— Михаил Анатольевич, банки жалуются на случаи так называемого потребительского экстремизма, когда люди оформляют самозапрет уже после получения займа. Насколько эта проблема реальна?
— Прежде всего следует отметить, что механизм самозапрета на выдачу кредитов оказался чрезвычайно востребованным. По данным ОКБ, с момента запуска инициативы в марте 2025 года сервисом воспользовались уже более 23 млн человек. Такие цифры подтверждают актуальность и своевременность данной законодательной инициативы, а реальный охват аудитории даже превзошел самые смелые прогнозы экспертов.
Ситуации, когда заемщики пытались одновременно установить самозапрет и взять кредит, чтобы затем не возвращать его, если и происходили, то были единичными и, как правило, безуспешными. Самозапрет в первую очередь задумывался как инструмент защиты от мошенничества со стороны третьих лиц, а не как способ уклониться от долговых обязательств. Если человек сам получил кредит, а затем попытается оспорить его на основании самозапрета, суд, скорее всего, расценит такие действия как злоупотребление правом. Для опасений по поводу потребительского экстремизма в целом нет оснований.
— ОКБ фиксирует рост просрочки по розничным кредитам? Является ли это тревожным сигналом для банковской системы?
— В начале 2025 года во многих сегментах кредитования действительно наблюдался рост невозвратов, включая кредитные карты и флагманские кредиты наличными. Уровень просроченной задолженности на срок 30–90 дней в розничном портфеле банков достиг рекордных 385,07 млрд рублей (1,1% портфеля). Однако за последние полгода мы видим уверенное и последовательное снижение риск-показателей, отражающих качество новых выдач. С третьего квартала 2025 года доля просрочки в портфеле стабилизировалась на уровне 0,9%. По итогам первого квартала 2026 года общий объем просроченной задолженности (без учета дефолтов) сократился до 328,22 млрд рублей.
Невозврат долгов — неотъемлемая часть кредитования, а управление этим риском — ключевая компетенция любого кредитора. Российские банки и прочие кредитные организации в целом успешно с этим справляются, а те, кто не смог адаптироваться, уже покинули рынок.
Безусловно, математические модели оценки риска могут ошибаться, особенно если они сталкиваются с условиями, которых ранее не было. Например, повышение ключевой ставки до 21% привело к росту процентов по кредитам. Это спровоцировало так называемый отрицательный отбор, когда высококредитоспособные клиенты временно отказались от дорогих кредитов, за которыми стали обращаться в основном те, кто остро нуждался в деньгах, то есть изначально финансово менее устойчивые заемщики.
Однако этот этап уже пройден. Сегодня банковская система обладает полным набором инструментов, позволяющим своевременно выявлять рост рисков и корректировать кредитную политику. Именно это мы наблюдаем сейчас в розничном кредитовании. Поэтому поводов для беспокойства нет — ситуация находится под контролем.
— Вы отмечали, что эффект от снижения ключевой ставки в июле 2025 года проявится ближе к концу года. Сейчас ставка ниже, оправдались ли ваши ожидания? Есть ли признаки восстановления спроса на займы? Вслед за снижением ключевой ставки крупнейшие банки уже уменьшили ставки по рыночным ипотечным программам. Как, по оценке ОКБ, этот тренд влияет на объем кредитования в целом?
— С июля 2025 года происходит последовательное снижение ключевой ставки. Это автоматически влечет за собой падение ставок по вкладам и, конечно, по кредитам. Но сейчас мы находимся только в середине этого пути.
Чем ниже ставка, тем меньше ежемесячный платеж и итоговая переплата. Кредит становится доступнее, а одобренная сумма может быть больше. Кроме того, низкий платеж снижает показатель закредитованности заемщика, и банку проще уложиться в ограничения регулятора. Это, с одной стороны, повышает спрос на кредиты, а с другой — увеличивает шансы на их одобрение. В том числе начинает реализовываться отложенный спрос со стороны тех, кто не брал кредит в ожидании более выгодных условий.
Несмотря на это, текущая ключевая ставка в 14,5% все еще слишком высока, чтобы вызвать активный рост кредитования. Для полноценной реализации спроса, особенно в ипотеке и потребительских кредитах, необходимы однозначные ставки, то есть ниже 10%.
Что касается всплеска кредитования, то в конце 2025 года он действительно произошел, но его причиной стало не снижение ключевой ставки. Так, в декабре был зафиксирован всплеск выдач ипотечных кредитов на 837,68 млрд рублей. Рост был обусловлен высокими выдачами по льготным программам (667,44 млрд рублей) и связан со стремлением россиян успеть воспользоваться господдержкой на фоне новостей об изменении условий по семейной ипотеке с февраля 2026 года. С февраля для льготной ипотеки началась новая глава с новыми правилами, что привело к ожидаемой и резкой коррекции рынка.
Снижение ключевой ставки Банком России, тем более до однозначных значений, может оживить рынок недвижимости. Речь идет о гражданах, которые в 2024–2025 годах покупке недвижимости предпочли сберегательную стратегию и до лучших времен разместили средства на депозитах. По мере истечения срока вкладов под рекордные проценты им придется делать выбор: или продолжить копить и при этом, возможно, терять часть денег из-за инфляции, или наконец приобрести жилье, не дожидаясь очередного витка роста цен.
В автокредитовании сложилась похожая ситуация. Ожидание очередного повышения утильсбора в октябре 2025 года вызвало ажиотажный спрос, когда многие стремились купить автомобиль до подорожания.
Взлеты и падения выдач на рынке кредитования определяются сейчас не столько рыночными условиями, сколько регуляторными мерами, которые по мере дальнейшего снижения ключевой ставки будут оказывать все меньшее влияние на тренды рынка.
Однако есть и оборотная сторона. Очевидно, в конце текущего года мы не увидим такого же рекордного роста, как в последние месяцы 2025 года. В результате в годовом сопоставлении произойдет относительная коррекция, которую следует воспринимать как признак оздоровления рынка.
— В марте — апреле 2026 года объем выдачи кредитов продемонстрировал рост. За счет каких сегментов произошел этот всплеск и стоит ли ждать повторения?
— После спада в течение первых двух месяцев года в марте — апреле рынок ожидаемо восстановился практически во всех сегментах и вернулся к объемам, соразмерным медианным значениям второго полугодия прошлого года. Эти показатели можно использовать как ориентир для прогноза на весь 2026 год.
Рост кредитования связан с инфляцией, неизменно двигающей средний чек по кредитам наличными вверх. Но главный драйвер роста — это снижение ключевой ставки, благодаря которому заемщики могут позволить себе более крупные кредиты. Кроме того, снижение ставки помогает вписаться в установленные ограничения по закредитованности, что также открывает доступ к бóльшим суммам.
Однако действующие макропруденциальные требования регулятора остаются для рынка основным сдерживающим фактором. Снижение ключевой ставки, безусловно, подстегнет дальнейший рост кредитования, но он, скорее всего, будет достаточно плавным и сдержанным.
— Количество выдач товарных кредитов (POS) за год сократилось почти на 48%. Связано ли это с переключением спроса на схемы рассрочки, которые часто не отражаются в статистике как кредиты?
— По итогам 2025 года рынок POS-кредитов действительно сократился вдвое, что стало закономерным результатом действия нескольких негативных факторов.
Основной — макропруденциальные лимиты, введенные регулятором с середины 2024 года, которые ограничивают выдачу кредитов заемщикам с высокой долговой нагрузкой. Это напрямую затрагивает POS-кредитование, так как его целевая аудитория — это граждане, которые не могут оплатить дорогостоящие товары длительного пользования из собственных средств и нуждаются в заемном финансировании.
Во-вторых, ключевая ставка, определяющая стоимость кредитов, несмотря на ее последовательное снижение Банком России, остается слишком высокой для стимулирования потребления, в том числе и в сегменте товарного кредитования.
В-третьих, 2025 год оказался провальным для российского рынка электроники, которая составляет значительную долю в структуре POS-кредитов.
В-четвертых, POS-кредиты тесно связаны с рынком недвижимости: покупка и обустройство нового жилья стимулируют спрос на бытовую технику и мебель. Поэтому охлаждение на рынке недвижимости привело к торможению POS-кредитования.
Кроме того, в текущих экономических условиях люди в принципе переходят в режим сбережения и более рационально подходят к расходам. И в первую очередь они экономят на товарах длительного пользования — основе POS-кредитов.
Наконец, происходит трансформация самого рынка: товарное кредитование активно мигрирует на цифровые платформы. На маркетплейсах покупатели все чаще используют альтернативные инструменты, такие как BNPL-сервисы, которые позволяют оплачивать товары частями и успешно конкурируют с классическими кредитами.
Таким образом, сегмент POS-кредитования находится под давлением буквально со всех сторон, что не располагает к полноценному восстановлению объемов выдач.
— Банки во втором квартале 2025 года одобряли лишь 20% заявок на реструктуризацию. В чем причина такой низкой цифры и что с этим делать?
— Несмотря на готовность банков идти навстречу клиентам, столкнувшимся с финансовыми трудностями, заемщики редко обращаются за реструктуризацией долга.
Кредитные организации чутко реагируют на проблемы клиентов — как на уже возникшую просрочку, так и на риск ее появления. Банки заинтересованы в том, чтобы помочь заемщику справиться с ситуацией: погасить долг и вернуться в график платежей. Успешное решение проблемы не только сохраняет клиента, но и превращает его из должника в лояльного пользователя финансовых услуг. Кредиторы предлагают заемщикам различные способы облегчить долговую нагрузку. При этом акцент смещается с менее действенных мер вроде переноса даты платежа к более эффективным: неначислению процентов, прощению штрафов или временному снижению ежемесячного платежа.
