Курсы валют
USD 57,6527 −0,5715
EUR 69,0737 −0,1898
USD 57, 5125 0,0150
EUR 68,8 125 0,0050
USD 57,5 316 0,0260
EUR 68,8 420 0,0247
USD 57,5000 57,6900
EUR 68,9000 69,0900
покупка продажа
57,5000 57,6900
68,9000 69,0900
25.09 — 02.10
58,0000
69,5000
BRENT 56,77 0,02
Золото 1295,69 −0,10
ММВБ 2052,49 0,07
Главная Новости Аналитика Пари с дьяволом: чем грозит война против нелегальных кредиторов
Пари с дьяволом: чем грозит война против нелегальных кредиторов

Пари с дьяволом: чем грозит война против нелегальных кредиторов

Источник: Банки.ру |

Заместитель председателя ЦБ РФ Сергей Швецов предложил лишить сделки с участием нелегальных кредиторов судебной защиты. Насколько реально отследить и ограничить займы «нелегалов» и способно ли такое ограничение улучшить ситуацию на рынке потребительского кредитования, разбирался Банки.ру.

 

20 мая 2016 года стало известно, что ЦБ планирует оказывать противодействие деятельности нелегальных кредиторов — в частности, лишив сделки между заемщиком и нелегальным кредитором судебной защиты. Об этом заявил первый заместитель председателя ЦБ РФ Сергей Швецов в Госдуме.

Мы предлагаем рассмотреть вопрос о лишении сделок, заключенных между нелегальным кредитором и гражданином, судебной защиты. Такая практика применяется в отношении сделок пари, которые находятся за пределами морали, и суд их не защищает. Если такое решение будет принято, то у нелегального кредитора не будет возможности взыскивать средства, — пояснил Швецов.

Борьба с «несуществующим»

 

Юристы и иные эксперты в один голос заявляют, что «нелегальные кредиторы» — это не закрепленное юридически понятие и в первую очередь нужно разобраться с его «наполнением». Оно может включать в себя различные смыслы: кредиторы, которыми не выдавался долг и право требования которых является несуществующим; сговор между должником и кредитором, когда подписываются документы на несуществующий долг, а также, к примеру, долги, возникшие в результате азартных игр, сделок пари, в казино.

 

Адвокат компании «Деловой фарватер» Сергей Литвиненко полагает, что под понятие «нелегальный кредитор» лучше всего подпадают кредитные организации, не имеющие лицензии ЦБ РФ, и микрофинансовые организации (МФО), не внесенные в реестр Банка России. То есть те, кто выдает себя за кредитные организации и МФО.

Как правило, заемщики не знают, что берут кредит у нелегальных кредиторов. Их клиентами обычно становятся граждане, проявившие плохую бдительность при займе средств и доверившиеся мошенникам, — комментирует он.

Схемы, применяемые нелегальными кредиторами, совершенствуются с каждым годом.

Например, в прошлом году регулятор вел активную борьбу против так называемых «раздолжнителей», предлагавших помощь заемщикам, вышедшим на просрочку по полученным кредитам и не способным самостоятельно вернуться в график платежей. В действительности «раздолжнители» на возмездной основе оказывали бесполезные консультации, юридическое содействие в безнадежных судебных процессах или продавали неликвидные векселя, которые якобы могли быть предложены кредитору в погашение задолженности, — поясняет младший директор по банковским рейтингам агентства RAEX («Эксперт РА») Юрий Беликов. — Урон от таких схем, несмотря на его относительно небольшое денежное выражение, очевиден: страдают наименее обеспеченные слои населения, и без того оказавшиеся в сложной жизненной ситуации.

Также иногда мошенники могут выдавать себя за филиал какого-нибудь реально существующего банка, арендовав помещение и разместив на нем копию оригинальной вывески, замечает Сергей Литвиненко.

Легального определения указанных терминов нет. Российским законодательством предусмотрены различные виды специализированных организаций, которые вправе выдавать потребительские кредиты: это и банки, и некредитные финансовые организации (микрофинансовые организации, ломбарды, кредитные кооперативы). Иные организации и физические лица не вправе осуществлять профессиональную деятельность по предоставлению потребительских кредитов. В случае если лица, не обладающие специальным статусом, осуществляют деятельность по предоставлению потребительских кредитов, они и именуются нелегальными кредиторами, — делится своим мнением управляющий директор Центра регулирования внебиржевых финансовых инструментов и технологий (ассоциации ЦРФИН) Алексей Евсиков.

