Ещё

Санкции научат Россию делать мощные турбины 

Санкции научат Россию делать мощные турбины
Фото: ТАСС
Российские «» разорвали многолетнее партнерство с немецким , чтобы самостоятельно создать полностью отечественную газовую турбину большой мощности. Там не верят в обещание немцев на 100% локализовать свои турбины в России. Тогда как полностью российский проект может дорого обойтись бюджету и никогда не окупиться. Какой путь будет правильным для России?
«Силовые машины» воспользовались опционом по продаже своих 35% в российском совместном предприятии (СП) с Siemens — «Сименс технологии газовых турбин» (СТГТ), написал «Коммерсант». По разным оценкам, доля «Силовых машин» в СП оценивается в 5-6 млн долларов США, так как у предприятия нет производства полного цикла, а скорее отверточная сборка комплектующих из Германии. Сами немцы эту долю выкупить не могут, новым партнером должна быть российская компания. Ею может стать « энергохолдинг».
На самом деле, кошка между партнерами пробежала уже давно, а в прошлом году разногласия вылились и в публичную плоскость.
Немецкая Siemens после неприятной крымской истории пытается удержаться на российском рынке. Летом немцы заявили о полной готовности повысить уровень локализации производства газовой турбины большой мощности SGT5-2000E в России до 100%, и подали заявку на заключение специнвестконтракта (СПИК).
Однако «Силовые машины» раскритиковали немцев, там не верят в их план локализовать производство. Осенью владелец «Силовых машин» Алексей Мордашов попросил правительство не заключать специнвестконтракт (СПИК) с иностранными производителями газовых турбин большой мощности. Такие контракты дают отсрочку на локализацию производства на три года. В «Силовых машинах» считают, что это сведет к нулю все усилия по созданию в России отечественных технологий по производству подобных турбин. А в этом году в «Силовых машинах» признались — Siemens заявил им, что не передаст контроль над технологиями по политическим мотивам. А по российскому законодательству, именно к России должен перейти полный контроль на интеллектуальную собственность производимого в пределах страны локализованного оборудования.
В ответ Siemens обвинил «Силовые машины» в желании избавиться от конкурента. «Силовые машины» действительно хотят сами разработать турбину большой мощности. В декабре они выиграли конкурс на получение субсидий на НИОКР для разработки отечественной газовой турбины средней и большой мощности в объеме 5 млрд рублей. Правда, с тех пор стоимость проекта выросла с 15 до 17 млрд рублей, поэтому субсидии в 5 млрд рублей уже недостаточно, считают в «Силовых машинах». Там просят у государства больше — до половины стоимости проекта.
В России между производителями турбин средней и большой мощности идет жесткая борьба за заказы, которые ожидаются в рамках программы модернизации ТЭС до 2030 года. Турбины — продукт нишевой, не массовый, и новых заказов приходится ждать долго — ведь ресурс работы турбины до 40 лет. Поэтому борьба идет не на шутку. Еще десять лет назад Россия просто купила бы иностранные турбины — немецкие или американские — и на этом вопрос быбл бы закрыт.
Однако история с «сименовскими» турбинами для ТЭС в Крыму вкупе с санкционной политикой Запада заставили изменить позицию на 180 градусов. Теперь критичные технологии Россия старается импортозаместить.
Заработать на российском рынке хотят мировые монстры — немецкая Siemens, а также американская , у которой СП совместно с «» и ОДК. Это два мировых лидера по производству газовых турбин большой мощности — от 120 МВт. В прошлый раз на установке своих турбин на российские ТЭС им удалось получить неплохой доход, и они, конечно, продолжают извлекать выгоду на обслуживании собственного оборудования на наших станциях.
Россия когда-то тоже могла делать турбины большой мощности, но в 90-х годах эти компетенции были утрачены. Удалось сохранить только рыбинский «Сатурн», который производит турбины малой мощности от 2,5 до 25 МВт.
Попытки разработать такую турбину предпринимались и не раз, но безуспешно. В 2014 году консорциум из «ОДК-Сатурн», «Интер РАО» и  — Инжиниринговый центр «Газотурбинные технологии» — решил модернизировать проект российской газовой турбины ГТД-110М мощностью до 120 МВт. Однако в 2017 году тестовые испытания первой такой газотурбинной установки были остановлены — произошла авария и турбина была повреждена. Консорциум продолжил работы. В конце 2019 года стало известно, что российская газовая турбина ГТД-110М уже 3 тыс. часов успешно отработала по командам единого диспетчера. Через полтора-два года технологию можно будет тиражировать, заявил тогда замдиректора департамента Минпромторга по станкостроению и инвестиционному машиностроению .
Плюс «Силовые машины» ввязались в борьбу за восстановление российских компетенций по производству газовых турбин большой мощности.
Россия встала перед выбором. Поверить обещанием немецкой Siemens о 100% локализации производства газовых турбин большой мощности в России или создать турбины и их производство с нуля исключительно собственными силами?
Правильного ответа здесь нет.
«Не могу сказать, что какой-то из этих вариантов однозначно хорош. И в том и в другом случае есть риски и могут быть издержки как у потребителей, так и у государства как регулятора», ­— считает старший эксперт Фонда «Институт энергетики и финансов» (ИЭФ) .
И дело даже не в том, что российские машиностроительные компании могут не справиться с поставленной задачей. Наоборот, Кондратьев уверен, что и «Силовые машины», и консорциум российских компаний с ОДК вполне способны обеспечить результат при должном финансировании и приоритетности задач. Однако есть два экономических риска.
«Один из рисков — это отклонение от заявленных сроков вывода на рынок турбины большой мощности. Например, потребуются доработки, которые займут дополнительно 1,5-2 года. Встанет вопрос — либо заменять эту турбину на другую, что дорого для потребителя, так как потребует перепроектировки. Либо кто-то должен будет оплатить понесенные дополнительные издержки покупателя из-за срывов срока ввода в строй новых турбин», — говорит Кондратьев.
Второй риск в том, что проект может оказаться неокупаемым, потому что создавать столь технологически сложный проект с нуля — это недешевое удовольствие. В пример Кондратьев привел проект самолета «Сухой Суперджет». Несмотря на серийное производство, выход на рынок и наличие покупателей, этот проект не может окупить всех затрат, которые понесло государство и  (Авиастроительная корпорация).
«Объем рынка газовых турбин не очень большой, и даже если удастся выйти на экспортные рынки, доходы могут оказаться все равно ниже затрат. Это серьезный вопрос, потому что мы понимаем, что и ОДК, и «Силовые машины» будут просить о бюджетной поддержке для компенсации», — говорит Сергей Кондратьев.
Локализация в России производства иностранных газовых турбин с точки зрения затрат, конечно, более выгодна государству. Однако здесь риски уже более высокого порядка с точки зрения энергетической и национальной безопасности. Пример с чуть было не сорвавшейся установкой сименовских газовых турбин на крымские ТЭС — ярчайший тому пример.
«Силовые машины» не верят, что Siemens локализует на 100% свои турбины средней и большой мощности. И это действительно будет достаточно сложно сделать, подтверждает Кондратьев.
«Для этого Siemens потребуется выстроить альтернативную глобальной цепочку поставщиков. Им надо будет найти всех поставщиков в России, аттестовать их, убедиться в том, что они соответствуют техническим стандартам Siemens. Это очень непросто реализовать на практике. В России может не оказаться поставщиков, которые подходят под требования Siemens. И это будет оправданием для немцев, чтобы сохранить поставки комплектующих из третьих стран, что создает серьезные санкционные риски», — поясняет отраслевой эксперт.
Во-вторых, даже если представить, что Siemens локализуют на 100% поставщиков первого уровня, то это вовсе не означает полной локализации производства поставщиков второго уровня (то есть тех, кто поставляет детали аккредитованным немцами поставщикам в России). У поставщиков второго уровня сохранятся поставки из третьих стран, которые легко можно будет остановить.
Наконец, указывает Кондратьев, под локализацией чаще всего подразумевают локализацию производства физических деталей, например, лопатки турбины и других условно металлических деталей. Однако сейчас ни одно производство невозможно, например, без IT-решений и проектировочных решений, которые остаются иностранными. Это значит, что Западу при желании достаточно будет ввести запрет на применение иностранных IT-решений, чтобы поставить крест на установке сименовской турбины полностью российского производства на российскую ТЭС.
Мировое машиностроение знает много примеров того, как локализация иностранных технологий неожиданно выходит боком. В пример собеседник приводит Южную Корею, которая вместе с американской Westinghouse создала у себя всю цепочку производства для АЭС. А потом выяснилось, что по условиям соглашения американская компания закрыла доступ корейцев на экспортные рынки. Даже когда Westinghouse сняла этот запрет, корейцы все равно не смогли принять участие в ряде проектов по строительству АЭС за рубежом, имея на руках локализованное производство. Потому что для этого потребовалось разрешение американских регуляторов, а они его не давали. Причем здесь американские регуляторы? При том, что деньги на технологии и НИОКР для Westinghouse выдавались из бюджета США.
Если Россия сделает выбор в пользу кооперации с Siemens, то это будет означать отказ от экспорта турбин, говорит Кондратьев. Иностранцы с большей долей вероятности запретят экспорт производимых в России турбин. Зачем им самим создавать себе конкурента в лице России на мировом рынке?
Хотя в России разработана программа модернизации ТЭС до 2030 года стоимостью в сотни миллиардов рублей, игроки рынка уверяют, что на всех заказов не хватит.
«Российский рынок газовых турбин относительно небольшой, и темпы роста электропотребления низкие. К тому же, у нас есть задел по увеличению энергоэффективности. Это значит, что объемы спроса на газовые турбины внутри России будет не очень большим, и выжить на нем нескольких крупным производителям будет сложно», — говорит Кондратьев.
По мнению эксперта, Россия могла бы рассмотреть оба варианта — и локализовать иностранные турбины на комфортных условиях, и создать полностью отечественные газовые турбины большой мощности. Но форма поддержки, конечно, должна отличаться. В первом случае — стоит дать возможность иностранным компаниям оставаться на российском рынке и конкурировать. Во втором случае — предоставить госсубсидии, без которых с нуля такой сложный продукт не создать.
«Потому что с одной стороны, конкуренция создает выбор для потребителя, а с другой — стимулирует российские компании не расслабляться, а совершенствовать свой продукт и предлагать хорошие условия покупателю», — резюмирует эксперт «Института энергетики и финансов».
Видео дня. Слесарь из Королева стал миллионером
Комментарии 8
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео