Курсы валют
USD 59,6325 −0,3573
EUR 70,3604 −0,3436
USD 59,0 800 0,0300
EUR 69,6 500 −0,0125
USD 59, 1630 −0,1655
EUR 69, 7957 −0,0992
USD 59,5000 59,3400
EUR 70,0000 69,9900
покупка продажа
59,5000 59,3400
70,0000 69,9900
20.11 — 27.11
59,1700
68,8200
BRENT 62,72 −0,03
Золото 1293,55 −0,01
ММВБ 2131,91 −0,14
Главная Новости Аналитика Страх Крыма: как «Согаз» зарабатывает на рисках Керченского моста
Страх Крыма: как «Согаз» зарабатывает на рисках Керченского моста

Страх Крыма: как «Согаз» зарабатывает на рисках Керченского моста

Источник: Forbes.ru |
Малоизвестная на рынке Крымская первая страховая компания, застраховавшая строительство Керченского моста, является структурой близкой к «Согазу», говорят источники Forbes. Как они связаны?
Страх Крыма: как «Согаз» зарабатывает на рисках Керченского моста
Фото: Константин Саломатин для Forbes

В середине марта этого года турецкий сухогруз «Лира» протаранил одну из опор строящегося рабочего моста через Керченский пролив. Объект застраховать тогда не успели. Но генподрядчик стройки — «Стройгазмонтаж» (СГМ) Аркадия Ротенберга — потребовал от собственников судна возместить ущерб — 33,5 млн рублей, а компания Turkuaz Shipping Co не стала дожидаться суда и предпочла заплатить.

 

Спустя несколько недель после инцидента заказчик стройки — «Росавтодор» и СГМ объявили, что страховщиком для Керченского моста стоимостью 228 млрд рублей станет небольшая Крымская первая страховая компания (КПСК) с уставным капиталом 165 млн рублей. Из опубликованной в конце августа статистики Банка России следует, что за свои услуги КПСК получила премию размером 1,7 млрд рублей. Почему Центробанк позволил страховой компании принять на себя риск в тысячи раз превышающий ее капитал?

 

Украинские патриоты

 

Найти страховщика для крымских объектов среди крупнейших российских страховых компаний — уникальная задача. С марта 2014 года, когда полуостров вошел в состав России и были введены западные санкции, крупные страховщики декларировали, что перестали работать со спорным регионом.

Для европейских и американских перестраховочных компаний Крым — такое же «табу», как и вся российская «оборонка». Наши страховщики опасаются, что с ними перестанут работать западные партнеры, потому не берут санкционные риски, — рассказывает гендиректор страхового брокера «Малакут» Андрей Долгополов.

Не испугалась рисков лишь страховая компания компания КПСК, которая была зарегистрирована 30 мая 2014 года в Симферополе. По данным СПАРК, ее конечным бенефициаром является Андрей Григоренко. Никаких дополнительных сведений о нем или его прошлом Forbes выяснить не удалось.

 

Опрошенные партнеры КПСК и участники страхового рынка никогда его не видели. Основателем КПСК считается Изабелла Бильдер, занимавшая пост гендиректора компании до 20 июня 2016 года. Она занималась страхованием и до присоединения Крыма к России: еще в 1990-е годы Бильдер открыла на полуострове Крымскую страховую компанию, которая специализировалась в основном на работе с морскими рисками (страхованием судов и т.п.).

Белла Ароновна тогда яхточки страховала. Бизнес был небольшой даже по украинским меркам — семь филиалов по Украине, в основном в приморских городах,  — вспоминает один из знакомых Бильдер.

Комментарии самой Бильдер Forbes получить не удалось. Ее сын Сергей сообщил лишь, что родители не в Крыму, а на другие вопросы отвечать отказался. Замгендиректора КПСК Наталья Коваль подтвердила Forbes, что компания работала на полуострове и до 2014 года, а после присоединения к России большую часть сотрудников просто переоформили в новое юрлицо, немного изменив название. Филиалы Крымской страховой компании, созданной Бильдер в 1990-е, до сих пор работают на Украине.

 

Головной офис компании теперь находится не в Симферополе, а в Киеве. Ответившая на звонок Forbes сотрудница украинской страховой не стала отвечать на вопросы о прежних акционерах, сообщив лишь, что российская КПСК к ним отношения не имеет, активы КСК остались на Украине, а сотрудники компании — «патриоты страны». По данным ЕГРП Украины, уставный капитал украинской страховой составляет 25 млн гривен (63,7 млн рублей по курсу на 27 августа) и не менялся с 2007 года. Уставный капитал компании КПСК в Крыму — 165 млн рублей. У Изабеллы Бильдер таких денег не было, уверен ее знакомый.

У нее были определенные связи в России, и она успешно пристроила компанию, — говорит он.

Следы «Согаза»

 

Страховая группа «Согаз» столкнулась с риском попасть под санкции после того, как под них попал банк «Россия». Дело в том, что более 51% «Согаза» контролировала 100%-ная «дочка» этого банка — ИК «Аброс». Ее крупнейшим акционером был бизнесмен Юрий Ковальчук, который оказался под действием американских санкций.

 

«Согаз» пытался избежать санкций после того, как банки (в частности американский JPMorgan Chase) перестали проводить его платежи . После трудностей с переводами страховая компания изменила структуру владения — продала 2,5% акций своей «дочке» — ООО «Согаз-риэлти» (таким образом доля сократилась до 48,5%, что формально позволило не относить компанию к санкционным). В итоге 60% акций «Согаза» были распределены между банком «Россия» Юрия Ковальчука и Volga Group Геннадия Тимченко. После очередного витка ужесточения санкций доли в компании вновь перераспределились — доля Тимченко и Ковальчука стала ниже контрольной, а доля «Газпрома» выросла до 40,23%. В марте 2015 года возглавлявший на тот момент «Согаз» Сергей Иванов сообщил «Ведомостям», что Тимченко вышел из состава акционеров страховщика.