Управляющий партнер коллегии адвокатов «Старинский, Корчаго и партнеры» Владимир Старинский вообще считает, что речь идет о борьбе с «несуществующим».

Понятие «нелегальный кредитор» придумано. Его в законах нигде нет. Это понятие стало особенно актуальным в нынешнем году, когда пошла волна информационной борьбы против микрофинансовых организаций. На фоне этой войны в Центробанке и министерствах придумали термин «нелегальный кредитор», и его переняли СМИ, — отмечает он. — Фактически нелегальные кредиторы — это физлица или организации, которые пытаются «подменить» собой банки. Также это могут быть МФО, которые, имея определенные ограничения по процентам либо по суммам кредитов, исхитряются выдавать любые суммы, которые необходимы заемщикам, через имеющиеся лазейки. Выдаются такие займы под очень высокий процент, а иногда и под залог недвижимости или автомобиля.

Между тем Старинский считает, что компании типа «ДеШели», с которой связано много случаев оформления покупки косметических средств в кредит без уведомления об этом клиентов, относить к нелегальным кредиторам неверно.

«ДеШели» и компании, работающие по схожей схеме, нельзя, по сути, отнести к нелегальным кредиторам, ведь они официально работают с банками-партнерами, которые выдают для них кредиты. Это не серые кредиторы, «ДеШели» и им подобные — это просто субъекты агрессивного сетевого маркетинга с привлечением банковских средств, — поясняет эксперт.

В свою очередь юрист компании BGP Litigation Алиса Аверина отмечает, что в Гражданском кодексе существует термин «недействительность требования», а вопрос легальности или нелегальности долга зависит от существования права требования кредитора в реальности и его законности. На практике же можно говорить о различных вариантах формирования нелегальной задолженности, любой из которых связан с нарушением действующего законодательства или злоупотреблением правом.

 

Во-первых, долг может возникнуть из отношений, в принципе не подлежащих правовой защите в силу статьи 1062 ГК РФ, таких как азартные игры и пари. Исключения составляют случаи, когда такие игры (лотереи, тотализаторы) организованы государством, муниципалитетом или по их разрешению. В этом случае споры подлежат разрешению в соответствии с действующим законодательством.

Однако трудно предположить ситуацию, в которой человеку будет продан лотерейный билет в счет будущего выигрыша. Равно как и букмекерская контора не примет ставку в долг. Таким образом, формирование задолженности, вытекающей из игр и пари, возможно только у организатора таких игр перед выигравшим лицом, но никак не наоборот, — размышляет Аверина.

Второй случай — это формирование нелегального долга «на бумаге» по согласованию между должником и кредитором, в отсутствие реальных правоотношений, продолжает она. Такие схемы часто используются для формирования фиктивной задолженности в рамках дела о банкротстве. Цель — получение контроля над реестром требований кредиторов лицами, дружественными должнику. Ранее эти случаи встречались при банкротстве юридических лиц и индивидуальных предпринимателей. Со вступлением в силу изменений законодательства, предусматривающих возможность банкротства физических лиц, эта практика распространилась и среди граждан.

 

Впрочем, в судебной практике давно выработаны способы борьбы с такими нелегальными кредиторами.

Так, постановление пленума ВАС РФ № 35 от 22 июня 2012 года «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (пункт 24) дает право любому кредитору в деле о банкротстве обжаловать судебное решение, на котором основано требование другого кредитора, при наличии оснований. То же постановление (пункт 26) устанавливает обязанность суда проверить доказательства наличия и размера задолженности при рассмотрении требования кредитора, даже если должник ее не оспаривает, — рассказывает Аверина. — Если говорить о нелегальном долге физического лица, порядок рассмотрения таких дел разъяснил Верховный суд РФ (определение № 50-В09-7 от 2 октября 2009 года). В определении сказано, что расписка заемщика не подтверждает существование долга, если, по оценке суда, его сумма является крупной и при этом отсутствуют сведения о наличии у заимодавца соответствующей суммы денег.

