Курсы валют
USD 59,6697 0,3176
EUR 63,7272 0,5469
USD 59,7 550 −0,0250
EUR 6 3,9175 −0,0825
USD 59,8957 0,0000
EUR 63,9641 0,0000
USD 59,7400 59,8800
EUR 63,6900 63,9000
покупка продажа
59,7400 59,8800
63,6900 63,9000
16.01 — 23.01
60,6000
64,5400
BRENT 55,49 0,07
Золото 1209,67 −0,02
ММВБ 2159,96 −0,16
Главная Новости Аналитика Танцы с клубнями
Картофель как зеркало российской экономики

Картофель как зеркало российской экономики

Источник: Ъ-Деньги |

Картофель в России не просто второй хлеб, но и экономический феномен. Себестоимость килограмма картошки — 5-6 руб. К потребителю она попадает по цене в 5-10 раз выше. Разница оседает в карманах армии посредников, большинство которых еще и не платят налоги. А добавляет феодального колорита тот факт, что невероятные по мировым меркам 80% корнеплода выращиваются гражданами на своих огородах. 

 

А на даче все иначе

 

Сколько ни старались отучить русского человека сажать картошку, ничего не вышло. По данным Росстата, в 2014 году в России было собрано 31,5 млн тонн картофеля, из которых 25,3 млн тонн (80%) — в хозяйствах населения. В 1990-х показатель и вовсе приближался к 100%: в личных приусадебных хозяйствах, на дачах и огородах в 1993-1997 годах выкапывали по 30-35 млн тонн (пик пришелся на 1995-й).

 

Это делает РФ третьим по размеру производителем картофеля в мире (8% мирового производства) после Китая (96 млн тонн) и Индии (45 млн тонн). Далее идут Украина (22 млн тонн, данные 2013 года) и США (20 млн тонн).

 

Точность официальных оценок настораживает: как узнать, сколько в России огородов, да еще как на них растет картошка? В Росстате заверяют, что погрешность если и есть, то небольшая. Подсчеты основаны на итогах Всероссийской сельскохозяйственной переписи 2006 года (следующая пройдет уже в 2016-м) и дополняются выборочными интервью дважды в год. Согласно им, в РФ 23 млн личных индивидуальных и подсобных хозяйств (65% — в сельских поселениях и 34% — в городских) и 14 млн земельных участков садоводов, огородников и дачников.

 

В ЛПХ трудится 37-40 млн человек, что, по данным переписи, соответствует численности сельского населения. В садах и огородах — еще около 20 млн. Итого 60 млн человек, почти половина населения. Похожие данные приводит и ФОМ: 51% россиян имеют свой участок, почти все (47%) выращивают там овощи или фрукты, а 37% — картофель. С 2008 года число желающих выращивать увеличилось с 5% до 7%.

 

Большая часть картофеля, который производит население, выращивается на селе: на дачи, сады и огороды из-за небольшого размера земельных участков приходится не более 14%. В деревне нет источников дополнительного заработка, поэтому выращивание продуктов для себя действительно полезно. Даже с учетом того, что 50% урожая будет выброшено, при медицинской норме индивидуального потребления 110 кг в год с сельских 11 соток можно накормить трех-четырех человек (500 кг) — себя и детей, живущих в городе. А вот дачные 4 сотки прокормят, пожалуй, только того, кто их засеял.

 

Проще говоря, в картофельном смысле есть две России: одна живет с огорода, вторая (примерно половина городского населения, 50 млн человек) ходит за картошкой в магазин.

 

Эх, мороз, мороз

 

"Знаете, как в Израиле выращивают картошку? Мало того что химия, так от каждого кибуца на поля выводят очистные сооружения. Я иногда покупаю две-три картошки в магазине, разрезаю и ужасаюсь, что ест наш народ",— тульский фермер Лидия Губарь пытается убедить меня, что "наше говно лучше ихнего". Ее хозяйство, КФХ "Омела", одно из крупнейших в регионе (Тульская область — номер три в России по товарному производству картофеля, см. таблицу): на 900 га выращивается 27 тыс. тонн. Кругом современная техника и оборудование. Однажды к ней приезжали немцы из компании Lorenz (производит чипсы) и восхищались — видимо, знак качества.

 

Губарь зря переживает: по данным таможни, в 2014 году в РФ было ввезено 690 тыс. тонн картофеля. А чтобы прокормить 50 млн человек, необходимо 5,5 млн тонн, с чем фермеры, кажется, справляются (в том же 2014 году они собрали около 6 млн тонн).

