Курсы валют
USD 59,6325 −0,3573
EUR 70,3604 −0,3436
USD 59,0 800 0,0300
EUR 69,6 500 −0,0125
USD 59, 1630 −0,1655
EUR 69, 7957 −0,0992
USD 59,5000 59,3800
EUR 70,0000 70,0900
покупка продажа
59,5000 59,3800
70,0000 70,0900
20.11 — 27.11
60,5000
69,6400
BRENT 62,72 −0,03
Золото 1293,55 −0,01
ММВБ 2131,91 −0,14
Лишние деньги

Лишние деньги

Источник: Ъ-Online |
Формально финансовые результаты второго и третьего кварталов 2016 года для российских банков в целом оказались весьма похожими на результаты первого квартала.
Лишние деньги
Фото: Олег Харсеев / Коммерсантъ

По данным рейтинга "Интерфакс-ЦЭА", совокупные активы российской банковской системы во втором квартале уменьшились на 2,35%, в третьем — на 0,34% (в первом квартале спад составил 2,26%). Сокращение активов было обусловлено в основном сокращением кредитования нефинансовых организаций (спад на 1,4% во втором квартале, на 0,35% — в третьем, в первом квартале — на 2,82%).

 

Навстречу потребителю

 

Правда, сжатие как активов, так и кредитного портфеля выглядит гораздо более скромным, если принять во внимание укрепление курса рубля. Так, по данным Банка России, с учетом валютной переоценки за январь--сентябрь 2016 года совокупные активы российских банков даже выросли (на 0,1%), а совокупный объем кредитов экономике сократился лишь на 1,3%, нефинансовым организациям — на 2,0%. Тем не менее даже эти данные свидетельствуют о том, что кредитование нефинансового сектора экономики начало сокращаться.

 

Что касается портфеля кредитов физическим лицам, то он, по данным рейтинга "Интерфакс-ЦЭА", во втором квартале сократился лишь на 0,6% (в первом квартале — на 0,4%), а в третьем — вырос на 1,35%.

 

При этом по данным Банка России, в третьем квартале впервые после начала кризиса рынок потребительского кредитования рос три месяца подряд, его объем за это время увеличился на 1,4%. Положительную динамику демонстрировал даже рынок необеспеченных потребительских ссуд (+0,8%), который стал главной жертвой кризиса (падение объема в годовом выражении доходило до 12,4%) и ни разу не демонстрировал ежемесячного прироста с начала 2015 года до нынешнего июля.

 

 

"Произошел разворот в динамике розничного кредитования: после его снижения в 2015 году и в начале текущего года в целом за январь--сентябрь портфель розничных кредитов вырос на 0,4% (+0,7% с учетом валютной переоценки). Сохраняются высокие темпы роста ипотечного жилищного кредитования: за январь--август его прирост составил 7,3%",— отмечают в своем обзоре по итогам сентября аналитики Банка России.

 

Это, вероятно, действительно можно назвать новой тенденцией на рынке. В 2015 году кредиты организациям в основном росли (рост кредитного портфеля по итогам года на 12,7%), тогда как кредитование населения непрерывно снижалось довольно быстрыми темпами (спад на 5,7%).

 

Падение спроса

 

"Недостаток заемщиков с приемлемым уровнем риска при текущих экономических условиях — один из факторов сокращения кредитных портфелей банков",— утверждает руководитель центра стратегической координации Росбанка Дмитрий Смирнов. Другой фактор, продолжает он,— это нежелание самих заемщиков брать кредиты. Пока не ясны перспективы развития экономики, они предпочитают не инициировать инвестиционные программы на заемные средства. "Банки хотят выдавать кредиты, поскольку ликвидность сейчас избыточна по сравнению с возможностями ее выгодного размещения, однако из-за тяжелой ситуации в экономике надежных заемщиков по-прежнему немного",— отмечает начальник департамента финансовых исследований и экономического анализа КБ "Альба Альянс" Ольга Беленькая.

 

Отметим, что с ликвидностью у российских банков сейчас действительно все в порядке. Подтверждает это продолжающееся снижение объемов средств, привлекаемых ими от Банка России. Если на начало 2015 года объем рефинансирования со стороны ЦБ составлял 9,3 трлн руб., то на начало 2016-го — уже 5,4 трлн руб., к середине же текущего года он снизился до 2,7 трлн руб., к концу третьего квартала — до 2,4 трлн руб. Это меньше, чем объем средств, которые сами российские банки держат на счетах в Банке России и соответствующих уполномоченных органах других стран (3,2 трлн руб.), поэтому можно констатировать, что российская банковская система перешла в состояние профицита ликвидности.

 

"Примерно в марте на рынке начали говорить об избыточной ликвидности банковского сектора, и весь второй квартал прошел в этих условиях, что потребовало дополнительных усилий ЦБ по стерилизации — в частности, он трижды поднимал резервные требования в течение года. Это стало временным решением, сейчас опять растет навес избыточной ликвидности",— отмечает аналитик УК "Уралсиб" Наталья Березина.

 

Вторая причина спада кредитной активности — нежелание самих заемщиков брать кредиты. "Сокращение кредитного портфеля в большей степени обусловлено низким спросом на кредиты в условиях падения реального спроса,— говорит главный аналитик Промсвязьбанка Дмитрий Монастыршин.— У компаний нет стимулов увеличивать объем привлекаемых заемных средств для расширения производственных мощностей. Кроме того, существуют высокие ожидания замедления инфляции и снижения процентных ставок. Это также ограничивает интерес к привлечению кредитов по текущим высоким ставкам". "Слабый спрос на кредиты связан с низкой инвестиционной активностью предприятий. Заемные средства не нужны, поскольку нет желания вкладываться в новые проекты. Кроме того, заметно сокращается спрос на валютные кредиты по мере того, как компаниям приходится тратить меньше средств на рефинансирование внешнего долга",— добавляет Ольга Беленькая.

 

Доходное место

 

Во втором квартале продолжилось восстановление прибыльности российской банковской системы. Согласно данным Банка России, по итогам первых трех кварталов 2016 года кредитные организации получили прибыль в размере 635 млрд руб. против 127 млрд руб. за аналогичный период 2015 года.

 

"На рост прибыли положительно влияет снижение стоимости фондирования: снижение ставок по депозитам физических и юридических лиц, снижение ставок межбанковского кредитования, снижение ставок по привлечению средств с рынка облигаций и снижение стоимости привлечения средств от ЦБ. Вторым важным фактором роста прибыли стало сокращение темпов роста просроченной задолженности и снижение расходов на формирование резервов на возможные потери",— полагает Дмитрий Монастыршин.

 

"Основной тенденцией второго и третьего кварталов является дальнейшее восстановление чистой процентной маржи банковского сектора, маржи комиссионных доходов и снижение потерь от досоздания резервов, что в совокупном итоге привело к увеличению прибыли со 106 млрд руб. в первом квартале до 254 млрд руб. во втором квартале и 275 млрд руб. в третьем квартале,— считает Дмитрий Смирнов.— Таким образом, закрепилась тенденция к увеличению квартальной прибыли, основным драйвером которой является восстановление процентной маржи. Стоит отметить, что прибыль во втором и третьем кварталах 2016 года банковская система показала без учета результатов крупнейшего игрока — Сбербанка".

 

Действительно, то, что российская банковская система смогла выйти на положительную прибыль без Сбербанка, является важным фактором. Это может свидетельствовать о том, что и другие участники рынка, не имеющие, по их мнению, столь же комфортного, как крупнейшие госбанки, доступа к финансовым ресурсам, устремились в погоню за лидером.

 

"В 2016 году Сбербанк стал показывать 20-процентную рентабельность капитала уже начиная с марта, тогда как, за вычетом Сбербанка, прибыльность сектора стала ощутимо выше только в июне--июле — соответственно 14,6-процентная и 11-процентная рентабельность капитала против диапазона от -4% до 3% в предыдущие месяцы года,— говорит Наталья Березина.— Впрочем, август--октябрь ознаменовали возвращение к рентабельности, за вычетом Сбербанка (который сохраняет ее стабильно выше 20%), в диапазон 2-6%".

 

Вместе с тем, несмотря на улучшение финансовых результатов, акционерам большинства российских банков пока не стоит рассчитывать на рост дивидендов: у банков есть более приоритетные статьи расходов.

 

"Прибыль банковского сектора значительно выше, чем в прошлом году, за счет снижения стоимости фондирования и сокращения отчислений в резервы,— говорит Ольга Беленькая.— Так, за первые три квартала агрегированный финансовый результат сектора составил 632 млрд руб. против 127 млрд руб. годом ранее. Однако львиная доля в этой прибыли, а именно 377 млрд руб., приходится на Сбербанк. Соответственно, от Сбербанка можно ожидать существенного роста дивидендов по итогам года: целевой ориентир по размеру выплат дивидендов, указанный в стратегии развития банка до 2018 года, составляет 20% от чистой прибыли по МСФО. Для большинства банков, однако, ситуация выглядит иначе: несмотря на тенденцию к росту прибыли, рентабельность и достаточность капитала остается низкой, поэтому прибыль, скорее всего, в основном будет направляться на увеличение буфера достаточности капитала и на доформирование резервов, что сейчас находится в зоне особого внимания регулятора".

 

"Рост прибыли не является устойчивым трендом для частных банков, и выводы по нему делать преждевременно, тем более что до комфортных предкризисных уровней прибыль не выросла. Перед многими акционерами банков также стоит проблема недостаточности капитала, и текущую прибыль для них рационально использовать для его пополнения",— соглашается Дмитрий Смирнов.

 

Есть и законодательные особенности, не дающие банкам порадовать своих акционеров. "Выплаты дивидендов банками будут ограничены требованиями по наращиванию капитала после участия в программе докапитализации через ОФЗ. Согласно условиям программы, банки, получившие господдержку, должны пополнить свой капитал на сумму, составляющую не менее чем 50% суммы средств, полученных через АСВ, при этом банк может использовать как внутренние, так и внешние источники, в том числе средства, которые могли бы направляться на дивиденды",— отмечает Дмитрий Монастыршин.

 

Рост не для всех

 

Несмотря на довольно значительный рост прибыли банковского сектора, ощутить его смогли далеко не все участники рынка. Более того, доля банков, работающих в убыток, не только не снизилась, но и продолжила расти, достигнув по итогам полугодия 35,3% от числа действующих кредитных организаций (24,6% на начало 2016 года, 15,1% — на начало 2015-го, 9,5% — на начало 2014-го). Правда, по итогам третьего квартала она немного снизилась — до 33,0%.

 

"Рост числа убыточных банков при общем улучшении финансовых результатов по сектору связан с неоднородностью отрасли,— объясняет Дмитрий Монастыршин.— Очевидно, что небольшие и средние банки показывают слабые показатели из-за плохого качества кредитного портфеля и более высоких расходов на привлечение фондирования по сравнению с крупными банками". Дмитрий Смирнов, в свою очередь, отмечает, что одной из главных причин роста числа и доли убыточных кредитных организаций в первом полугодии стало укрепление курса рубля, что привело к бухгалтерскому убытку у банков со значительной долей активов в иностранной валюте.

 

"Банковский сектор сейчас живет в сложных условиях, как и вся экономика: в условиях стагнации кредитования рост доходов ограничен, отчисления в резервы по кредитам остаются высокими,— говорит Ольга Беленькая.— В принципе число убыточных банков меняется не так сильно, а их доля составляет около трети".

 

Книга отзывов

 

Отсутствие прибыли, а значит, и отсутствие возможности органического роста капитала приводит к тому, что именно "капитальные проблемы" все чаще становятся причиной отзыва лицензий у банков. Причем эта тенденция проявилась еще в прошлом году, отмечают аналитики.

