Ещё

Ограничение предельной задолженности полезно как для самих МФО, так и для клиентов 

Ограничение предельной задолженности полезно как для самих МФО, так и для клиентов
Фото: пресс-служба
В 2019 году отечественный сегмент займов до зарплаты ждут кардинальные изменения. Они связаны с поэтапным вступлением в силу Федерального закона № 554-ФЗ от 27.12.2018 года. Новый закон о микрозаймах предусматривает внедрение более жестких ограничений итоговой переплаты, предельных значений ежедневной процентной ставки, выделение спецпродукта, разработанного , очерчивание четкого круга лиц, имеющих право на выдачу займа и покупку долга.
Естественно, мы не могли не узнать мнение представителей самого рынка о подобных новшествах. В частности, детальный разбор всех изменений был проведен с , генеральным директором МФК .
Важно отметить, что данная компания является одним из лидеров отечественного микрофинансового рынка — входит в ТОП-3 российских МФО по размеру кредитного портфеля и является одной из ведущих финтех компаний. Помимо этого, в ноябре 2018 года спикер вошел в Экспертный совет по микрофинансированию и кредитной кооперации при Банке России. Соответственно, есть возможность максимально полно оценить все законодательные изменения.
— Вступающие в силу поправки в закон о потребительских кредитах и займах разрабатывались отстраненно от участников микрофинансового рынка. Насколько, по вашему мнению, такой подход оправдан? Ведь с одной стороны регулятор, таким образом, продемонстрировал свою лояльность именно к потребителям, а с другой — не приняты во внимание аргументированные пожелания кредиторов.
— Начнем с того, что я не согласен с утверждением, что поправки в закон о потребительском кредитовании принимались кулуарно, без обсуждения с участниками рынка. Мне представляется, что Банк России сделал даже больше, чем делают регуляторы финансового рынка в других развитых странах. Там зачастую регулятор действует волюнтаристски при принятии решений и просто доводит их до подопечных. В нашем случае на протяжении практически всего 2018 года шла реальная дискуссия регулятора с участниками рынка. Причем, в очень открытой форме: предстоящие новации были темами целого ряда отраслевых конференций и круглых столов, велось активное обсуждение в СМИ. Поэтому говорить о навязанном сверху решении нет никаких оснований. Другое дело, что ЦБ не посчитал нужным принять аргументы МФО, но при этом он руководствовался своей логикой и своими расчетами. Сейчас нет никакого смысла бросать камни в сторону регулятора. Так или иначе, МФО предстоит научиться жить в новых правовых условиях, искать пути модернизации своих бизнес-моделей и вообще менять подходы к бизнесу.
— Наверное, самыми обсуждаемыми ограничениями являются итоговая переплата и максимальная дневная процентная ставка. Что из этого более критично для отечественных микрофинансовых организаций (МФО) и почему?
— На мой взгляд, наиболее критично для МФО — это снижение максимальной процентной ставки до 1% в день. Многие компании, даже подавляющее их большинство, работали в сегменте «займов до зарплаты», где ставка была 2% в день. Для тех компаний, которые не умеют работать с повторными клиентами, у которых нет отстроенной программы лояльности, которые не сегментируют заемщиков, для них, конечно, такое изменение будет критичным. Что касается итоговой переплаты, то и здесь есть немало МФО, которые привыкли работать на пролонгациях, фактически зарабатывая деньги на таких скрытых комиссиях. Вот им тоже придется несладко.
— А насколько оправдано, по вашему мнению, включение пеней и штрафов в максимальную итоговую переплату? Ведь получается, что при относительно продолжительном договоре, например, на полгода, два клиента могут понести идентичные финансовые потери, если один будет выплачивать долг своевременно, а другой сразу же выйдет на просрочку.
