеживаем тенденции, тренды мировые.
Мы согласовали с банком и провели определенные мероприятия по оптимизации наших капитальных, операционных затрат в Венесуэле, но тем не менее бюджеты, которые нам банк утвердил, вполне достаточны, чтобы успешно пройти эти непростые времена волатильности цен. Нам кажется, с этой задачей мы должны справиться, и, может быть, по этому году результаты не должны быть хуже, чем в следующем.
— Если говорить про деньги, то о каких суммах идет речь?
— По прошлому году компания Petrozamora наработала для своих акционеров более 830 миллионов долларов дивидендов, которые не просто были задекларированы, но и были начислены нашим партнерам венесуэльским, и нам, как акционеру. То есть 40% можно легко посчитать — это очень значительная сумма.
— Если говорить о прогнозе на текущий год, то будет рост этой суммы?
— В прошлом году мы вторую половину года находились в ценовой депрессии: цена была 29-30 долларов за баррель, на нашу нефть по крайней мере. Сейчас вы знаете, где цены. Мы надеемся, если такой тренд сохранится, если динамика положительная не изменится, то, наверное, будет, может быть, даже более высокий финансовый результат.
— GPB Global Resources ранее подписала соглашение о разделе продукции с властями Эфиопии, согласно которому GPB Global Resources в течение семи лет сможет вести разведку на лицензионном участке Афар, а затем, в случае успеха, в течение 25 лет добывать там нефть. В какой стадии сейчас этот проект? Во сколько оценивается объем инвестиций? Привлекались ли какие-либо сторонние партнеры в проект?
— Проект прошел очень важную стадию. Мы завершили работы по отстрелу сейсмики 2D, более 10 миллионов долларов потратили на это. Сейчас идет интерпретация сейсмических данных, которые позволят нам определить перспективность тех или иных участков. На это потребуется около полугода. После интерпретации этих данных будет принято инвестиционное решение, что делать дальше с этим проектом.
Пока речь не идет о привлечении сторонних инвесторов в этот проект, поскольку надо понять, что мы маркетируем. Сейчас ведется целиком работа внутри компании. Конечно, в любом проекте разделение рисков — это хорошее дело, и мы и в этом проекте готовы к сотрудничеству с теми, кто проявит интерес к этому направлению деятельности в Эфиопии.
Эфиопия в целом интересная страна. Мы смотрим и ищем другие проекты. Население страны составляет 90 миллионов человек и продолжает расти. Очень большой потребительский рынок, как бы это необычно не звучало. Очень большая ниша для российских компаний, которые занимаются поставками продуктов питания, сервисными услугами.
Когда говоришь Африка, у всех ассоциации: либо нефть, либо молибден, золото или другие сырьевые позиции — это все инвестиции на сотни миллионов, если не миллиарды долларов. А эффективность бизнеса может быть очень высокой при достаточно скромных инвестициях. Эфиопия, на наш взгляд, это интересный пример возможного прибыльного бизнеса для наших партнеров и клиентов, когда небольшие вложения позволяют давать колоссальный результат.
— Если говорить о других проектах, в каком направлении компания хотела бы развиваться?
— Пока не хотел бы конкретизировать. Мы изучаем несколько направлений деятельности, связанных и с горно-минералогическим потенциалом Эфиопии, а есть что посмотреть — есть и по золоту наработки, и другие проекты.
Мы не считаем себя нефтяной или горно-минерологической компанией, мы — некое венчурно-инвестиционное подразделение, и если будут интересны проекты в других каких-то областях, ну например в сельском хозяйстве, мы готовы либо самостоятельно изучить, либо предложить кому-то из наших партнеров в регионах.
— У GPB Global Resources есть и другие проекты в Африке на разной стадии реализации: золоторудные месторождения Barila в Мали (прогнозные минеральные ресурсы — 1 миллион унций) и Ganboke в Чаде. На какой стадии сейчас эти проекты? Где планируется реализовывать продукцию?
— Проекты в Мали и Чаде интересные, перспективные. Мы сейчас проводим анализ тех данных, которые мы собрали по горно-минералогическим работам, что требует дополнительного анализа, после чего будут приниматься те или иные решения.
В Мали однозначно есть золото, пока дисперсное, надо понять, насколько будет эффективна промышленная разработка. Есть альтернативный вариант — разработка может быть не промышленной, а опытно-промышленной. То есть меньшие затраты, меньший выход золота, но и большая эффективность при его добыче. Мы сейчас изучаем различные варианты.
То же самое по Чаду, а также по Нигеру. Это тоже очень известная для нас точка — первый наш горно-минералогический проект. Хорошее месторождение — «Тулук-2» и «Тулук-4». Это является геологическим продолжением одного из крупнейший месторождений Имурарен, которым владеет компания AREVA — лидер на рынке добычи урана.
На наш взгляд, это крайне перспективное месторождение, не только с хорошим урановым содержанием, но есть редкоземельные металлы, проявления по меди, то есть это может быть такой комплексный проект.
Геологоразведка — дело не быстрое, поэтому мы ее продолжаем.
— На какой горизонт вы закладываете инвестиции?
— Мы общаемся с коллегами по бизнесу, кто занимается и ураном, и золотом, в России и за рубежом. У нас нет задачи добывать 100 тонн золота в год, но есть задача деньги акционера прибыльно вложить, получить некий результат и монетизировать этот актив. Если будут предложения, мы всегда будем готовы их рассмотреть, но чтобы продукт правильно продать, его необходимо красиво упаковать. Сейчас мы этим занимаемся.
— Во сколько оцениваются вложения в проект в Нигере?
— Геологические затраты составили около 15 миллионов долларов. В принципе, горно-минералогический бизнес не такой интенсивный с точки зрения капитальных затрат, как разведка на нефть и газ. С 10-15 миллионами долларов можно добиться очень неплохих результатов, если говорить о процентной доходности. Мы надеемся, наш проект в Нигере будет именно таким.
— За какой срок планируете окупить вложения в эти проекты?
— Есть практика определенная — если все сложилось, звезды легли и вам повезло, наверное, можно говорить о горизонте трех лет. Это самый реальный, приближенный горизонт, все что раньше — это из области фантастики, все что позже — это нормально, есть и пять, и шесть лет. Все зависит от поставленных целей.
Безусловно, существуют вопросы с геологическими рисками, с политическими — в этом плане ни одна страна мира не является исключением. Мы эти риски считаем, понимаем в тех странах, где мы работаем, и с холодной головой идем в эти проекты.
Есть риски привлечения инвестиционного ресурса, потому что не просто убедить партнеров вкладывать финансовые ресурсы в такие проекты. Мы это делаем как за счет Газпромбанка (в Нигере), так у нас есть и инвесторы, которые участвуют в других проектах.
Комментарии
Читайте также
Путин дал Меркель обещание по «Северному потоку — 2»
577
Украина проиграла «Северному потоку — 2»
268
Китай отказался вести какие-либо переговоры с США
45
Минфин собрался поднять налоги для нефтяников
1
Последние новости
Хитрый план провалился: ГРУ не смогло спасти Британию
Пожилая американка из мести поймала и убила трехметрового аллигатора
США признали, что не могут остановить поток миллиардов в Россию