Экономика
Компании
Рынки
Личный счет
Недвижимость
Курсы валют
Конвертер валют
Курс доллара
Курс евро

Почему громкое дело ЮКОСа ожидает тихий финал

Тянущееся уже более 15 лет дело , видимо, приближается к своему финалу. Очередной раунд разбирательства, в котором задействованы сразу несколько европейских юрисдикций — Франции, Швеции, Нидерландов, — стартовал в Верховном суде в Гааге 5 февраля. На кону $57 млрд, однако позиция России хорошо известна: Гаагский суд не вправе был рассматривать это дело, а потому выплаты по его решению из российской казны вряд ли последуют. При этом сами иностранные истцы — акционеры ЮКОСа — обезличены и выступают от имени нескольких разных зарубежных фондов, аффилированных друг с другом офшорных компаний. RT разбирался, как с этим делом связана финансовая династия Ротшильдов.

В начавшихся 5 февраля слушаниях в Верховном суде Нидерландов по делу о выплате акционерам ЮКОСа $57 млрд российская сторона продолжила отстаивать свою позицию.

Видео дня

«Наш главный аргумент состоит в том, что арбитраж вообще не вправе был рассматривать это дело и выносить решение о взыскании с Российской Федерации, а именно с казны, — сказал в эксклюзивном интервью RT глава . — Потому что международный договор — Энергетическая хартия (на основании которой принимал решение арбитраж. — RT) — не был ратифицирован Россией».

Оппоненты российской стороны в этом процессе упирают на то, что достаточно самого факта подписания Россией этого международного договора, пояснил в интервью RT замминистра юстиции Миха

«Как известно, в любом демократическом парламентском государстве подобные вопросы должны согласовываться парламентом», — констатировал он.

С 2014 года, когда международным арбитражем было принято первое решение по этому делу, сумма исковых требований возросла с $50 млрд до $57 млрд.

Однако с тех пор российское законодательство претерпело ряд существенных изменений в сторону укрепления суверенитета страны. Именно эти изменения, по сути, поставили точку в многолетней эпопее ЮКОСа.

Согласно проведённому RT анализу, 2016—2020 годы стали знаковыми для бывших акционеров компании. Стало понятно, что взыскать десятки миллиардов долларов с российской казны в реальности значительно труднее, чем изначально предполагалось.

Так, в 2017 году Конституционный суд РФ разрешил не исполнять решение ЕвроПЧ), где бывшие акционеры ЮКОСа также добивались от российской казны многомиллиардных выплат.

А в конце декабря 2020 года КС по ходатайству федерального правительства сделал специальное разъяснение: передавать международному арбитражу споры между РФ и иностранными инвесторами по международным договорам, не ратифицированным в России, минуя национальные суды, нельзя.

Скорее всего, новое разъяснение КС посвящено в первую очередь международным судам с акционерами ЮКОСа и применению положений Энергетической хартии, считает адвокат Сергей Князькин.

«Не могу представить других столь же значимых причин. Тем более по таким суммам. Никогда ранее не было и, наверное, не будет таких сумм исков», — сказал RT адвокат.

«Грязные руки» олигархов

Основатель ЮКОСа бизнесмен Михастоянно проживающий в Великобритании, к арбитражному разбирательству бывших акционеров, по его собственным словам, не имеет никакого отношения.

«Я не являлся стороной иска, — сказал Ходорковский в своём блоге на YouTube. — От управления компанией «ЮКОС» я вынужденно отошёл ещё в 2003 году, сразу после ареста. Год спустя я вышел из состава акционеров (Group Menatep. — RT). Значит, я лично ничего не получу от процесса в Гааге».

Кто же стал интересантами $57 млрд в деле ЮКОСа?

Официально в судах были заявлены три компании: Yukos Universal (остров Мэн), Hulley Enterprises (Кипр) и Veteran Petroleum (Кипр). Первые две — дочерние предприятия зарегистрированной в Гибралтаре Group Menatep Limited (GML). Гибралтар публично не раскрывает бенефициаров своих компаний.

Третья из фирм-истцов в арбитражном разбирательстве — пенсионный фонд ЮКОСа Veteran Petroleum LTD (VPL) — управляется через джерсийскую Veteran Social Programme PTC швейцарским трастом Rawlinson & Hunter.

При этом акционеры и инвесторы ЮКОСа, обратившиеся с исками в арбитраж, и настоящие интересанты, требующие с российской казны $57 млрд, — не одни и те же люди.

За титулами истцов прячутся олигархи, которые в действительности и стоят за этим делом, пояснил RT министр Чуйченко.

По его словам, этих олигархов нельзя считать инвесторами, поскольку они используют тактику «грязных рук» — совершают дурные поступки во имя благих в их представлении целей.