Еще один способ формирования нелегальной задолженности, по словам Авериной, — это долги, возникшие в результате сделок, совершенных должником под влиянием обмана, угрозы, насилия и иных незаконных действий серых кредиторов. В этом случае сделка, в результате которой возникло право требования, может быть признана судом недействительной по заявлению потерпевшего. В большинстве случаев должник знает о наличии у него нелегальной задолженности. Исключения могут составлять случаи получения кредитов по «потерянным» паспортам. Такие действия являются преступлением и преследуются по закону. Единственный способ защитить себя от возникновения такой задолженности — своевременно заявить о пропаже документов в правоохранительные органы.

 

Что касается «жертв» нелегальных кредиторов, то займы вне правового поля выдаются и получаются заемщиками категории subprime, то есть теми, кто по каким-то причинам не может получить кредит в банке или МФО. Чаще всего при заключении таких «сделок» используется два документа — договор займа плюс расписка. Об этом рассказал начальник управления правового обеспечения банковских операций Росэнергобанка Андрей Харитоненков.

«Нелегалы» охотятся на тех, кто не может взять кредит в легальных учреждениях, в первую очередь в банках. Их целевая аудитория — это клиенты, которые испытывают финансовые проблемы. Это, как правило, люди с низким уровнем дохода, малоимущие, юридически и финансово неграмотные, не знающие о своих правах. Они уверены, что берут кредит у официальной организации, и этим пользуются лжекредиторы, угрожая им впоследствии судами, тюрьмой, отбирая у них квартиры и обирая до нитки, — негодует ведущий аналитик компании MFX Broker Артем Звягильский. — При этом ставки по таким кредитам зачастую превышают 500% годовых. Так что, взяв в долг тысячу рублей, через год ты оказываешься должен минимум шесть тысяч. Таким образом очень легко попасть в финансовую кабалу. Нелегальные кредиторы зачастую не имеют офисов — для заключения договора они приезжают по звонку на дом к заемщику или назначают встречу где-нибудь просто на улице, в кафе. При этом подписывается договор на некоем бланке, что создает иллюзию официальности и законности происходящего.

Взыскание «через утюг»

 

При этом нелегальные кредиторы могут пользоваться услугами вполне реальных коллекторских агентств.

Обычно такие кредиторы используют коллекторов для взимания долгов. Случаи взимания через суды не распространены. Если суды использовались, то в единичных случаях. В суд можно обращаться, если заем был оформлен законно — если была расписка или заключенный в соответствии с Гражданским кодексом РФ договор займа, в котором не указано, что кредитор представляется как МФО. То есть если нигде в тексте договора не встречается упоминание об МФО и в названии самого юридического лица нет слов «микрофинансовая» и производных от него, которые могли бы доказать, что заемщик считал, что берет долг у МФО. Но обычно всего этого не происходит, – замечает Сергей Литвиненко.

«Нелегальные кредиторы могут работать с официальными коллекторскими компаниями, что может ввести заемщика в еще большее заблуждение относительно правомерности их деятельности. По большому счету коллекторским агентствам все равно, с кем работать. Для них есть сумма долга, есть заемщик, и они с ним работают», — говорит Владимир Старинский.

 

С такими оценками соглашается Андрей Харитоненков из Росэнергобанка.

Методы взыскания у нелегальных кредиторов могут быть крайне жесткими, вплоть до каких-либо криминальных историй, поскольку такие кредиторы не имеют лицензий, неподконтрольны регулятору, не дорожат своей репутацией, — говорит он. — Конечно, возможны и легальные способы взыскания, но такие случаи крайне редки, так как судебное разбирательство и исполнительное производство могут значительно затянуться по времени.

«Сегодня в российском законодательстве существует достаточно законов относительно нелегальных кредиторов. Конечно, у нелегального кредитора есть возможность подать иск на заемщика в случае каких-либо претензий. Но в большинстве случаев он не будет этого делать, так как для «нелегала» существуют большие риски, которые могут перейти в плоскость уголовного права», — добавляет генеральный директор сервиса онлайн-кредитования MoneyMan Борис Батин.

 

Впрочем, через суд у «нелегальщиков» действительно есть возможность взыскать задолженность по кредиту — в том случае, если у кредитора имеются документы, подтверждающие ее наличие.

