Курсы валют
USD 57,5186 −0,0474
EUR 68,0215 −0,5338
USD 57,8 550 0,0250
EUR 68,23 75 0,0075
USD 5 8,0466 0,1541
EUR 68, 3871 0,2548
USD 57,7000 57,8000
EUR 68,2000 68,3400
покупка продажа
57,7000 57,8000
68,2000 68,3400
02.10 — 09.10
57,7000
69,6400
BRENT 58,43 −0,03
Золото 1294,66 −0,26
ММВБ 2071,13 −0,15
Главная Новости Аналитика Уберизация со знаком вопроса
Как развиваются проекты sharing economy за рубежом и в России

Как развиваются проекты sharing economy за рубежом и в России

Источник: Ъ-Online |
В США бизнес-проекты, позволяющие подрабатывать и покупать услуги других пользователей с помощью онлайн-платформ, прошли пик своего развития, считают аналитики JP Morgan.
Как развиваются проекты sharing economy за рубежом и в России
Фото: Александр Петросян / Коммерсантъ

Но российский рынок sharing economy еще далек от насыщения, говорят опрошенные “Ъ” эксперты.

 

Онлайн-сервисы, работающие по принципу sharing economy (модель, основанная на общем использовании товаров и услуг, аренде и бартере вместо владения — например, Uber, AirBnB, TaskRabbit, Lyft и т. д.), получают тревожные сигналы. Согласно исследованию JP Morgan, проведенному в 15 крупнейших городах США, доля взрослых американцев, продававших свой труд или товары на онлайн-платформах, почти достигла 5%. Однако темпы вовлечения новых людей в такие проекты заметно упали.

 

Пик роста был пройден в 2014 году. Тогда количество новых пользователей этих сервисов выросло в четыре-пять раз. В 2016 году — всего в два раза. При этом стал заметен отток предложений. Больше половины участников выходит из проектов в течение года. JP Morgan отмечает, что необходимость непрерывно наращивать клиентскую базу заставляет платформы демпинговать, снижая доходы участников.

 

По словам вице-президента «Ростелекома» и бизнес-ангела Алексея Басова, запертые инвестиционными KPI платформы не могут найти баланс между интересами всех участников и покупают рост одних в ущерб другим.

Такой тренд существует. Более того, он будет набирать обороты,— согласен Билл Шор, управляющий директор венчурного фонда Caspian VC.

Это естественный ход событий на развивающемся высококонкурентном рынке, объясняет президент Sistema Venture Capital Алексей Катков. «У клиента, за которого все бьются, как было 24 часа в сутках, так и остается, а сервисов становится все больше, и это продавливает цены вниз»,— рассуждает он. По словам эксперта, технологии, лежащие в основе таких сервисов, несложные, они легко копируются и не требуют особых вложений. Поэтому основную ценность представляют пользовательские базы.

 

Все игроки это понимают и конкурируют именно на этом поле, выбрав демпинг в качестве основного инструмента борьбы. «Они сделали выбор в пользу роста пользовательской базы, а не исполнительской, отсюда следует логичное сокращение дохода и жизненного цикла последних»,— констатирует господин Катков. В России аналогичную ситуацию можно наблюдать в части уберизации такси, полагает он.

 

Однако эксперты не считают, что эта тенденция угрожает будущему крупных проектов, таких как Uber. «Уже сейчас Uber использует беспилотные автомобили. В перспективе 10–15 лет роботы могут полностью вытеснить людей из этой сферы»,— считает Билл Шор. Это повысит рентабельность бизнеса, считает он, добавляя, что обществу следует готовиться к этим переменам.

 

То же ждет нас и в других отраслях, соглашается управляющий партнер Target Global Михаил Лобанов. «Мы уже который год слышим от местных таксистов, что работать невозможно: стоимость поездки предельно низкая, тарифы практически не изменились, несмотря на значительное падение рубля, но при этом водителей меньше не становится и никаких проблем с предложением не наблюдается»,— отмечает он.

 

Впрочем, механизм работы компаний-агрегаторов на развитых и развивающихся рынках требует отдельного изучения, обращает внимание инвестиционный менеджер ФРИИ Илья Королев. В странах, где экономика стагнирует и доходы не растут, тенденция может быть прямо противоположной. Люди могут активнее искать источники дохода в бизнесе «убер»-платформ, благодаря чему инвестиционная привлекательность этого сегмента будет расти, говорит он.

За sharing economy стоит серьезный социальный феномен, когда люди отказываются от того, чтобы владеть чем-либо физически в пользу того, чтобы просто пользоваться,— продолжает господин Королев.— Они все чаще “арендуют” музыку, кино и книги в сервисах типа iTunes, а не покупают CD, все чаще арендуют квартиры, а не покупают в ипотеку, и даже на рынке моды молодежь уже тестирует идею одеваться “в аренду”, чтобы не выбрасывать наскучившую одежду.

Действительно, растет отток людей с платформ-агрегаторов. Но речь идет об оттоке их как «поставщиков», а не покупателей. Например, они находят постоянную работу и перестают искать случайных клиентов на свои услуги, замечают во ФРИИ.

 

В России компании sharing economy находятся на начальном этапе своего развития и пока не конкурируют за людские ресурсы, считает Алексей Милевский, инвестдиректор Mail.ru Group.

В целом российский рынок еще далек от насыщения,— продолжает венчурный инвестор и гендиректор OneTwoTrip Михаил Соколов.

С учетом низких уровней доходов и зарплат в частном и госсекторах ситуация в некоторых сегментах еще долго будет оставаться противоположной западной.

 

Роман Рожков

Поделитесь с друзьями
Оставить комментарий
Рубрики
Аналитика
Еще от Ъ-Online