 

Но как связаны «Согаз» и КПСК? О том, что «Согаз» — партнер КПСК, говорят минимум четыре источника Forbes, включая сотрудника ЦБ и человека близкого к «Росавтодору». Один из топ-менеджеров «Согаза» подтверждает, что его компания работает с КПСК, но обсуждать перестрахование Керченского моста отказался. Собеседник Forbes в ЦБ утверждает, что все риски по страхованию Керченского моста де-факто несет «Согаз». Крымский страховщик, работающий с КПСК, в шутку называет компанию крымским филиалом «Согаза». Он подтверждает, что компания передает большую часть объектов на перестрахование в «Согаз», хотя и не напрямую.

 

Согласно данным статистики Банка России, опубликованной в конце августа, существует высокая вероятность того, что перестраховщиком КПСК является «Согаз». Страховая группа приняла на перестрахование 3,9 млрд рублей за январь-июнь 2016 года, за аналогичный период прошлого года эта сумма составляла 2,5 млрд рублей. КПСК по итогам первого полугодия 2016 года отдала на перестрахование на 200 млн рублей больше — 1,6 млрд рублей. Но при подобных расчетах не учитываются изменения в структуре портфеля заказов «Согаза»: появление новых клиентов, либо уход старых (по итогам первого квартала этого года перестраховочная премия, принятая «Согазом», совпала с прошлогодней за аналогичный период и составила 1,1 млрд рублей).

 

Нынешний гендиректор КПСК (с момента основания занимал должность президента) Андрей Кондрашов связь с «Согазом» также отрицает. Он заявил Forbes, что крымская страховая — это его личный бизнес, а на вопрос о формальном акционере — Андрее Григоренко — заявил, что не знает о ком речь. Детали бизнеса Кондрашов обсуждать отказался, сославшись на коммерческую тайну. До КПСК, в 2014 году, Кондрашов работал директором московского филиала страховой компании «Транснефть», которую в декабре 2013-го окончательно поглотил «Согаз».

Я много где работал, — парировал бизнесмен вопрос Forbes, но факт своей работы в структурах «Согаза» подтвердил.

Представитель «Согаза» не отреагировал на запрос Forbes о КПСК и предложил их задать «Росавтодору». В середине августа экс-зампредправления «Согаза», теперь глава Национальной перестраховочной компании Николай Галушин в своем блоге на сайте Агентства страховых новостей отвечал на вопрос о «мутности» КПСК:

Не было ни одной компании из лидеров этого рынка, которая готова была бы такой договор заключить. Так в чем проблема с мутностью КПСК?

На вопросы Forbes о связи крымской компании с «Согазом» Галушин отвечать отказался. Но в своем блоге он резюмировал:

Очевидно, что есть некая подоплека у этого страхования (Керченского моста — Forbes), по причине которой детали договора не афишируются

Представители ФКУ «Тамань» (структура «Росавтодора», управляющая строительством) и «СГМ-Мост» не стали давать комментариев и порекомендовали обратиться в КПСК.

 

Нестраховой случай

 

Раньше все крупные риски перестраховывали на Западе, но после ввода санкций эти рынки закрылись для российской оборонной промышленности и объектов в Крыму. В контракте с КПСК установлен лимит на страховой случай — 5 млрд рублей, рассказал Forbes близкий к «Росавтодору» источник. Подобный объем рисков перестраховать в России практически невозможно.

Собственное удержание (риски принятые на себя страховой компанией при перестраховании — прим. Forbes) в России очень небольшое: компания из топ-10 страховщиков в среднем может взять риск на $5 млн (324 млн рублей по курсу на 6 сентября). С учетом нынешнего курса в стране можно набрать $100 млн с очень большим напрягом, — подсчитывает управляющий директор Аon в России и СНГ Борис Корчемкин.

Самый большой санкционный риск, который можно перестраховать в России, не превышает 2-2,5 млрд рублей, категоричен председатель набсовета Российского антитеррористического страхового пула Александр Гульченко.

 

По закону КПСК не может принять на себя обязательства, по стоимости превышающие размер активов компании — 209,8 млн рублей (данные МСФО), а все риски превышающие 10% от уставного капитала должны быть перестрахованы. Касается это и Керченского моста, затраты генподрядчика на строительство которого составляют 223 млрд рублей. Такую сумму целиком не может взять на себя даже «Согаз», уставный капитал которого 25 млрд рублей, а собственные средства 71 млрд рублей.

 

Собеседник Forbes в ЦБ объясняет схему страхования: «Керченский мост страховали, раздробив всю сумму (223,1 млрд рублей — Forbes) на 18 частей, а все убытки перестраховали через облигаторное страхование в «Согазе». По его словам, именно облигаторная схема — когда страхуется просто набор имущественных рисков, попадающих под одно описание, помогла страховщику обойти историю с санкциями. Формально при таком виде перестраховании «Согаз» не видит конкретных объектов и не знает, где они расположены.

 

Сейчас, по данным ЦБ, у КПСК осталось не более 100 млн рублей рисков по Керченскому мосту. По словам Долгополова из «Малакута», вероятность наступления полного убытка по страхованию моста практически равна нулю. По словам источника в «Росавтодоре», большой страховой случай маловероятен — самое серьезное и дорогое, что может произойти — обвал арки, который вполне укладывается в страховую сумму.

Поделитесь с друзьями
Оставить комментарий
Рубрики
Аналитика
Еще от Forbes.ru