Курсы валют
USD 64,1528 0,4721
EUR 68,4703 0,8541
USD 63,8 800 0,0025
EUR 68, 1575 0,0850
USD 63,8333 0,0000
EUR 68,08 51 0,0009
USD 64,0000 64,2300
EUR 68,3000 68,4300
покупка продажа
64,0000 64,2300
68,3000 68,4300
28.11 — 05.12
64,4500
68,2500
BRENT 54,36 0,15
Золото 1175,89 0,01
ММВБ 2128,99 −0,20
Главная Новости Аналитика «Росатом»: цепная реакция на $100 миллиардов
«Росатом»: цепная реакция на $100 миллиардов

«Росатом»: цепная реакция на $100 миллиардов

Источник: Forbes.ru|
17:30 30 октября 2015
Если использовать корректные методы оценки, то прошедшее десятилетие следует признать успешным для российских атомщиков.
«Росатом»: цепная реакция на $100 миллиардов
Фото: Павла Лисицына / РИА Новости

Этой осенью российская атомная отрасль отметила свое 70-летие, с которым совпало и 10-летие с момента прихода на пост ее руководителя Сергея Кириенко. За прошедшее десятилетие мы стали свидетелями глобальных организационных изменений. На месте федерального агентства сегодня работает госкорпорация, объединившая в себе все: и отраслевую политику, и государственные функции, и международный бизнес. Практика признана успешной — по пути «Росатома» теперь разрешили пойти «Роскосмосу». Почему? Корпорация эффективно решает важные для российской экономики задачи.

 

Наверняка за минувшие десять лет что-то можно было сделать по-другому.

 

Но стратегия, основными элементами которой стали ставка на высокотехнологичный экспорт, подъем атомного машиностроения, развитие прикладной науки и строгое обеспечение безопасности, себя оправдывает. Попробую рассказать об этом подробнее, стараясь придерживаться корректных методов анализа, сопоставляя деятельность корпорации, во-первых, с прежним положением дел, и, во-вторых, с работой аналогичных зарубежных предприятий.

 

Середину «нулевых» российские атомщики пережили в положении явных аутсайдеров на мировом рынке технологий. В 2005 году наши предприятия проиграли франко-немецкому консорциуму конкурс на строительство третьего энергоблока финской атомной электростанции в Олкилуото, еще раньше были проиграны тендеры на поставку топлива для АЭС в Восточной Европе. Моду на мировых форумах по ядерной энергетике диктовали амбициозные американцы из Westinghouse и французы из Areva. Однако именно на их «территорию» было решено повести наступление, не уповая на монопольный сбыт продукции атомного машиностроения по госзаказу внутри страны. Тем более что внутренние заказы из-за глобальных экономических пертурбаций вскоре сократились.

 

Что имеем сегодня? Первое место в мире по числу одновременно сооружаемых энергоблоков за рубежом — 30. Общая цена вопроса – более $100 млрд на ближайшее десятилетие. Плюс — сопоставимое количество энергоблоков находится в стадии переговоров, то есть зарубежный портфель заказов «Росатома» в обозримом будущем может быть удвоен. За последние годы наши атомщики ввели в строй три реактора в Китае, два – в Индии и один в Иране, остальные проекты – в активной стадии реализации. Сколько энергоблоков ввели за рубежом за это время Westinghouse и Areva? Ни одного. Из-за внутренней неэффективности американский концерн был даже продан японцам, а правительство Франции сейчас делит Areva на части, передавая управление другим компаниям и призывая их равняться на «Росатом». Оно и понятно. Только Россия сегодня способна сделать зарубежным заказчикам комплексное предложение, в которое помимо строительства АЭС — с фиксированной ценой за киловатт установленной мощности — включены инструменты инвестиционного финансирования, подготовка национальных кадров, создание необходимой инфраструктуры, локализация, поставка топлива и сервис, переработка отработанных топливных элементов и, наконец, безопасный вывод АЭС из эксплуатации по окончании ее жизненного цикла.

 

Международный бизнес «Росатома» – один из наглядных примеров успешного экспорта российских высоких технологий. При сооружении только одной зарубежной АЭС в двухблочном исполнении (с уровнем локализации 20%) российский бюджет получает порядка $7 млрд в виде налогов. В субподряды при строительстве вовлекается более ста российских предприятий, производящих высокотехнологичную продукцию и осуществляющих проектные и изыскательские работы.

 

На проекте задействованы десятки тысяч российских специалистов: одно рабочее место при сооружении АЭС создает 10-15 рабочих в смежных отраслях.

 

Общая выручка российских компаний за время строительства и эксплуатации каждой такой АЭС, включая плату за сервис и поставки топлива, составляет более $20 млрд. В некоторых проектах, например, в Турции и Финляндии, «Росатом» будет получать еще и прибыль, как совладелец, от продажи электроэнергии. Возвратное межгосударственное кредитование на строительство АЭС российского дизайна — не только способ экспансии отечественных ядерных технологий за рубеж, но и доходный финансовый инструмент.

 

Атомная энергетика в мире, несмотря на активное развитие возобновляемых источников энергии (ВИЭ), еще очень долго будет занимать весомую долю в мировом энергобалансе. Этому способствуют и мировая тенденция к декарбонизации энергетики (выбросы СО2 от угольных станций признаны глобальной угрозой), и желание многих стран снизить риски «привязанности» к волатильному рынку углеводородов, и объективная потребность сочетать ВИЭ с другими, более стабильными и мощными источниками «чистой» энергии. Мирный атом идеально отвечает всем критериям, включая ключевой, экономический: стоимость производства киловатт-часа электроэнергии на АЭС наименее подвержена изменениям на сырьевом рынке и поэтому наиболее предсказуема для инвесторов и конечных потребителей. Отталкиваясь от заявленных «атомными странами» планов, МАГАТЭ при любом сценарии развития мировой экономики прогнозирует рост мировых мощностей ядерной энергетики – минимум на 2,4%, максимум – на 68% до 2030 года. Причем прирост пойдет не только за счет стран Ближнего Востока, Африки и Юго-Восточной Азии, но и долго «молчавших» Великобритании и США. В экономически развитых странах, как и в России, хорошо понимают, что атомная энергетика, как локомотив, тянет за собой смежные отрасли – космос, робототехнику, суперкомпьютеры, материаловедение, ядерную медицину и, конечно, машиностроение.

 

Говоря о российском машиностроении, мы, прежде всего, имеем в виду профильное – атомное. Его восстановление и развитие важно, но все же не самоцель. Существуют «дорожная карта» и правительственный заказ на строительство энергетических мощностей в стране, в том числе атомных энергоблоков. Заказ выстраивается и ежегодно корректируется в зависимости от долгосрочного прогноза энергопотребления в стране. Естественно, российский прогноз потребления в 2005 году разительно отличался от сегодняшних реалий – как никак, за минувшие годы мы пережили два глобальных кризиса. Десять же лет назад прогнозировался быстрый экономический рост, и «Росатом» начал восстанавливать из руин 1990-х производственную базу под закладку двух энергоблоков в год. В соответствии с изменениями конъюнктуры правительство, естественно, пересмотрело планы ввода энергоблоков АЭС в России.

 

Сейчас это – стратегия замещения выбывающих мощностей: устаревающие энергоблоки нужно не перенапрягать, а в срок выводить из эксплуатации, заменяя на новые.

 

Под такие потребности – умеренно по количеству и отлично по качеству и современному технологическому уровню -- машиностроительная база к настоящему времени восстановлена. Знаменательное событие октября 2015 года: впервые за много лет волгодонский «Атоммаш» отгрузил новый реактор — ВВЭР-1200 для строящейся Белорусской АЭС. Мощности предприятия по производству продукции для АЭС – четыре комплекта оборудования для энергоблоков в год – пока не загружены на 100%. Но «Атоммаш» выходит из положения за счет диверсификации, выпуская оборудование для газовой и нефтехимической промышленности, а также крупногабаритные металлоконструкции.

 

Достижения «Росатома» в области исследований и разработок подтверждены успехами в целом ряде проектов последних лет. Если убрать за скобки существенную часть, связанную с гособоронзаказом (все эти годы он выполнялся на 100%), останется тоже немало. В этом году Россия начала строительство МБИР — многоцелевого быстрого исследовательского реактора четвертого поколения. Установка позволит нашим ученым в 3-4 раза ускорить получение результатов по исследованиям в стратегически важных областях, таких как производство новых видов ядерного топлива, материалов и теплоносителей. Кроме того, полным ходом ведутся работы в области технологий «замкнутого цикла» — атомной энергетики будущего, с расширенной топливной базой и минимальным объемом отходов. Первые практические шаги уже сделаны. На Горно-химическом комбинате в Красноярском крае этой осенью открылось промышленное производство МОКС-топлива для «быстрых реакторов». Таким образом, в России уже внедрена технология повторного использования ядерных материалов в топливном цикле. 

 

Еще один пример прикладных инноваций – прошедшая в октябре этого года первая операция по лечению рака с использованием полностью отечественных микроисточников с радиоактивным изотопом йод-125. Успех стал следствием тесной интеграции и координации действий медицинского сообщества с научным блоком «Росатома». Сама операция прошла в Медицинском радиологическом научном центре имени Цыба в Обнинске, изотоп был наработан в НИИ атомных реакторов в Димитровграде, а микроисточники произведены в Физико-энергетическом институте (ФЭИ) имени Лейпунского в Обнинске. Микроисточники ФЭИ получились существенно дешевле импортных, как результат — лечение тяжелых болезней становится более доступным, а российские клиники смогут проводить больше сложных операций.

 

Никакие экономические и технологические достижения госкорпорации, однако, не принесли бы ей «очков» в глазах властей и общества, если бы в «Росатоме» строжайшим образом не соблюдали правила безопасности. Здесь достижения не так заметны – как раз потому, что ничего из ряда вон выходящего с безопасностью на российских АЭС не произошло. За десять лет – ни одного происшествия с оценкой в два балла или выше по международной семибалльной шкале INES. Но специалисты понимают, что это не так-то просто обеспечить. Инциденты в 2 балла были зафиксированы, например, на шведской АЭС «Форсмарк» и французской АЭС «Каттеном». Не говоря уже о «Фукусиме», где аварии был присвоен высший балл – во второй раз в истории после Чернобыля.

 

Отсутствие заметных инцидентов – один из результатов работы госкорпорации по Федеральной целевой программе  «Обеспечение ядерной и радиационной безопасности на 2008 год и на период до 2015 года», которая, как понятно из названия, заканчивается в этом году, и связана с решением наиболее серьезных проблем советского «ядерного наследия». По оценкам «Росатома», показатель выполнения программы составит 108,5%, и это при том, что ее общее финансирование уже в процессе реализации было сокращено на 8,4 млрд руб. Вот лишь несколько примеров того, что уже сделано и готовится к сдаче в расчетный срок. Выведено из эксплуатации в общей сложности 53 радиационно-опасных объекта, доставшихся нынешнему поколению в наследство от советских времен, созданы уникальные технологии обращения с радиоактивными отходами и отработанным ядерным топливом, реабилитировано 270 га зараженных земель. До конца года будет ликвидировано озеро Карачай в Челябинской области, которое долгое время причиной тревоги местных жителей и экологов. Если в 2008 году уровень заполнения хранилищ отработанного ядерного топлива приближался к критическим 90%, то сейчас он снижен до приемлемых 74%. Наконец, в России создана автоматизированная система контроля радиационной обстановки (АСКРО), которая ведет круглосуточное наблюдение за объектами атомной отрасли по всей стране. Профессиональная ответственность за безопасность людей и территорий – важнейший элемент стратегии госкорпорации, которая последние 10 лет уверенно занимается и наукой и экономикой, регулярно пополняя госбюджет. 

Поделитесь с друзьями
Оставить комментарий
Рубрики
Аналитика
Еще от Forbes.ru