 

Производить картофель в России более или менее научились. Чего только стоит одна Брянская область, которая с 2005 года удвоила его товарное производство. Во многом этому способствовала ориентация на самый крупный московский рынок (640 тыс. тонн в год) — самое короткое транспортное плечо как раз у Брянской, Московской и Тульской областей, именно они стали крупнейшими производителями в стране. Картошка растет везде, кроме болот Северо-Запада и влажных сопок Дальнего Востока. Однако далеко не везде есть предприимчивые фермеры. В плодородной Воронежской области, лидере по нетоварному картофелю (более 1 млн тонн, см. таблицу), организации собирают всего 100 тыс. тонн. А в Тамбовской области, которую в Москве считают картофельным брендом, урожай у фермеров меньше, чем в Иркутске. По всей видимости, им пользуются брянские аграрии, у которых с брендом как раз не очень: в народе еще не искоренилось убеждение, что на пострадавших от чернобыльской радиации западнороссийских и белорусских землях ничего полезного вырасти не может.

 

Рынок Москвы хоть и самый крупный, но не растет. С 2000 года москвичи сократили потребление картофеля с 62 до 38 кг на человека в год. Все просто: чем богаче человек, тем меньше он ест картошки, а доходы москвичей все же значительно выше, чем в среднем по стране.

 

Тем временем в ЦФО (за исключением Москвы), ПФО и СФО, где картофель хорошо растет, его потребление (за небольшим исключением) сильно превышает норму (150-190 кг на человека в год). Она там дешевая и заменяет многие продукты. Так что картошка — это действительно продукт для бедных.

 

Потребность в импорте возникает из-за сезонности. Урожай собирают осенью, уже к марту он дает ростки и портится. Отечественная молодая картошка появляется только в июле-августе, а в промежутке приходится импортировать. Везут прежде всего с Ближнего Востока (Египет, Израиль, Марокко, Саудовская Аравия) и из Азии (Китай, Индия, Пакистан, Бангладеш). До продовольственных антисанкций картофель возили из Европы — Польши, Голландии, Германии и Финляндии. В основном импорт не конкурент отечественному. У него лучше товарный вид (без "проволочника", червяка, который оставляет черные точки, парши и сухой гнили, мытый), но выше цена — сейчас около 50 руб./кг. Исключение — Белоруссия и Азербайджан.

 

Продавать картофель до весны могут только богатые производители, у которых есть собственные хранилища. "Омеле" одно обошлось в 23 млн руб., а другое, более современное, в 45 млн руб. И то хватает только на 10 тыс. тонн. Теперь КФХ в долгах, а небольшую прибыль направляет на уплату процентов (в том числе по лизингу), жалуется Губарь.

 

Впрочем, большая часть фермеров живет на остатках советской инфраструктуры и не может позволить себе хранилища. Они должны продать урожай до морозов. Этим и пользуются многочисленные перекупщики, выкупая картофель "с поля" по 5-6 руб./кг. Как рассказали "Деньгам" фермеры, это примерно на 50 коп. выше себестоимости.

 

Проблема в том, что ярмарки даже для мелких фермеров (50 га, около 1 тыс. тонн) слишком тесны: там трудно продать 50 загруженных "КамАЗов" картошки. А магазины — слишком велики. Розничные сети принимают только партии свыше 110 тыс. тонн. Это колоссальные объемы, их нужно консолидировать, чем и занимаются посредники.

 

 

Монополия перекупки

 

"В России рынки и посреднический бизнес контролируются азербайджанской диаспорой",— говорит владелец КФХ "Садовая горка" Николай Смотров. Это подтверждает и гендиректор ООО "Лин трейд агро" Александр Кондеев, начинавший на оптовом рынке еще агентом: "Между азербайджанцами выстроены тесные связи. Они хорошо знают владельцев крупных оптовых фирм и обладают самой актуальной информацией. Во всяком случае, свою работу они делают качественно".

 

Посредники покупают картошку у производителей за 6 руб./кг и транспортируют на хранение в том же регионе, откуда продают уже по 12 руб./кг. Поставщики (обычно индивидуальные предприниматели за рулем собственной фуры) затем везут ее на московские овощные базы, где продают по 17 руб./кг. В Москве небольших овощных баз осталось около 50, говорит Кондеев. После погромов в Бирюлево Сергей Собянин решил перевести их в Подмосковье. В ближайшие несколько лет на подъездах к МКАД появятся четыре крупных распредцентра (первый, "Фуд-Сити", уже открылся на Калужском шоссе).

 

Сейчас крупнейшей считается овощебаза в городе Домодедово. Отношения там напоминают товарные биржи начала XX века: поставщик привозит товар на фуре, выставляет "заявку" на продажу, после чего маклеры в лице азербайджанцев ищут ему ответную "заявку" на покупку от крупных оптовиков. Или сами выкупают картошку и продают нужным людям. Средняя ставка у них 1 тыс. руб./т (от 200 до 2000 руб.). За неделю самые предприимчивые прогоняют 15 фур по 20 т каждая и зарабатывают до 1,2 млн руб. в месяц.