— В данном случае можно говорить о такой психологической категории, как жадность. На самом деле, у МФО не может и не должно быть задачи загнать клиента в финансовую кабалу. Если человек уже не платит по кредиту в 30 тыс. рублей, то он вряд ли заплатит накопленный долг в 100 тыс. рублей. Качество заемщика от этого точно не улучшится. Другой вопрос, что клиент в случае просрочки и так сам себя наказывает: у него портится кредитная история, у него не будет доступа к финансовым ресурсам в будущем — зачем его наказывать дважды, еще начисляя бесконечные пени и штрафы. Это губительная практика и для самих кредиторов. Какой смысл рисовать себе в отчетности доходы по пеням и штрафам, которые ты все равно никогда не получишь, но которые входят в налогооблагаемую базу? А ведь некоторые компании строят свои бизнес-планы именно на основе будущих доходов, которые на самом деле вряд ли будут реализованы. Отсюда и дефолты. Поэтому ограничение предельной задолженности полезно как для самих МФО, потому что проверит жизнеспособность их бизнес-моделей, так и для клиентов. Заемщику важно понимать, какой у него долг в конечном итоге, и не бояться, что эти выплаты будут расти по спирали.
— Нельзя обойти стороной и появление нового выделенного законом микрозайма — суммой до 10 000 рублей, сроком до 15 суток и невозможностью пролонгации. На фоне отсутствия у него ограничений по ежедневному проценту, по вашему мнению, может ли он стать альтернативным вариантом выживания для компаний, специализирующихся именно на краткосрочных займах до зарплаты?
— Безусловно, это один из спасательных кругов для PDL-компаний. Сегмент потребителей «займов до зарплаты» сейчас оценивается в 4 млн человек. Многие их них вряд ли станут банковскими заемщиками. Хотя, откровенно говоря, потребительские микрозаймы (Installtment Loans) c возможностью досрочного погашения вполне могут выполнить функцию PDL-займов, и даже с бОльшим набором потребительских свойств.
Тем не менее, для тех МФО, у которых системы настроены на выдачу «займов до зарплаты», кто не может считать сложные аннуитетные платежи, это станет выходом из ситуации. Это очень простой коробочный продукт — сумма до 10 тыс. рублей, срок до 15 дней — и все. Система у тебя уже настроена, сегмент клиентов понятен, можно привычно работать.
— Ваша компания хоть и предлагает краткосрочные займы до зарплаты, но все же специализируется в большей степени на длительном финансировании граждан. Было бы интересно узнать, насколько критичны рассмотренные новшества именно для вас? Спровоцируют ли они кардинальное изменение продуктовой линейки «МигКредит»?
— Нет, для нас ограничение процентной ставки и другие новации не станут критичными. В портфеле «МигКредит» доля PDL занимает менее 1% в совокупном объеме продаж в штучном выражении. Кардинального изменения продуктовой линейки тоже не потребуется. Мы обязательно включим в нее спецпродукт ЦБ, о котором говорили выше. Сейчас мы тестируем сервис выдачи коротких займов всего по двум параметрам. Это даст клиенту более качественный сервис при заполнении анкеты. Но если говорить о рынке микрозаймов в целом, то законодательные новации, конечно, спровоцируют кардинальную перестройку бизнес-моделей.
— Ко всему прочему ЦБ РФ планирует внедрить предельную долговую нагрузку заемщиков. Не могли бы вы рассказать об этом новшестве максимально простым для обывателей языком?
— Предельная долговая нагрузка, выражаясь простым языком, означает, какой процент от своих ежемесячных доходов заемщик (или его семья) может направить на обслуживание своих обязательств перед третьими лицами. Это могут быть не только банки и МФО. Но на самом деле проблема заключается в другом. В России пока не существует единой платформы учета обязательств физических лиц. Все эти данные разрознены по бюро кредитных историй, а где-то и не учтены вовсе. Думаю, половина компаний, которые специализируются на «займах до зарплаты», нарушают законодательство в части работы с БКИ и не отправляют туда информацию. А раз нет единой базы, то сделать адекватную оценку предельной долговой нагрузки клиента становится проблематично. Создание такой базы на единой платформе, конечно, требует больших технических и организационных усилий, которые может реализовать только регулятор.
Согласитесь, множество людей, прежде всего в регионах, занимаются оказанием услуг в частном порядке, например, ремонтируют машины в своих гаражах или вяжут варежки. При этом они продают свои товары или предоставляют услуги за оплату наличными. То есть доход у них есть, однако справку 2-НДФЛ они предоставить не могут. В этой связи я допускаю, что займы в МФО также будут выдаваться на основе справки о доходах клиента. Вопрос только в том, при какой сумме это целесообразно делать. По экспертным оценкам, в этом может быть смысл при займах от 100 тыс. рублей.
Если резюмировать, расчет долговой нагрузки должен быть в сознании человека, никакими искусственными инструментами этого не добиться.
— Отдельно возникает вопрос: не превратится ли отечественный рынок микрозаймов в своеобразный банковский сектор со специализированными продуктами, где переплата будет относительно небольшая, но получить одобрение заявки достаточно сложно?
— Я так не думаю, скорее, наоборот — банки будут постепенно перетекать в сферу микрофинансов, а МФО превращаться в микробанки не станут. Это вопрос подхода к бизнесу, к клиентскому сервису. Любой специализированный продукт можно адаптировать с точки зрения потребности клиента. Например, спецпродукт, который продвигает ЦБ. Постараюсь объяснить наглядно. Что такое продукт? Возьмем для понимания утюг. Это электрический прибор, предназначенный для определенных целей. К нему прилагается коробка, инструкция, шнур питания, воронка для залива воды. Кому-то подходят более тяжелые утюги, кому-то нужен полегче. Есть антипригарное покрытие из стали, есть из керамики. Иными словами, возникает вопрос не только функций прибора, но и дополнительных качеств.
Так же и в случае с микрозаймом. У него есть множество характеристик, таких как скорость принятия решений, юзабилити анкеты, клиентская поддержка, способ получения денег, возможности личного кабинета, досрочное погашение и тд. То есть из любого специализированного продукта, каким бы коммерчески невыгодным он ни показался на первый взгляд, можно сделать конфетку. Например, у нас на его получение нужно будет заполнить не три страницы анкеты, а только два поля. И в этом смысле такой микрозайм даст уникальные возможности для потребителя.
— А вообще, как вы думаете, насколько будет значительное сокращение количества компаний по выдаче займов в России в связи с новыми законодательными нормами?
— Я предполагаю, что количество МФО сократится почти наполовину, до тысячи с лишним. С рынка уйдут в основном неэффективные и нетехнологичные компании, специализирующиеся исключительно на «займах до зарплаты». Но они занимают незначительную долю даже в сегменте PDL. Их возможный уход не окажет существенного влияния на объем рынка и доступность финансовых услуг для потребителя.
По данным ЦБ, по итогам I квартала 2018 года, более половины (52,7%) микрофинансового сектора приходилось на 20 компаний, а первая сотня рэнкинга «Эксперт РА» обеспечивает 80% рынка. Более того, микрофинансовые компании уже сегодня могут предоставить альтернативу продуктам сегмента PDL. При этом клиенты могут получать средства на более длительный срок, на большую сумму, а эффективный механизм досрочного погашения помогает не допустить лишних переплат. Эти продукты высокотехнологичны, не требуют заполнения бумажных анкет и предоставляются в онлайн режиме. И еще одно замечание. Несмотря на то что с каждым годом жизнь микрофинансовых организаций становится все сложнее под нагрузкой регуляторных новаций, этот сектор все равно привлекает новых игроков. Так, в 2016 году госреестр МФО пополнился 696 новыми компаниями, в 2017 году — 636, в 2018 году — 319 компаниями.