 

«Если документы отсутствуют, то взыскание возможно только «через утюг», причем это касается и реальных долгов, которые выданы без документов», — говорит Алиса Аверина.

Случаи взимания задолженности через суд, безусловно, есть, — уверен Алексей Евсиков из ЦРФИН. — В зависимости от размера требований такой спор будет подсуден либо мировому, либо районному суду, в которых, представляется, зачастую не разбираются в наличии или отсутствии специального статуса для выдачи потребительских кредитов.

Не исключают эксперты и наличия у нелегальных кредиторов «карманных» судов, в частности третейских.

 

По словам Артема Звягильского, «нелегалы» стараются избегать взыскания долгов через суд. Их инструменты — это шантаж, угрозы и даже физическое насилие. Но сейчас у них все-таки остаются шансы на взыскание задолженности (пусть и в неполном размере) через суд, так как основанием для взыскания является добровольно подписанный должником договор, а потому такие сделки находятся под судебной защитой. Так что в предложении ЦБ признать все такие сделки вне закона есть большая доля рациональности.

 

«Деньги за 5 минут»

 

Оценить рынок «нелегалов» достаточно трудно.

 

Тем не менее, по словам Андрея Харитоненкова, в последнее время объем этого рынка значительно увеличился, поскольку в связи с кризисом многие банки и МФО ужесточили условия выдачи и заемщикам приходится обращаться к полулегальным вариантам получения займа.

На мой взгляд, посчитать количество нелегальных кредиторов и сумму выдаваемых ими ежемесячно кредитов невозможно. Это в Москве все более-менее «чисто», а в любом другом городе даже на центральной улице справа и слева вы будете ехать и только и видеть вывески «деньги», «деньги быстро», «деньги сейчас», «деньги за 5 минут», «деньги дешево». Все хотят дать вам деньги, кредитующих население компаний повысыпало, как грибов после дождя. Тем более спрос в нашем закредитованном и перекредитованном обществе на их продукты есть. И среди всей этой кучи определить, кто легален, а кто нет, очень сложно, — сетует Владимир Старинский из коллегии адвокатов «Старинский, Корчаго и партнеры».

Юрий Беликов из «Эксперт РА» напоминает, что в соответствии с федеральным законом от 21 декабря 2013 года № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» профессиональную деятельность по предоставлению потребительских кредитов (займов) могут осуществлять кредитные организации, а также некредитные финансовые организации, если это позволяют регулирующие их деятельность федеральные законы.

 

Таким образом, серые кредиторы — это лица, не имеющие лицензии, которая давала бы им право на выдачу займов, или не входящие в соответствующие государственные реестры (как в случае с государственным реестром микрофинансовых организаций).

Нелегальная выдача займов наиболее распространена как раз около микрофинансового рынка. С тех пор как надзор за микрофинансистами перешел к ЦБ РФ, из реестра были исключены (потеряли право предоставлять займы) несколько тысяч микрофинансовых организаций. Сопоставимому числу компаний было отказано во включении в реестр, — говорит Беликов. — В действительности далеко не все из них покинули рынок, а многие серые кредиторы изначально не стремились к лицензированию и включению в реестр, так как это означает строгий порядок отчетности перед регулятором. Эти лица и делают рынок серого кредитования, но его объем очень мал. Официальных данных нет, но это должны быть сотые доли процента совокупного портфеля розничных кредитов банковского сектора.

Сергей Литвиненко из компании «Деловой фарватер» указывает, что, по разным оценкам, на нелегальных кредиторов приходится почти треть рынка микрозаймов. При этом, по приблизительным прикидкам, объем рынка нелегального потребительского кредитования в России составляет порядка 10 млрд рублей.

 

Примечательно, что практически все опрошенные Банки.ру эксперты посчитали, что рынок p2p-кредитования, а также просто расписки, выданные гражданам друг другу в качестве гаранта возврата долгов, возможными санкциями против нелегальных кредиторов не будут затронуты.

 

Так, Борис Батин из MoneyMan убежден, что подобные сделки нельзя отнести к нелегальным займам, исходя из основ Гражданского кодекса.

 

«В нашей стране каждый гражданин может дать взаймы абсолютно любому человеку по собственному желанию», — заверяет Батин.

