Нефтяной психоз с узлом в Ливане: как биржи лихорадит от соглашения США и Ирана

На днях президент США Дональд Трамп заявил, что переговоры между Вашингтоном и Тегераном проходят успешно, а соглашение могут подписать уже в предстоящие выходные. При этом он, правда, не исключил и провала этих намерений. А тем временем эпопея с перекрытием Ормузского пролива продолжается, рынки качает, страны становятся все ближе к пику энергокризиса.

На этом фоне рынок нефти особенно чутко реагирует на любые новости о возможном открытии этой транспортной артерии для движения судов.

Реакция на информацию

Так, в последних числах мая издание Axios опубликовало материал о том, что США и Иран согласовали меморандум о прекращении конфликта. В статье приводились даже пункты документа. Реагируя на эту новость, цена нефти, в частности, сорта Brent снизилась на бирже с $97 до менее чем $91 за баррель.

Логика рынка здесь проста: трейдеры понимают, что когда-нибудь Ормузский пролив откроется для судоходства и тогда период дефицита завершится. Поэтому нужно будет успеть выгодно продать фьючерсы в самый последний момент, перед этим событием. Но так как биржевые игроки действуют одинаково, мы и видим такие скачки котировок то вверх, то вниз в зависимости от заявлений политиков и публикаций в СМИ.

Публикация Axios толкнула нефтяные цены вниз еще и потому, что почти все перечисленные там пункты меморандума подразумевали рост предложения на рынке энергоносителей. В частности, Иран, мол, должен будет перестать угрожать ударами проходящим мимо судам, а также в течение 30 дней разминировать всю акваторию пролива. Более того, отдельный пункт меморандума запрещал Ирану ограничивать судоходство для каких-либо конкретных стран. Хотя про взимание платы за пересечение этой артерии в документах ничего не сказано.

На мой взгляд, такая конфигурация подтверждает версию о том, что Тегеран намерен установить пошлины за проход через пролив не столько для дополнительного заработка, сколько для того, чтобы получить рычаг воздействия на страны региона. Например, для перевозчиков из дружественных государств плата вовсе может не взиматься. А вот если на территории страны есть американские военные базы или она предоставляла свое воздушное пространство для нанесения ударов по Ирану, то тариф будет высоким. При этом суда, связанные с Израилем, к примеру, могут и вовсе не пустить через пролив. Причем условия прохода могут меняться в зависимости от сиюминутной политической обстановки.

Подобная система, конечно, неприемлема для США, так как это приведет к падению их влияния в регионе. Так, Иран сможет переориентировать страны Персидского залива на более тесную работу с Китаем, в том числе на расчеты в юанях.

Санкции и китайский аспект

Другие пункты потенциального меморандума подразумевают и прямой рост добычи в Иране. США должны будут снять свою морскую блокаду, установленную для блокировки экспорта иранского сырья в КНР. Ранее эти поставки составляли около 1,5–2 млн баррелей в сутки. Даже возврат на рынок такого объема приведет к ощутимому смягчению дефицита.

Хотя здесь стоит признать: хоть нефть и оставалась под санкциями, Пекин все равно осмеливался ее покупать (в основном через Малайзию). Теперь же, в случае подписания подобного меморандума между Вашингтоном и Тегераном, вернувшись к покупке иранской нефти после разблокировки пролива, КНР ослабит конкуренцию на мировом рынке, освободив дополнительные объемы топлива для других стран-импортеров.

Кроме того, Вашингтон должен будет начать переговоры с Ираном о разморозке его активов и смягчения санкционного режима. Это может привести к тому, что и сам Тегеран получит дополнительные средства, которые в том числе можно потратить на увеличение добычи и экспорта сырья.

Это логично, ведь предыдущим пунктом США фактически обязываются не препятствовать иранским поставкам.

Рост экспортной выручки в совокупности с фактической отменой санкций приведет к постепенному увеличению добычи. В такой ситуации Вашингтону будет логичнее официально снять санкции с экспорта Ирана. Ведь если формальный запрет сохраняется, но США просто закрывают глаза на продажи, то нефть покупает, по сути, только КНР, причем с существенной скидкой. Получается, что американские санкции напрямую субсидируют китайскую экономику. А вот если санкции полностью заморозить, то существенная доля иранской нефти уйдет в Европу, в том числе замещая там российские поставки.

В меморандуме обговаривался и вопрос начала переговоров по ядерной программе Ирана, в рамках которых он должен отказаться от накопленного обогащенного урана и от новых разработок.

Однако в целом план выглядит слишком позитивным для Тегерана с точки зрения санкционных уступок. Хотя в нем ничего не сказано о свертывании американских военных баз, как и по компенсации ущерба от боевых действий, а также про ряд других моментов, которые иранская сторона озвучивала до этого. Здесь все же сделаю оговорку: если сохранение военного присутствия в регионе для США — это "красная линия", то, как отмечают некоторые наблюдатели, хоть для Вашингтона формулировка "выплата репараций" и неприемлема по политическим причинам, но технически этот пункт был заменен словами о разморозке иранских активов.

Роль Израиля и перспективы

Подписание меморандума (во сяком случае, пока) так и не состоялось. Это привело к возврату нефтяных цен выше $95 за баррель.

Теперь же Тегеран ко всему прочему настаивает на том, чтобы военные действия на территории Ливана также были включены в сделку — это понятно, ведь судьба его ключевых союзников в регионе напрямую влияет на позицию Ирана. Но это, в свою очередь, означает, что открытие судоходства в Ормузском проливе и стабильность энергетических рынков фактически оказались в руках Израиля.

Учитывая, что сам израильский рынок не испытывает больших проблем с топливом (благодаря собственным шельфовым месторождениям газа "Левиафан" и "Тамар" и стабильным поставкам нефти), руководство страны может легко поставить свои военно-политические цели выше глобальных экономических соображений. В этом случае восстановление свободы судоходства в Ормузском проливе может быть вновь отложено на неопределенный срок.

Чем дольше мировой рынок существует в условиях дефицита текущего предложения, тем на более длительный срок затягивается энергетический кризис в целом. Ведь запасы сырья в стратегических хранилищах продолжают истощаться и потом их придется восполнять. Это не теоретические угрозы. Те же США, по данным Минэнерго страны, были вынуждены распечатать свои резервы. А значит, высокие цены на нефть рискуют остаться с нами надолго.

Рынок прямо сейчас, к 5 июня, штормит от противоречивых сигналов: пока Трамп говорит о преодолении кризиса в переговорах, Иран настаивает на жестких условиях, вызванных в том числе действиями Израиля в Ливане. Судоходство в Ормузском проливе остается практически парализованным — редкие прорывы единичных судов по спецсоглашениям не спасают мировую экономику от дефицита.

На этом фоне мировые потребители энергоресурсов наглядно видят, как важно иметь диверсифицированную экспортную инфраструктуру. Не случайно страны Персидского залива усиленно инвестируют миллиарды в сухопутные нефтепроводы и новые порты, пытаясь обойти нестабильный маршрут. Вопрос надежности путей доставки и энергетической безопасности во всем мире окончательно выходит на первый план.