Тем не менее заемщики редко пользуются этими возможностями. Одни просто не знают о возможности реструктурировать долг, другие, находясь в сложной финансовой ситуации, боятся обращаться к кредитору, опасаясь принудительного взыскания. В результате долг продолжает расти и ситуация усугубляется.
Решение этой проблемы заключается в повышении финансовой грамотности населения. Если заемщики будут лучше понимать свои права и правильно оценивать финансовое положение, они смогут обращаться к кредиторам при первых признаках трудностей. Это позволит находить выход из сложной ситуации совместными усилиями, не доводя дело до критической точки.
— В марте 2026 года уровень отказов по кредитным заявкам составлял порядка 82%, а в апреле, по некоторым данным, снизился до 73,5%. Кому сейчас точно отклонят заявку?
— Сейчас сложнее всего получить кредит заемщикам, которые не соответствуют макропруденциальным требованиям Центробанка, в первую очередь — из-за высокой закредитованности. Ее уровень оценивается по показателю долговой нагрузки (ПДН), который рассчитывается как отношение ежемесячных платежей по всем кредитам к подтвержденному доходу. В связи с этим трудности с одобрением возникают у двух основных групп заемщиков. Первая — это те, кто уже тратит значительную часть дохода на погашение кредитов. Если ПДН превышает 50%, получить новый кредит будет сложно, а при ПДН выше 80% — практически невозможно. Вторая группа — люди с низким или неподтвержденным доходом: те, у кого нет официального ("белого") дохода или его размер недостаточен для обслуживания нового кредита.
Для залоговых кредитов, предназначенных для приобретения и строительства недвижимости, действуют ограничения по уровню обеспеченности сделки, которые условно сводятся к требованию по размеру первоначального взноса. Сегодня получить кредит с первоначальным взносом менее 20% от стоимости жилья вряд ли получится.
Другая категория клиентов с минимальными шансами на получение кредита — это заемщики, которые зарекомендовали себя как ненадежные. К ним относятся банкроты, для которых уровень одобрения по банковским кредитам сейчас практически равен нулю, а также клиенты с очень плохой кредитной историей и просроченными долгами в прошлом или настоящем.
И вот тут важно понимать, что, несмотря на активное обсуждение ограничений по долговой нагрузке, ключевым фактором при одобрении кредита остается качество кредитной истории. Именно она в первую очередь определяет решение кредитора, поэтому заемщикам необходимо продолжать за ней следить на регулярной основе.
— ЦБ в первом квартале 2026 года зафиксировал рост числа выявленных нелегальных кредиторов на 36%, а жалоб на работу МФО — почти на 50%. Как ОКБ помогает банкам и регулятору в выявлении таких организаций?
— Нелегальные кредиторы действуют вне правового поля, не соблюдают законы и не передают сведения в бюро кредитных историй (БКИ). В результате БКИ не видит такие сделки и не имеет возможности помочь в их выявлении.
В целом обозначенный рост рынка нелегального кредитования представляется временным явлением. Управление рисками, в первую очередь риском невозврата, — ключевая компетенция любого кредитора. Основа стабильного кредитного бизнеса — это грамотная оценка заемщика и взвешенное решение о выдаче займа. У нелегальных кредиторов нет доступа к внешним данным (например, к кредитным историям), в их штате нет профессиональных риск-менеджеров, и у них отсутствуют накопленные данные для построения даже простейших моделей оценки платежеспособности. При этом их клиентами становятся те, кому уже отказали легальные организации, то есть заемщики с заведомо высоким уровнем риска.
Получается, что, с одной стороны, чтобы выжить, нелегальным кредиторам необходимо эффективно управлять рисками. С другой — у них для этого нет ни инструментов, ни данных. Такое положение неизбежно ведет к коммерческому провалу, и это лишь вопрос времени. Безусловно, всегда найдутся игроки, которые попытаются занять нишу кредитования высокорисковых клиентов, но экономические законы неумолимы: в долгосрочной перспективе они обречены на вымирание.
— Как высокие ставки повлияли на корпоративное кредитование и портфель банков в сегменте малого и среднего бизнеса? Существуют прогнозы, что по итогам 2026 года доля просрочки в МСБ может вырасти до 4,5%. Согласны ли вы с таким прогнозом?
— В корпоративном сегменте объем кредитования напрямую зависит от уровня риска, который готовы принимать на себя кредиторы. С середины 2024 года, когда ключевая ставка и, как следствие, проценты по кредитам для МСБ достигли рекордных значений, новые выдачи демонстрируют высокий уровень риска.
Кредиторы, видя эту тенденцию, адаптируют свои процедуры, чтобы снизить принимаемый риск до приемлемого уровня. Прямым следствием этого становится снижение количества одобренных заявок.
Корпоративный портфель уже второй год подряд не только не растет, но и постепенно сокращается, даже вопреки инфляции, которая обычно способствует его росту. При этом риски по уже выданным кредитам продолжают реализовываться на достаточно высоком уровне. В результате на таком "вызревающем" портфеле показатели доли просрочки и цены риска продолжают расти.