Ещё

К чему идет банковская система России 

Фото: Reuters
Государство тратит триллионы рублей на поддержку проблемных банков, но все эти средства уходят как в черную дыру.
Российская банковская система, ставшая к настоящему времени на 70% государственной и получившая уже 3,2 триллионов рублей на поддержание жизнеспособности, продолжает обрастать проблемными активами, заявил руководитель группы рейтингов финансовых институтов Кирилл Лукашук.
По его данным, после 2014 года объем безнадежных кредитов на банковских балансах вырос в 2,4 раза — до 3,8 триллиона рублей.
За три последние года в категорию «безнадежных» попали кредиты на 2,2 триллиона рублей (68% от закачанной в банки суммы) — такая сумма ушла из банков в виде займов, возврат которых признан невозможным.
Это деньги, которые выдавались банкам на санацию других банков, напрямую заливались в капитал проблемных кредитных организаций и в виде кредитов шли в фонд АСВ, пополнение которого полностью легло на печатный станок.
При этом у всех заемщиков, которые вышли в категорию проблемных, финансовое положение не восстанавливается, а делается только хуже.

По ком звонит звоночек

Токсичность существующих взаимоотношений внутри финансовой системы лучше всего проявляется в том, что банки в последние годы опасаются выдавать длинные кредиты, сосредотачиваясь на overnight — «точечных» (на срок в несколько дней) — займах. Для банковского сообщества в целом это тревожные звоночки, говорит замдиректора центра «Банки и кредитная политика» Анатолий Бажан.
«Если клиенты уходят из проблемного банка Х, то значительная часть из них не будет погружаться в аналитику и выяснять, что банк Y проблем не имеет. Как паршивая овца портит все стадо, так и крах одного крупного банка бросает тень на всю банковскую систему страны в целом. И клиенты разорившегося банка в массе своей, обжегшись на молоке, будут дуть на воду, а именно — будут хранить свои сбережения под подушкой», — поясняет эксперт.
Поэтому трудности одного банка немедленно отзываются на положении дел во всех прочих банках — срабатывает психологический эффект домино. И «неслыханная щедрость» ЦБ, который по сути заливает огонь керосином, объясняется именно попыткой не дать упасть самой первой доминошке, которая неизбежно подтолкнет цепную реакцию.
«Ведь банки дают друг другу кредиты. ЦБ же будет не в состоянии заменить собой рынок межбанковского кредитования, если с этого рынка в короткий срок уйдут не один-два участника, а целая группа», — подчеркивает он.
Возникает замкнутый круг: с одной стороны, ЦБ санирует банки с целью оздоровления финансовой системы в целом. С другой, такие действия провоцируют клиентов банков не сидеть сложа руки, дожидаясь, не станет ли именно «их» банк — какой-нибудь вполне себе благополучный банк — следующим в списке регулятора.
Тем не менее, за последние пять лет лицензии были отозваны у 343-х банков.

А кому какое дело

Несмотря на потрясающие воображение суммы, которые ЦБ вливает в коммерческие банки, чтобы те держался на плаву, это не означает, что все эти миллиарды рублей будут отняты у других субъектов экономики России, говорит замначальника аналитического департамента Ассоциации российских банков Сергей Пенкин.
«Есть два канала, по которым распределяются финансовые ресурсы государства. Первый — это бюджет, который складывается из налоговых поступлений и прочих статей доходов. Второй — это суверенная эмиссия Центробанка, за которую он по Конституции никому отчитываться не обязан — как кредитор последней инстанции. И эмиссия ЦБ по объему может быть сопоставима или даже превосходить объемы, заложенные в федеральный бюджет», — сказал он «Ридусу».
Иными словами, те миллиарды, которые ЦБ передает комбанкам, не отбираются у учителей, врачей и прочих бюджетников, — их банк России печатает отдельно. И хотя это несет риск подстегивания инфляции, линейной зависимости здесь тоже нет.
«Канал финансирования «Центробанк — прочие банки» в значительной мере работает по «замкнутому циклу»: эти миллиарды не выплескиваются в экономику — во всяком случае, в таких объемах, чтобы это заметно повлияло на инфляцию. Это целевая эмиссия, предназначенная для поддержки самой банковской системы», — говорит эксперт.
В качестве примера он приводит 2008—2009 годы, когда Банк России предоставил банковской системе ликвидности в размере нескольких триллионов рублей. А инфляция по сравнению с 2007 годом не только не выросла, а снизилась в 2009-м, с 13 до 8,8%.
«То есть в теории такие вливания могут давать серьезный инфляционный всплеск, но на практике это не всегда так очевидно», — подытоживает Пенкин.
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео