Курсы валют
USD 59,0061 −0,4543
EUR 69,4030 −0,4154
USD 58,3775 0,0000
EUR 69,1350 0,0000
USD 58,3 592 −0,0244
EUR 69, 0915 −0,0615
USD 58,4100 58,5800
EUR 69,1600 69,3000
покупка продажа
58,4500 58,5200
69,1100 69,3000
27.11 — 04.12
59,6000
70,2000
BRENT 63,07 −0,02
Золото 1289,96 0,01
ММВБ 2154,99 0,02
Главная Новости Аналитика Дети разных доходов
Чей бог самый щедрый

Чей бог самый щедрый

Источник: Ъ-Деньги |
Если вы родились евреем, шансы на то, что ваши заработки будут выше, чем у соседей, очень высоки. Но не спешите делать обрезание: относительно высокие доходы определяются, похоже, не религиозной принадлежностью, а особенностями воспитания.
Чей бог самый щедрый
Фото: Глеб Щелкунов / Коммерсантъ

Субъекты для зависти

 

К хорошим мальчикам и девочкам под Новый год приходит Дед Мороз. Нерасторопных атеистов, согласно наблюдениям новейшего времени, навещает Дед Лайн. Однако, судя по опросу на сайте "Денег", не только вторые, но и первые могут лишь завидовать тем, кто обходится без мифических дедушек, впуская в дом разве что какого-нибудь Ханукального Гарри — существа, рожденного, впрочем, не религиозным сознанием, а американским ТВ. Во всяком случае, больше половины наших читателей, ответивших на вопрос "Приверженцы каких религий, по-вашему, зарабатывают больше?", сочли, что лучше всех удается зарабатывать приверженцам иудаизма (см. график).

 

Наш опрос, конечно, не претендовал на научность, но в чем-то наши читатели были правы. В исследовании Pew Research Center, посвященном религиозным воззрениям американцев (2014 год), при распределении 35 тыс. респондентов по уровню доходов группа с доходами от $100 тыс. на домохозяйство оказалась самой большой среди иудеев (44%). На втором месте — индуисты (36%). Затем последователи епископальной (35%), пресвитерианской церквей (32%) и атеисты (30%). Православные поделили шестое место с агностиками (29%), опередив католиков (19%).

 

Религиозность жителей РФ настолько подробно никто не изучал. А религиозных групп, которые позволяет уловить обычный всероссийский соцопрос, всего четыре. Православные — в 2016 году их доля в опросах "Левада-центра" колебалась от 76% до 80% (с 1989 по 2009 год показатель вырос с 17% до 78%, но с тех пор не имеет ярко выраженной динамики). Мусульмане — 6%. Люди, не относящие себя к конкретному вероисповеданию,— 6-9%. И атеисты — 5-6%. Однако анализ этих групп немногое дает.

 

К группе "хватает денег на питание, но не хватает на одежду" отнесли себя 21% опрошенных мусульман, 15,7% православных и 13,9% атеистов.

 

Статистически значимое различие при распределении респондентов по финансовой самооценке ("не хватает даже на питание", "хватает на питание, но не хватает на одежду" и т. п.) обнаруживается только одно: к группе "хватает денег на питание, но не хватает на одежду" отнесли себя 21% опрошенных мусульман, 15,7% православных и 13,9% атеистов.

 

"По всем остальным группам финансового статуса различия между разными по религиозной принадлежности группами не выходят за пределы погрешности",— подчеркивает руководитель отдела изучения потребления и уровня жизни "Левада-центра" Марина Красильникова. Сравнивать результат с оценками Pew Research она не советует: и выборка меньше, и "американское общество совсем иначе религиозно, чем наше".

 

Верю не верю

 

 

В США тоже не все просто: в отчете Pew Research отмечалось, что молодежь меньше склонна верить в Бога и с уходом предыдущих поколений доля верующих естественным образом падает. Атеисты, агностики и люди, "не верящие ни во что особенное", в 2014-м составили 23% против 16% в 2007-м, и религиозность внутри этой группы тоже снизилась.

 

Среди россиян, хотя они и декларируют религиозную принадлежность чаще американцев, людей, твердо уверенных в существовании Бога, куда меньше — около четверти (в декабре 2015 года — 25%, максимум в 36% был зафиксирован в 2009-м). И примерно с такой же частотой россияне говорят, что либо совсем не верят, что Бог есть, либо не знают, есть ли он, и не верят, что существование Бога можно доказать, либо верят не в Бога, а в неопределенные "высшие силы". И хотя они стали чаще заявлять, что "очень" или в "какой-то мере" религиозны, доля тех, кто хотя бы раз в месяц посещает религиозные службы, уже несколько лет существенно не меняется, колеблясь в диапазоне 10-15%.

 

Признание себя православным — это обозначение не конфессиональной принадлежности, а скорее этнической: если русский, значит, православный

 

Но все, видимо, объясняется тем, что для большинства респондентов "признание себя православным — это обозначение не конфессиональной принадлежности, а скорее этнической: если русский, значит, православный", говорит руководитель отдела социально-политических исследований "Левада-центра" Наталия Зоркая. "Причисление себя к православию отчасти заменяет национальную идентичность. И практически уравнивается с долей русских в населении РФ (78%, по данным переписи 2010 года, в микропереписи 2015-го — 82%.— "Деньги")",— добавляет она.

 

По словам Наталии Зоркой, религиозное сознание при этом "остается поверхностным", но православие "работает на подчинение, адаптацию, терпение, приспособление к складывающейся системе. Так было устроено государство. Я думаю, это укоренено в культуре и быстро это не исчезает. Даже в советское время, когда церковь была "в загоне", в антропологической модели это все сохранилось. А сейчас прикрывается религиозными словами".

 

Опиум народа

 

 

"Практически во всех религиозных традициях религия выполняет и функцию утешения и поддержки, и функцию принятия перемен, даже радикальных, как данность, как Божественную волю или Божественное предопределение",— полагают авторы статьи "Роль религиозного фактора в социальной адаптации в России" (Мария Мчедлова и др., см. ежегодник Института социологии РАН "Россия реформирующаяся", Москва, 2016).

 

Оказывается, утешение в беде и удерживание от дурных поступков — главное, в чем видят роль религии последователи православия (оба ответа набрали по 44%), третье место у православных занял вариант "охраняет от несчастий и болезней" (23%). У мусульман, по этим данным, представления несколько другие: утешение в беде (с теми же 44%) — на втором месте, а на первом — то, что религия удерживает от дурных поступков и помогает стать высоконравственным (55%). Третий по частоте выбора вариант — "дает смысл жизни".

 

Различия есть и в оценке респондентами социально-экономического положения: хотя чаще всего представители всех религиозно-мировоззренческих групп жалуются на невозможность отдохнуть в отпуске (среднее по выборке — 28%), в мусульманской группе, единственной из четырех, ровно столько же жалоб (26%) было связано с невозможностью выражать свои политические взгляды. Остальных этот фактор беспокоит куда меньше, чем, к примеру, материальная обеспеченность (13-15% против 20-22%). В ответах на вопрос о негативных последствиях кризиса во всех группах лидирует рост цен (в среднем 70%), но атеисты говорили о нем заметно чаще (74%), а мусульмане — реже (64%).

 

И хотя во всех группах больше половины не смогли указать, что сделают, если положение станет хуже, православные чаще других выбирали поиск дополнительных заработков (40% при 29-34% в других группах) и реже говорили об эмиграции (3% против 6-8%). Мусульмане сравнительно чаще выбирали переезд в другой регион (9% против 4-5%). Атеисты чаще затруднялись с ответом (17% при среднем 12%), но реже были готовы "терпеть" (4% против 7%). А верующие вне конфессий чаще (9% против 4%) выбирали варианты вооруженной борьбы.

 

Как утверждают Мчедлова и ее соавторы, респонденты, заявившие о важности религии, несколько больше были "ориентированы как "на усиление трудовой активности", так и на то, чтобы "перетерпеть ситуацию"". Однако даже это замечание не снимает вопрос, всегда ли причина различий — в религии.

 

Не Божье это дело

 

"Связь между религией и хозяйственным поведением определяется восприятием земной жизни: либо она очень для нас важна и мы в ней активны и пытаемся что-то переустроить, либо она не очень важна",— говорит профессор ВШЭ Татьяна Коваль, автор книги "Религия и экономика. Труд, собственность, богатство".

 

Православие в этом смысле отличается и от других христианских конфессий, и от иудаизма, и от ислама — не все из них способствуют экономическому росту, но все они прагматичнее и ориентируют человека на "земной активизм". Для православия, говорит Коваль, "земная жизнь не имеет ценности сама по себе, она — приготовление к жизни вечной. Поэтому и хозяйственная деятельность оказывается на периферии интереса, и социальное учение у РПЦ появилось только в 2000 году, тогда как католики занимаются этим с IV века, с Августина Блаженного".

 

Однако, напоминает Коваль, "иногда религиозные вещи совершенно не влияют на человеческое поведение и психологию, нужно делать поправку на то, что церковь — это одно, вера — другое, а религиозные догматы — третье". Корреляцию между поведением и финансовым статусом человека может определять не религиозная принадлежность, а другие факторы.

 

 

По мнению Красильниковой, те слабые различия в финансовом статусе религиозных групп, которые показывают опросы "Левада-центра", с религиозностью респондентов вовсе не связаны: "Люди, исповедующие ислам, это часто либо недавние приезжие из стран Средней Азии, или с Северного Кавказа, или из Татарстана и Башкирии, насколько я понимаю, все-таки не самых обеспеченных регионов страны. А атеисты — люди, которые сейчас, когда модно быть православным, настаивают на атеизме, как правило, имеют более высокий уровень образования, а он до сих пор соотносится с более высоким финансовым статусом".

 

Влияние образования видно и в данных Pew Research: лидирующие по уровню доходов иудеи и индуисты являются абсолютными лидерами и по уровню образования (31% и 48% продолжили образование после колледжа). Можно также предположить, что на их успехе сказалось то, что они принадлежат к меньшинствам, а часть этих людей (уж индусов-то точно) является мигрантами — все это связано с экономической активностью, вне зависимости от религиозной принадлежности. По крайней мере, как рассказывает гендиректор консалтинговой компании "Дымшиц и партнеры" Михаил Дымшиц, при исследовании национальных групп Москвы, которое проводилось в 2010 году, оказалось, что "сдвиг вверх по доходам" в сравнении с основным (русским) населением имели все этнические меньшинства, кроме белорусов.

 

"На самом деле это традиционно: если меньшинство не является преследуемым, оно чаще относится к обеспеченной группе, посмотрите хоть на китайцев в ЮВА. Это происходит за счет того, что люди, покинувшие родные земли,— люди неспокойные, у них активность выше. И, кроме того, человек, принадлежащий к малой группе в рамках большой, всегда имеет два взгляда, а не один, это позволяет ему действовать нестандартно и дает возможность для заработка",— объясняет Дымшиц. А то, как влияет образование, было хорошо видно на примере евреев: их "сдвиг по доходам" был немного сильнее, но в выборке не оказалось ни одного еврея с образованием ниже среднего специального (в других группах — около 10%).

 

Впрочем, дело не только в образовании и миграции, это еще и вопрос социального наследования, подчеркивает Дымшиц: "Мы измеряли среднюю загрузку в рабочий день, и у евреев — служащих или студентов — загрузка больше всех, зато, когда они становятся руководителями или специалистами, их загрузка ниже среднего: они больше времени проводят с детьми. Поэтому у детей выше индекс общительности — это во многом закладывается в детстве. Социальные контакты плюс трудозатраты в молодом возрасте на приобретение навыков приводят к карьерному росту и более высоким зарплатам. И дальше эта модель воспроизводится: человек живет, а не максимизирует прибыль".

 

Надежда Петрова

Поделитесь с друзьями
Оставить комментарий
Рубрики
Аналитика
Еще от Ъ-Деньги