 

Большие оптовики продают в розничные сети картофель уже по 26 руб., а на прилавках цена вырастает до 30 руб. Поскольку большая часть рынка перекупки находится в тени, оплата производится наличными, между азербайджанцами и оптовиками появляются специальные конторы, оказывающие услуги по "обезналичке" (стоимость услуги — около 6%). Поэтому отпускная цена 26 руб./кг, как правило, уже включает в себя НДС.

 

По словам исполнительного директора АКОРТ Андрея Карпова, сети в подобных цепочках редко участвуют. "Картофель закупается обычно у крупных производителей, а на овощебазы сети выходят только в случае срыва поставок или форс-мажора,— говорит он.— Ни одна овощебаза не может дать столько картошки, сколько нужно сетям. Поэтому им удобнее работать с одной, но очень крупной фирмой, чем с 20-30 фермерами".

 

Производителей-гигантов в России пока немного. Среди самых известных — "Малино", "Дмитровские овощи", Национальная зерновая компания (НЗК) бизнесмена Александра Лебедева (крупнейшее хозяйство — ООО "Максим Горький" в Тульской области). Это вертикально интегрированные холдинги, которые сами выращивают, моют, фасуют и продают картофель непосредственно в сети.

 

Назвать перекупщиков монополистами в классическом понимании нельзя, но фермеры называют их именно так. Обладая мощной рыночной силой и уникальной информацией, они сосредотачивают в своих руках 80% всего денежного потока на рынке. На эти средства строят хранилища, мойки и фасовочные цеха. Губарь рассказывает, что ее помытый картофель никому не нужен, посредники не хотят делиться добавленной стоимостью. Кондеев старается смягчить гнев фермеров: "Я бы на их месте сначала поработал агентом и хорошенько узнал рынок, обзавелся связями, а уже потом начал выращивать картошку под конкретных клиентов-оптовиков".

 

Средства борьбы

 

Государство ежегодно теряет около 30 млрд руб. из-за неуплаты НДС теневыми перекупщиками. Однако реальные потери бюджета могут быть гораздо больше. Например, госзакупки картофеля для больниц, санаториев, детских садов, школ и военных частей проходят по верхней границе (26 руб./кг) у оптовиков, говорит профессор кафедры местного самоуправления факультета государственного и муниципального управления НИУ ВШЭ Алексей Боговиз. "Что им мешает закупать по 6 руб./кг у производителей? — говорит он.— Кажется, только коррупция".

 

По мнению гендиректора АККОР Тульской области Вячеслава Андриянова, государство ничего не делает для поддержки отечественных фермеров. "В США и ЕС на законодательном уровне установлено, что 80% прибыли должен получать производитель,— утверждает он.— Для этого вводятся минимальные цены, по которым посредники могут закупать картофель у производителей. Субсидии в РФ после вступления в ВТО стали 600 руб./га (было — 1000 руб./га), а в ЕС — €350".

 

Чтобы избавить производителей от самого затратного звена в цепочке посредников, Смотров предлагает государству построить за свой счет хранилища и передать их в аренду фермерам. Об этом говорил на одном из круглых столов и гендиректор ГК "Глобус" Давид Калихман. Однако федеральные власти спускают вопрос на региональный уровень, а у местных властей на это нет средств.

 

Еще один выход — кооперация. Фермеры могли бы продавать картофель по более высокой цене "своему" распредцентру, который с небольшой наценкой отпускал бы ее оптовикам. Кооперативы сейчас хорошо развиты в молочной отрасли. Под руководством Аграрного союза Тульской области была создана артель: за счет кредитов Россельхозбанка, взносов фермеров и помощи региональных властей строится приемный пункт молока, который будет аккумулировать большие объемы для поставки на местный завод. Его минимальная наценка 1 руб. позволяет окупать кредиты и затраты на строительство. На картофельном рынке уже было три попытки организоваться, говорит Смотров, все провалились: фермеры не могут договориться.

 

Избавление от посредников позволит снизить цены и на конечную продукцию, считает Боговиз. Он приводит в пример гипермаркеты "Глобус", которые в шесть часов утра сами забивают скот и продают свежее мясо дешевле, чем в других магазинах. Возможен и другой сценарий: избавившись от посредников, сети перенаправят денежный поток на себя. Правда, по словам Карпова, картофель — трафикообразующий продукт. "На него нет смысла делать большую наценку",— говорит он.

Поделитесь с друзьями
Оставить комментарий
Рубрики
Аналитика
Еще от Ъ-Деньги