Экономика
Компании
Рынки
Личный счет
Недвижимость
Курсы валют
Конвертер валют
Курс доллара
Курс евро

Экономист Грибов высказался о законе, запрещающем разглашать деловую информацию российских компаний, совершающих сделки на мировых рынках

Режимы ограничения доступа к информации с разной степенью секретности существовали и раньше. Такие термины, как "государственная тайна", "коммерческая тайна", "служебная информация" давно являются привычными в хозяйственном обороте. Новый же режим использования информации, распространяющийся на внешнеторговую деятельность, стал российским ответом на актуальные события последних месяцев. Специальная военная операция на Украине стала началом небывалой ограничительной активности европейской и американской бюрократии. На Западе уже сбились со счета, штампуя очередной пакет ограничительных мер против экономики нашей страны. Однако во всех представленных санкциях проскальзывает нечто общее и хорошо знакомое. Для этого надо вспомнить события недалекого 2018 года. Тогда, а конкретно 6 апреля, один из лидеров российского автомобилестроения "" попала в список заблокированных лиц, известный, как SDN-список . В этот "черный" американский список попадают назначенные США террористы, авторитарные деятели и международные преступники. На практике это означает, что попавшие в эти категории банки, поставщики и любые контрагенты, работающие с компанией, рискуют попасть под вторичные санкции Минфина США. Как известно, на тот момент у Группы ГАЗ был действующий контракт по производству автомобилей в Нижнем Новгороде с Volkswagen. Часть моделей туристических и междугородных автобусов выпускались на шасси Scania, ряд коммерческих автомобилей комплектовался дизельными двигателями Cummins. Кроме того, у компании было заключено множество контрактов на поставку зарубежных комплектующих для производства автомобилей. После злополучного 6 апреля 2018 года все подобные контракты неожиданно для россиян стали зависеть от генеральной лицензии американского Управления по контролю за иностранными активами (OFAC), выдаваемой на определенный, как правило, краткосрочный, период времени. Тогда российская промышленность получила первый урок ведения бизнеса "в новых условиях". Под этот чужой режим попадают любые соглашения, которые могут быть отменены и пересмотрены, если они не устраивают американские регулирующие органы. Но главный вывод, который стоило сделать из событий четырехлетней давности – то, что любой договор и любая сделка, заключенные в публичном пространстве, подпадают под надзор американских контролирующих органов. Вопиющая несправедливость тех дней стала жесткой реальностью, с которой столкнулась теперь вся российская экономика и российские граждане. Если, например, немецкий Volkswagen и российская Группа ГАЗ договариваются между собой и публично заявляют об этой сделке, это не значит, что на нее не может повлиять Минфин США. Ситуация с Группой ГАЗ показала, что OFAC может оказать влияние на любую сделку, о которой ему известно. Более того, для получения "генеральной лицензии" могут быть выдвинуты специальные условия, которые также могут быть пересмотрены при продлении лицензии. В 2020 году для Группы ГАЗ было выставлено требование предоставления американскому регулятору отчетности раз в квартал, а также отстранение от принятия решений собственника компании. Что это на самом деле, как не принуждение к продаже актива? В противном случае, заявили американцы, лицензия не будет продлена, и зарубежные партнеры откажутся работать с нашей компанией. Весной этого года оставалось лишь удивляться той скорости, с которой вводились ограничения на работу практически всех отраслей экономики России. И снова в "черных" списках ограничительных мер – наши автопром, авиапром, электроника. Удар, как не следовало ожидать, пришелся по отраслям, чья деловая открытость максимальна, где много зарубежных партнеров и внешнеторговых контрактов. Повторение урока январских событий 2018 года позволило России получить необходимый опыт действий в чрезвычайных условиях текущего времени. Сегодня, когда российские компании, оказавшиеся под санкциями США и , вынуждены заново выстраивать логистику, искать новых поставщиков, организовывать каналы сбыта товара, приходится понимать, что каждый заключенный контракт, каждый найденный поставщик могут стать целью очередного пакета санкций. Отсюда следует законодательная рекомендация исключить информационную утечку любых экспортных контрактов отечественных компаний. Картина действительно повторяет сюжет хорошо известного плаката военной поры "Не болтай!". Автор - доцент кафедры экономической безопасности Факультета национальной безопасности Института права и национальной безопасности (ИПиНБ) .

Экономист Грибов высказался о законе, запрещающем разглашать деловую информацию российских компаний, совершающих сделки на мировых рынках
Фото: Газета.RuГазета.Ru