«В первый раз они буквально приобрели компанию за бесценок с помощью взяток, — говорит Гальперин. — Факт этих взяток подтверждён . Затем они вывели миллиарды долларов США из компании в офшорные структуры. Это также было подтверждено Европейским судом по правам человека в 2011 году. А теперь, в третий раз, они хотят, чтобы трём офшорным компаниям выплатили из российского бюджета ещё почти $60 млрд».

Миллиардеры-наследники

В 2002 году, то есть за год до своего ареста, Михаил Ходорковский, как уже писал RT, создал в Лондоне фонд Open Russia Foundation, который позднее был переименован в Future of Russia Foundation (FRF).

Тогда Forbes оценивал состояние Ходорковского в $3,7 млрд.

В правление фонда вместе с Ходорковским вошли бывший посол США в СССР Артур Хартман (скончался в 2015 году), экс-госсекретарь США Генри Киссинджер, а также лорд Джейкоб Ротшильд, 4-й барон дин.

Первоначальный взнос в фонд составил £10 млн.

«Михаил Ходорковский и лорд Ротшильд хорошо знакомы уже несколько лет, — писала в 2003 году Lenta.ru. — В частности, они совместно финансировали различные проекты в рамках фонда Open Russia Foundation».

Со ссылкой на The Sunday Times издание сообщало, что Ротшильд после ареста Ходорковского стал владельцем 44% акций ЮКОСа — это пакеты, принадлежавшие Hulley Enterprises и Yukos Universal Limited.

Это была «чрезвычайная» схема управления ЮКОСом, разработанная на случай смерти или недееспособности Ходорковского, писал Forbes.

«Ротшильд был лишь одним из возможных «наследников» миллиардера, — поясняет издание. — Гораздо больше шансов получить пакет Ходорковского было у Платона Лебедева (партнёра по бкого. — RT), но его отправили за решётку ещё в июле 2003 года».

В связи с этим примечательно, что за день до ареста Ходорковского, 24 октября 2003 года, в совете директоров Yukos Universal Limited произошло изменение, которое позволяет предположить наличие интереса в судьбе ЮКОСа не только у Ротшильдов, но и у украинского олигарха Виктора Пинчука.

Тогда в Yпришёл британец Кевин Бромли (Kevin Malcolm Bromley).

Этот человек входил в топ-менеджмент компании Eastone Group Limited, в которой состоял и главный представитель акционеров ЮКОСа Тимоти Осборн — правда, всего четыре дня. Eastone Group принадлежит, согласно данным британского реестра The Companies House, Виктору Пинчуку и его супруге Елене — дочери экс-президента Украины Леонида Кучмы.

Сейчас Бромуководителей Yukos Universal Limited нет. А Осборн по состоянию на сентябрь 2020 года остаётся в YUL в совете директоров.

Что касается «материнской» компании Yukos Universal — GML, то до 2003 года Ходорковский владел ею на 70%, а после ареста этот пакет акций получил Леонид Невзлин (заочно осуждён ом на пожизненное заключение). Пакеты акций GML в объёме от 7,3 до 8,6% были у бывших топ-менеджеров ЮКОСа Платона Лебедева, Михаила Брудно, Владимира Дубовхн

2003 году Невзлин вошёл в правление FRF, но пробыл там всего полгода.

А в 2013 году состав правления FRF пополнил Тимоти Осборн — действующий директор GML с 2006 года.

Тогда Следственный комитет России возбудил дело в отношении него, а также бывшего президента ЮКОСа Стивена Тиди и бывшего финансова Брюса Мизамора. Их заподозрили в незаконном присвоении активов ЮКОСа на сумму $10 млрд. Но добиться их экстрадиции в рамках расследования так называемого третьего дела ЮКОСа не удалось.

Уход по-английски

По данным британского реестра The Companies House, в разное время лорд Джейкоб Ротшильд выступал в FRF в роли обычного должностного лица и «лица, осуществляющего значительный контроль» и обладающего не менее чем 25% и не более чем 50% голосов.

Должностным лицом он был дважды: с 2002 по 2005 год и с 2013-го по 2016-й. А контролирующим — лишь с 13 сентября по 19 декабря 2018-го.

Но это не означает, что до сентября 2018 года Ротшильд не имел влияния в британском фонде Ходорковского, так как до этого времени «лицом со значительным контролем» значилась трастовая компания Ротшильдов — S.J.P. Trust Corporation.

Согласно последним данным, опубликованным The Companies House в августе 2020 года, два года назад FRF покинули и сам Ротшильд, и его трастовая компания.

За два года до этого фонд покинул и Тимоти Осборн. О своём выходе из FRF ни Ротшильд, ни Осборн публично не объявляли.

Неназванные пострадавшие

Тут следует напомнить, почему последние четыре года обернулись крахом финансовых амбиций для зарубежных интересантов дела ЮКОСа.

Кроме упомянутого выше разбирательства, в арбитраже Гааги была ещё одна тяжба — в Европейском суде по правам человека (ЕСПЧ) в Страсбурге. В 2014 году ЕСПЧ принял постановление по делу «ОАО «ЮКОС» против России» о выплате акционерам компании 1,9 млрд.

Изначальные требования составляли $98 млрд — сумма, схожая с иском в Гааге, где требовали $103 млрд. При этом капитализация ЮКОСа до банкротства была в разы меньше и составляла $20 млрд.

Но сама компания была признана банкротом в России ещё в 2006 году. В чьих именно интересах выступал представитель истцов британский адвокат Пирс Гарднер, интересовало не тскую сторону, но и самих судей ЕСПЧ.

«Есть два юридических лица, созданных для защиты и сохранения интересов ЮКОСа, и они могут получить справедливое удовлетворение и распределить его законным образом между сторонами», — ответил на слушаниях дела в 2010 году в Страсбурге Гарднер.

Никаких имён он не называл.

Речь идёт о созданном в 2005 году объединении Yukos Foundations «для защиты зарубежных активов «НК «ЮКОС» нероссийскими судами».

«Дополнительный уровень защиты от действий российских властей обеспечивает тот факт, что объединение зарегистрировано в Нидерландах. Yukos Foundations включает в себя две нидерландские организации: Stichting Administratiekantoor Financial Performance Holdings и Stichting Administratiekantoor Yukos International», — говорится на сайте объединения.

По данным торгового реестра Нидерландов Kamer van Koophandel, в состав нидерландского Stichting Administratiekantoor Yukos International в разное время входили Тимоти Осборн, Брюс Мизамор, Стивен Тиди, экстрадиции которых добивались российские правоохранители, а также американец Дэвид Годфри — ещё один бывший ЮКОСа.

«Токсичный актив»

Однако, несмотря на решение ЕСПЧ, 1,9 млрд из российской казны заявители так и не получили.

Минюст РФ в 2016 году обратился в Конституционный суд с вопросом, могут ли российские власти не выплачивать эту сумму.

Газета «Коммерсантъ» сообщала, что на заседание в КС пригласили не только адвоката Гарднера, но и главу Group Menatep Limited (GML) Осборна, «чьи «дочки» Yukos Universal Limited и Hulley Enterprises Limited являются бывшими владельцами ликвидированной компании».

Сам Осборн в суд не явился, но сообщил изданию, что обе компании предоставили КС письменные отзывы, содержание которых «не подлежит разглашению».

В январе 2017 года КС постановил: решение ЕСПЧ по делу ЮКОСа идёт вразрез с российской Конституцией.

До конца не разрешённым пока остаётся вопрос с разбирательством в судах Нидерландов и других европейских юрисдикциях по выплате $57 млрд на основании решения арбитража.

При этом ещё ЕСПЧ установил, что в деле ЮКОСа не было политической составляющей.

Политический аналитик Александр Асафов считает, что FRF Ходорковского мог расцениваться Ротшильдами как «токсичный актив».

«Видимо, существуют проблемы и по отчётности по предыдущим этапам, поэтому они вышли из всех активов, токсичных с точки зрения финансов и репутации», — заключил Асафов.

По мнению эксперта, уход Ротшильда может быть связан и с тем, что реальных денежных перспектив в этих разбирательствах финансовая династия не усматривает.

«Множество проектов, которые расценены как сложновыполнимые и бесперспективные с точки зрения бизнеса, свёрнуты. Ротшильды перестали распылять усилия на множество проектов», — говорит Асафов.

Проекты, связанные с Россией, после принятия поправок к Конституции трудновыполнимы, добавляет он.

«У нас теперь приоритет национального права закреплён в основном законе, — подчёркивает политолог. — Россия кратно увеличила свой суверенитет, так что теперь даже через международные институции и международные суды на неё очень сложно повлиять».

Этот тезис политолога подтверждается недавним разъяснением Конституционного суда России, последствием которого, как упоминалось, может стать отказ от признания юрисдикции международного арбитража по делу ЮКОСа, а следовательно, отказ от выплаты иностранным инвесторам $57 млрд из российской казны.

Самый ранней датой принятия решения по жалобе РФ в Верховном суде Нидерландов Михаил Гальперин называет осень этого года.

«Однако есть прогнозы, что оно может быть принято в следующем году, — добавил он. — Если дело будет передано в Европейский суд, то разбирательства продлятся ещё два или три года».

* Institute of Modern Russia (Институт современной России) — организация, деятельность которой признана нежелательной на территории РФ по решению Генеральной прокуратуры от 26.04.