— ЦБ принял решение ограничить переуступку долгов граждан третьим лицам. По мнению регулятора, заниматься такой деятельностью должны только профессиональные взыскатели. Понятно, что здесь фактически исключается вариант пополнения портфелей долговых обязательств граждан у «черных коллекторов». Но возникает вопрос: не подтолкнет ли это большинство МФО на открытие собственных отделов взысканий? Ведь ассортимент покупателей долгов в любом случае сократится, и может оказаться выгодней содержать собственное профильное структурное подразделение?
— Возможно, да. Собственные структурные подразделения по взысканию долгов на каких-то фазах можно вполне эффективно содержать. Например, в «МигКредит» на стадии раннего взыскания работает собственное подразделение. Это в большей степени вопрос бизнес-модели. Если у вас есть возможности и понимание, как создать эффективный процесс взыскания, конечно, это надо делать. Но если речь идет о небольшой МФО, то построить вертикально интегрированную компанию тяжело. Проще сосредоточиться на основной компетенции — разработке и выдаче кредитных продуктов, а другие функции передать на аутсорсинг. Таким образом, вы по крайней мере выстроите продукт. Если сразу заниматься всеми процессами, это приведет к потере и времени, и, вполне вероятно, денег. Не будете же вы из-за десятка клиентов собственных штат коллекторов содержать.
Если говорить в целом об ограничении переуступки долгов граждан третьим лицам, то такая мера однозначно будет способствовать оздоровлению всего микрофинансового рынка и послужит защите прав потребителей финансовых услуг. Переуступка прав на взыскание задолженности только профессиональным коллекторам сделает эту часть финансовых взаимоотношений должников и кредиторов гораздо более цивилизованной.
Надо учесть, что коллекторская деятельность регламентируется законом, а участники этого рынка входят в саморегулиремые организации, которые также устанавливают строгие правила и следят за работой своих членов. «МигКредит» сотрудничает с третьими лицами по переуступке прав требований по просроченным свыше 1 года кредитам, но вступает в партнерские отношения только с проверенными компаниями, имеющими многолетнюю деловую репутацию. Мы знаем, как они работают с должниками, и уверены, что они делают это строго в рамках закона. В этом смысле для нас деловая репутация важнее прибыли.
— Если в целом подходить к оценке нововведений, то какие у вас самые оптимистичные и пессимистичные ожидания относительно их последствий для отечественного микрофинансового рынка на ближайшие год-два? И не является ли такой шаг фактически уничтожением 8-летней работы по урегулированию микрозаймов до зарплаты в России?
— Я бы не стал так категорично ставить последний вопрос. Речь об уничтожении «займов до зарплаты» в линейке микрофинансовых продуктов не идет. Проходит абсолютно естественный процесс калибровки этого сегмента. Очевидно, что в 2019 году рынок МФО претерпит глобальные изменения. И эти перемены затронут всех. Однако в этом я вижу драйвер для развития бизнеса и считаю, что регуляторные новации в целом будут способствовать улучшению ситуации в микрофинансовой сфере. Рынок переболеет, может даже с потерями, но сохранится. Вопрос о возможной ликвидации МФО как класса теперь не стоит в повестке дня. Общество признает, что МФО нужны, их деятельность находится под контролем и приобретает все более цивилизованные формы.
В свою очередь, компании получают понятные правила игры, которые в среднесрочной перспективе меняться уже не будут. Это дает нам определенность и стимул для развития. Если говорить о драйверах роста рынка микрозаймов, то они остаются прежними: технологичность, простота, скорость. Останется и макроэкономический фактор, гражданам нужны деньги, а с большой частью населения банки по-прежнему работать не будут. Дополнительных драйверов, которые были бы связаны с законодательством, я не вижу. Хотя можно назвать еще один — непреодолимое желание МФО выжить и развиваться.
Источник: bancRF.ru
Мошенники наполняли банкоматы игрушечными рублями
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео