Эксперт оценил влияние ближневосточного конфликта на позиции РФ на энергетическом рынке
Директор по исследованиям Института энергетики и финансов (ИЭФ) Алексей Белогорьев в разговоре с Рамблером прокомментировал прогноз о многомесячном восстановлении нефтяного экспорта из стран Персидского залива после завершения войны на Ближнем Востоке, а также рассказал, как конфликт вокруг Ирана скажется на позициях России на мировом энергетическом рынке.
Ранее Bloomberg сообщил, что для восстановления нормального уровня экспорта нефти из стран Персидского залива после окончания войны США, Израиля и Ирана могут потребоваться месяцы. Источники издания отметили, что возобновление поставок еще больше замедлится, если Иран или его ставленники попытаются нарушить судоходные маршруты после того, как президент США Дональд Трамп объявит о победе.
Анализируя прогноз о многомесячном восстановлении нефтяного экспорта из Персидского залива, Белогорьев отметил, что такие оценки могут быть излишне пессимистичными. По его мнению, реальные сроки окажутся существенно короче — при условии стабилизации обстановки.
Сценарий, при котором на восстановление нормального уровня экспорта нефти из стран Персидского залива после завершения конфликта потребуются месяцы, я считаю довольно алармичным. На практике сроки могут оказаться существенно короче. Во‑первых, сама по себе добыча на нефтегазовых предприятиях региона способна восстанавливаться довольно оперативно — обычно этот процесс занимает 2–4 недели. Инфраструктурные и геологические условия стран Персидского залива позволяют достаточно гибко регулировать объёмы добычи в зависимости от ситуации. Во‑вторых, в регионе накоплены значительные запасы нефти — хранилища пока заполнены не до конца, но объёмы существенны. Это значит, что в период, пока идёт постепенное восстановление добычи, можно будет задействовать уже имеющиеся запасы. Такой подход позволит сгладить возможные перебои в поставках и поддержать экспортные объёмы на приемлемом уровне. Исходя из этих факторов, я не думаю, что процесс растянется на месяцы. Скорее, речь идёт о сроке в одну‑две недели, максимум — месяц‑полтора. Однако здесь важно сделать оговорку: эти прогнозы справедливы при условии, что ситуация не будет усугубляться. Если конфликт затянется и уровень добычи продолжит снижаться, а не стабилизируется, то сроки восстановления действительно могут увеличиться — в таком случае на возвращение к нормальным показателям экспорта может уйти значительно больше времени.
Алексей БелогорьевДиректор по исследованиям Института энергетики и финансов (ИЭФ)
Эксперт подчеркнул, что текущие высокие цены на нефть во многом обусловлены геополитической напряжённостью. После завершения конфликта ожидается постепенная коррекция котировок — хотя и не одномоментная.
«Сейчас на рынке сложился ценовой пузырь: справедливая цена без геополитического фактора составляет 60 - 65 долларов за баррель Brent, а текущие цены колеблются между 85 и 95 — это премия за войну. Как только военные действия закончатся, цены пойдут вниз: довольно быстро снизятся до 70 - 75 долларов за баррель, а в течение месяца вернутся на уровень ниже 70. Во второй половине года, если конфликт завершится, цены продолжат снижаться ближе к 60 долларам за баррель. Долгосрочно на рынке сохраняется избыток предложения — текущий дефицит из‑за перекрытия Ормузского пролива носит временный характер», - сказал он.
По словам аналитика, текущая ситуация на рынке даёт России ряд преимуществ — причём не только в нефтегазовой сфере. Растущий спрос со стороны азиатских партнёров и использование накопленных запасов позволяют нарастить экспорт.
«Россия выигрывает не только за счёт роста цен на нефть и газ, но и благодаря повышению спроса на другие экспортируемые товары: удобрения, алюминий, гелий и многое другое. Сейчас Индия и Китай активно закупают российские баррели, в том числе те, что хранились на танкерах в море. Основной рост экспорта связан с использованием накопленных запасов, хотя некоторый прирост добычи тоже ожидается. В целом, Россия получает выгоду и с точки зрения цены, и с точки зрения роста физических поставок», - заявил Белогорьев.
Несмотря на возможности наращивания поставок сжиженного природного газа, эксперт указал на ключевой сдерживающий фактор — нехватку специализированных судов. Это ограничивает потенциал быстрого роста экспорта российского СПГ.
«По поставкам СПГ Россия может нарастить объёмы на 2-3 миллиона тонн в год — в основном за счёт проекта «Ямал‑СПГ». Есть свободная мощность «Арктик СПГ‑2», но она законтрактована Китаем. Проблема там не в спросе, а в логистике: не хватает газовозов — как ледового, так и неледового класса. Поэтому прирост экспорта СПГ будет, но весьма умеренным», - отметил специалист.
Конфликт вокруг Ирана может привести к фундаментальному пересмотру стратегий энергобезопасности в мире. По мнению эксперта, это создаёт долгосрочные возможности для России как альтернативного поставщика углеводородов.
«Чем дольше длится война, тем сильнее подрывается доверие к Ближнему Востоку как к надёжному поставщику. Мы возвращаемся к ситуации 70–80‑х годов: многие страны, включая Китай, начнут целенаправленно снижать зависимость от поставок из этого региона. В этих условиях Россия — наряду с другими постсоветскими странами — становится ключевым альтернативным источником углеводородов. Это долгосрочное преимущество: другого столь же масштабного равновесного источника на случай перебоев с Ближним Востоком просто нет. При этом есть и негативный эффект: глобальное замедление экономического роста из‑за инфляции, вызванной ростом цен на энергоресурсы, в конечном счёте сказывается на спросе на сырьё», - заключил собеседник.
Ранее Иран разрешил проход через Ормузский пролив танкеров с нефтью для Индии.