Активисты «Общероссийского народного фронта» в разных регионах пытались отслеживать масштаб деятельности «нелегалов», и, насколько я знаю, им удалось выяснить, что порядка 40% рынка микрокредитования контролируют «нелегалы», — делится известной ему статистикой Артем Звягильский.

Взять «на слабо»

 

Что касается сделок пари, с которыми первый зампред ЦБ РФ Сергей Швецов сравнил сделки с нелегальными кредиторами, то аналитики не видят в них признаков схожести.

 

Сергей Литвиненко обращает внимание, что в законодательстве нет четкого определения понятия «пари». В целом же под ним обычно имеют в виду сделку, ставящую получение денег по ней в зависимость от результата какого-либо события (рост курса, выигрыш какой-то команды).

Сделки пари, о которых так несколько вычурно выразился господин Швецов, — это известные всем россиянам так называемые споры, которые обычно заключаются в форме такого нехитрого диалога: «На что спорим? — На сто баксов (ящик пива, одно «желание», твою шапку и т. д.)! — Согласен! — Разбивай!» Так вот, если вы проспорили своему визави некую сумму или вещь и не отдаете проигранное, ни один суд не поможет ему взыскать с вас выигрыш. Сделки пари не имеют юридической силы так же, как карточные долги, — говорит Звягильский.

Сделки пари, упомянутые Швецовым, регламентируются главой 58 ГК РФ, замечает Литвиненко.

Так, согласно статье 1062 ГК РФ, требования граждан и юридических лиц, связанные с организацией игр и пари или с участием в них, не подлежат судебной защите, за исключением требований лиц, принявших участие в играх или пари под влиянием обмана, насилия, угрозы или злонамеренного соглашения их представителя с организатором игр или пари, а также требований в случае неисполнения оператором лотереи, организатором тотализаторов или иных игр обязанности выплаты выигрыша победителю, — перечисляет наш собеседник. — Требования, связанные с участием граждан в указанных в данной статье сделках, подлежат судебной защите только при условии их заключения на бирже, а также в иных случаях, предусмотренных законом.

Запретить займы — все равно что запретить деньги

 

Новацию, предложенную Швецовым, эксперты в целом не сочли способной изменить рынок.

Рынку эта новация ничем не поможет, она особо не изменит положение нелегальных кредиторов. Они и сейчас практически никогда не используют суды для взимания долгов, поскольку там они ничего не добьются, если выяснится, что кредитор не является МФО или кредитной организацией. Кроме этого, может выявиться факт мошенничества, что для таких кредиторов нежелательно, — полагает Сергей Литвиненко.

Алиса Аверина заявляет: для того, чтобы лишить сделки с нелегальными кредиторами судебной защиты, необходимо в первую очередь сформулировать четкое определение такой сделки. На практике «серая» задолженность может быть сформирована практически из любой сделки и даже в ее отсутствие, что ставит под сомнение возможность включения четкой формулировки в закон.

Более целесообразным представляется введение новелл в процессуальное законодательство, предусматривающих обязанность судов в любом случае проверять реальность существования и обоснованность размера требования кредитора при рассмотрении споров о взыскании задолженности даже в случае ее признания должником, — предлагает Аверина.

«Так как такие кредиторы не работают по закону, то и лишение таких сделок судебной защиты, скорее всего, не даст желаемого эффекта. Однако, учитывая, что в настоящее время в Государственной думе находится закон о регулировании коллекторской деятельности, можно значительно сократить количество таких сделок», — предполагает Андрей Харитоненков.

 

Юрий Беликов из «Эксперт РА» видит предложенные Госдуме меры излишне радикальными.

По сути, предлагается оставить юридическую силу только договору потребительского кредита (займа), заключенного с кредитной организацией или узким кругом других лицензированных кредиторов. Если такие поправки в законодательстве будут приняты, возникает риск снижения доступности фондирования для микро- и малого бизнеса. Стартапы могут рассчитывать на банковское финансирование лишь в редких случаях, — предполагает он. — И, если поставить займы между нефинансовыми организациями вне закона, начинать операционную деятельность малому бизнесу останется только за счет собственных средств. Потому что будут разрушены юридические рамки, в которых сейчас возможно фондирование, например, от дружественных компаний и физлиц — их могут приравнять к серым кредиторам и сделать невозможным для них даже частичное возмещение потерь в случае банкротства их заемщиков.

Поэтому более рациональными Беликов считает предложения установить определенные критерии, в пределах которых непрофессиональные договоры займа сохранят судебную защиту. Критерии, в частности, должны включать сумму займа, его доходность для кредитора. Также закономерной мерой эксперту видится ограничение количества займов, которое может выдать нефинансовая организация в течение определенного периода. Такой подход сохранил бы доступность нерыночных ресурсов для малого бизнеса, но позволил бы идентифицировать и лишить судебной защиты нетипичные или слишком частые сделки, характерные для серых кредиторов.

 

Более позитивное отношение к идее ЦБ у Алексея Евсикова.

В действующем законодательстве предусмотрен ряд механизмов, направленных на недопущение осуществления деятельности серыми кредиторами. Здесь, в первую очередь, следует сказать о мерах ответственности, предусмотренных Кодексом РФ об административной ответственности за осуществление деятельности, для которой требуется специальное разрешение. В то же время существующих мер, по мнению Банка России, недостаточно. Думаю, что лишение сделок судебной защиты вкупе с мерами, направленными на модернизацию деятельности по взысканию задолженности, дадут положительные результаты и помогут рынку легальных организаций, занимающихся выдачей потребительских кредитов, — говорит наш собеседник.

«Договоры займа появились в истории человечества раньше, чем кредитные договоры. Поэтому запретить займы — это все равно что запретить деньги. Если следовать этой логике, можно ввести понятие «сомнительные деньги» и отбирать их у всех, на кого упадет подозрение, — заявляет партнер юридического бюро «Замоскворечье» Дмитрий Шевченко. — Право призвано упорядочить общественные отношения, именно в этом его основная функция и предназначение. Рассматриваемые предложения такой цели не преследуют, а, наоборот, направлены на их разбалансировку. Вероятно, они имеют временный конъюнктурный характер в свете непрекращающейся борьбы со «злыми» коллекторами накануне единого дня голосования».

 

Тем не менее своим заявлением Сергей Швецов так или иначе всколыхнул рынок.

Своим высказыванием первый зампред ЦБ РФ Сергей Швецов затронул сразу несколько тем, каждая из которых уже сама по себе претендует на некую новеллу в законодательстве. Во-первых, сама терминология «нелегальный кредитор». Понятно, что она была просто выбрана Швецовым для описания ситуации, имеющей, однако, недосказанный характер. В связи с отсутствием подробных пояснений ситуации можно заключить, что термин не соответствует ни одному понятию, принятому не только в законодательстве, но и в деловом обороте. Во-вторых, такое решение фактически поставило под сомнение ряд статей ГК РФ, относящихся к займам в гражданско-правовом обороте, упразднение которых, конечно же, не является целью ни ЦБ РФ, ни Государственной думы РФ, в стенах которой и прозвучало данное заявление. Но в целом тенденция такова: Банк России хочет структурировать весь рынок выдачи кредитов и микрозаймов банками и иными финансовыми организациями, то есть всех, у кого нет лицензии ЦБ РФ, и, несомненно, в ближайшее время работы в данном направлении будут продолжены, — перечисляет исполнительный директор компании Heads Consulting Никита Куликов.

Владимир Старинский считает, что если понятие «нелегальный кредитор», его признаки и административная ответственность за такую деятельность будут закреплены законодательно, то есть шанс, что рынок «подчистится».

Однако если регулятор так сделает, то, по сути, распишется в собственном бессилии — своем и правоохранительных органов. Законодательство, разъясняющее основы честного кредитования, в России уже есть, есть те, кто следит за его исполнением, и те, кто наказывает за неисполнение. Получается, что ЦБ и органы хотят пойти по пути, когда, сами ничего «руками» не делая, добьются определенной вычистки рынка под страхом, допустим, уголовного преследования за занятие банковской деятельностью без специальной лицензии. Повторяется ситуация, как на рынке игровых автоматов. Когда в стране ввели уголовную ответственность, в рамках которой любое использование игрового оборудования вне специальных зон наказывалось. И рынок этот практически исчез, хотя определенное количество игорных «притонов» еще осталось», — заключает Старинский.

Поделитесь с друзьями
Оставить комментарий
Рубрики
Аналитика
Еще от Банки.ру