 

"Основными причинами отзыва лицензий у банков являются нарушение действующего законодательства, недостаток капитала для покрытия потерь по кредитам и проблемы с ликвидностью,— говорит Дмитрий Монастыршин.— В 2015 году было отозвано 93 лицензии, причем число банков, лишившихся лицензий за отмывание преступных доходов, незаконный вывод денежных средств за рубеж и проведение операций транзитного характера, составило 34 (в 2014 году — 36 кредитных организаций). Одновременно увеличилось количество кредитных организаций, лишившихся лицензий в связи с неудовлетворительным финансовым положением. Так, существенно участились случаи отзыва лицензий в связи с утратой капитала — 29 против 14 в 2014 году".

 

Отметим, что в плане "зачистки" банковской системы второй и третий кварталы 2016 года особых сюрпризов не принесли: Банк России продолжал отзывать лицензии прежними темпами. По данным регулятора, за второй квартал число действующих в России кредитных организаций сократилось на 27, за третий — на 31, что вполне соответствует показателям как первого квартала (26), так и прошлого года (101 за год). "Пока нет оснований ожидать прекращения или даже замедления этого процесса,— говорит Ольга Беленькая.— Главное ограничение — достаточность фонда страхования вкладов, который сейчас поддерживается кредитами ЦБ. Для крупных банков по-прежнему основным остается механизм санации, хотя ЦБ планирует его кардинально изменить, взяв контроль над санацией фактически в свои руки".

 

Называются и конкретные "целевые ориентиры". "В банковском сообществе есть мнение, что приемлемое количество банков должно быть в разы меньше,— рассказывает Дмитрий Смирнов.— Такое количество игроков позволит ЦБ лучше регулировать систему, существенно снизить объем нелегальной деятельности и вывода капитала из страны, при этом сохранить рыночный характер конкуренции с наличием региональных и нишевых игроков. При текущих темпах отзыва лицензий и консолидации рынка потребуется около четырех-шести лет для реализации данной тенденции".

 

Лицензий лишаются в основном мелкие кредитные организации, что, очевидно, стимулирует клиентов небольших банков к переходу в более крупные, причем этот процесс ускоряется. Если на начало 2015 года на пять крупнейших банков приходилось 53,6% активов российской банковской системы, то на начало 2016-го — 54,1%, а по итогам первого полугодия текущего года — 55,7%. По банкам, не входящим в топ-200, статистика следующая: 3,5% от суммы активов банковской системы на 1 января 2015 года, 2,8% — на 1 января 2016-го, 2,4% — на 1 июля 2016-го.

 

Эксперты объясняют это как статистическими особенностями (по мере сокращения общего числа банков число не входящих в топ-200 сокращается), так и экономическими причинами. "Причин увеличения концентрации бизнеса в банковской сфере несколько,— говорит Наталья Березина.— Во-первых, продолжается отзыв лицензий, и в основном это не очень крупные банки. Во-вторых, для наращивания активов нужен капитал, а пополнение капитала или поддержка его на необходимом уровне может быть для менее крупных банков более сложной задачей. В-третьих, крупные банки обладают конкурентными преимуществами в плане привлечения клиентов: могут по причине более дешевого фондирования предлагать более низкие кредитные ставки".

 

"Тенденции перераспределения на рынке связаны с консолидацией в период спада в экономике, стремлением к укрупнению и низкой конкурентоспособностью более мелких кредитных организаций на банковском рынке, прибыльность которого снизилась,— считает Дмитрий Смирнов.— Значительный вклад в этот тренд вносит рост активов банков с государственным участием за счет более дешевого фондирования и во многом привилегированного положения по отношению к привлечению государственных средств. Также в более выгодных условиях оказались крупные банки, получившие помощь в виде докапитализации со стороны АСВ".

 

Петр Рушайло

Поделитесь с друзьями
Оставить комментарий
Рубрики
Аналитика
Еще от Ъ-Online