Ещё

Реформа вывела российскую атомную отрасль на новый уровень 

Реформа вывела российскую атомную отрасль на новый уровень
Фото: Деловая газета "Взгляд"
можно признать не просто одной из самых успешных, но образцовой госкорпорацией. Те десять лет, когда отраслью руководил , открыли перед ней глобальные перспективы. Однако преемнику Кириенко не грозит почивать на лаврах: конкуренция на мировом атомном рынке становится все более жесткой, а политические риски резко возросли. Необходимо понимать, что Сергей Кириенко покидает госкорпорацию «Росатом» и переходит на работу в  в момент наивысшего подъема отечественной атомной отрасли за весь постсоветский период. За «десятилетие Кириенко» российским атомщикам удалось не только существенно нарастить свою долю в энергобалансе страны, но и подтвердить свою глобальную состоятельность — в прошлом году портфель внешних заказов «Росатома» превысил 110 млрд долларов.
Самая эффективная госкорпорация
«Росатом» был последней в череде госкорпораций, появившихся в России на протяжении 2007 года. И всегда стоял особняком среди своих «сестер», которых общественное мнение и СМИ регулярно уличали в неэффективности и непрозрачности расходования средств (а то и в коррупции). По сути «Росатом» можно считать чуть ли не образцовым воплощением главной цели, которую преследовало само создание госкорпораций. Речь шла о том, чтобы сосредоточить максимальные средства и управленческие компетенции на важнейших для страны направлениях развития, одновременно собрав под единый «зонтик» разрозненные активы. В атомной отрасли эта ставка определенно сыграла.
Динамика производственных и финансовых показателей «Росатома» за последние три года говорит о том, что отрасль сейчас находится на вершине невиданной прежде волны. С 2013 по 2015 годы выручка выросла с 529,2 до 821,2 млрд рублей, объем налогов, уплаченных в различные уровни бюджета, — с 99 до 164,5 млрд рублей, а объем выработки электроэнергии — с 172,2 до 195,2 млрд кВт-час. Если в 2007 году доля АЭС в общей выработке в Единой энергосистеме России составляла 15,9%, то к настоящему времени она выросла до 18,6%. При этом, утверждается в последнем годовом отчете «Росатома», уровень общественной поддержки атомной энергетики в России вырос до 75,5%.
«По разным оценкам, «Росатом» действительно одна из самых эффективных госкорпораций, причем не только в стране, но и на мировом рынке, во многом — благодаря той команде, которую сохранил и развил Сергей Кириенко, — говорит председатель правления фонда Центр стратегических разработок «Северо-Запад» . — «Росатом» одним из первых создал собственную стратегию развития, которая затем была конвертирована в федеральную целевую программу, первым перешел к программному инвестиционному развитию, что выглядит эталоном для многих компаний с госучастием. У «Росатома» очень большой портфель НИОКРов, в которых зафиксированы перспективные направления. В части перехода на цифровое производство «Росатом» является лидером не только в сегменте сооружения энергетических объектов, но и на строительном рынке России в целом. Плюс финансовая устойчивость основных активов, сохранение профессионального костяка в команде — в этом отношении «Росатом» тоже на очень хорошем счету».
Оценивая личный вклад Кириенко в достижения «Росатома», Владимир Княгинин делает акцент на его способностях организатора и стратега. Именно Кириенко создавал саму структуру госкорпорации, затем стоял во главе формирования ее стратегии, налаживал работу по удержанию стратегических приоритетов в последующей деятельности и, наконец, сформировал команду профессионалов мирового уровня. Опыт Кириенко оказался востребованным и за пределами атомной отрасли: сейчас по этим стопам идет  — единственная госкорпорация, созданная в России после «Росатома».
Еще одной важнейшей задачей, которую Сергей Кириенко успешно выполнил, стало превращение «Росатома» в полноценного глобального игрока, и в этом «Росатом» также отличается от других госкорпораций, которые ориентированы главным образом на российский рынок. Сегодня «Росатом» занимает первое место в мире по количеству энергоблоков АЭС (36 штук) в зарубежном портфеле проектов, а сам портфель заказов на десятилетний период с 2013 по 2015 годы вырос с 72,7 до 110,3 млрд долларов. Зарубежная выручка госкорпорации за этот же период увеличилась с 4,97 до 6,26 млрд долларов.
По мнению Владимира Княгинина, именно Кириенко смог успешно выстроить внешние переговорные процессы, а это была очень сложная задача: «Основная часть сформированных при нем внешнеэкономических контрактов — это не наши традиционные заказчики. Конечно, сейчас продолжается работа с такими странами, как Венгрия и Финляндия, начатая еще в советский период, но с большей частью азиатских заказчиков отношения надо было выстраивать с нуля, причем в условиях серьезной конкуренции с агрессивными игроками мирового атомного рынка — французами, корейцами, китайцами. Поэтому достигнутые результаты дорогого стоят».
Успех «Росатома» на мировом рынке во многом объяснялся тем, что российские атомщики обладали существенно большим спектром возможностей, чем их конкуренты. В одном из интервью первый заместитель генерального директора — директор блока по развитию и международному бизнесу госкорпорации пояснял, что «Росатом» является единственной в мире атомной корпорацией, которая работает во всех сегментах цепочки стоимости — от добычи природного урана до строительства, эксплуатации и вывода АЭС из эксплуатации, сочетая функции и оператора, и поставщика технологий. «Все это дает нам уникальный набор компетенций и возможность предлагать решения „под ключ“, что пользуется особенным спросом, когда речь идет о странах-новичках», — говорил Комаров.
Активный выход на внешний рынок позволил «Росатому» начать восстановление отечественного атомного машиностроения. Например, после вхождения в машиностроительный дивизион «Росатома» знаменитого завода «Атоммаш» в городе Волгодонске Ростовской области он впервые за четверть века получил заказы по своему основному профилю — производству оборудования для АЭС.
Значительные успехи «Росатом» при Кириенко продемонстрировал и в диверсификации своей деятельности, отмечает Княгинин. Доказательством этого служит, например, значительный рост, который показали производственное объединение «СТАРТ» (Пензенская область) или , в том числе по таким направлениям, как машиностроение и системы безопасности. Кроме того, накоплен значительный объем кооперации с теми секторами, которые требуют целостных технологических решений, прежде всего с оборонно-промышленным комплексом. Определенное движение происходило и в технологической сфере в виде новых материалов, цифровых моделей, производстве программного обеспечения. Наконец, благодаря Кириенко в рамках его кадровых программ возобновилась активная работа с вузами. Например, в результате такого взаимодействия смог существенным образом скорректировать свою стратегию, обеспечив развитие новых компетенций в инжиниринге и на смежных рынках, которые уже находят применение в «Росатоме».
Глобальные вызовы для государства в государстве
«Росатому» в ближайшие годы, возможно, предстоит решать еще более сложные задачи, чем в первый период существования госкорпорации, неотделимый от имени Кириенко.
По словам источника, близкого к атомной отрасли, вызовы, которые сейчас стоят перед «Росатомом», грандиозны. Прежде всего, это меняющаяся структура мирового энергетического рынка: атомный сегмент будет сжиматься под натиском возобновляемых источников энергии, а это значит, что конкурентная борьба в нем будет только нарастать. Одновременно в любой момент могут возникнуть политические риски, учитывая высочайшую роль репутационных издержек в отрасли. Собственно, с этими рисками «Росатому» уже приходится иметь дело. Достаточно вспомнить постоянные демарши Литвы, требующей остановки строительства Островецкой АЭС в Белоруссии, или недавний конфликт с Турцией, мгновенно поставивший под вопрос перспективы строительства .
«Контрактная база «Росатома» на внешних рынках — порядка 100 млрд долларов, и очевидно, что для преемников Кириенко будет очень важно этот портфель удержать в условиях непростых обстоятельств, — говорит Княгинин. — Плюс таких контрактов в том, что атомщики получают долгосрочную загрузку — работа по внешним контрактам может продолжаться 10-12 лет. Но есть и значительные риски — высокая конкуренция между разными сегментами электроэнергетики, сильная зависимость от крупномасштабного проектного финансирования».
На внутреннем же рынке, продолжает Княгини, им предстоит продолжать работу по повышению эффективности и производительности труда, задача снижения издержек на ближайшие несколько лет становится ключевой. Также предстоит большая работа по развитию «атомных» территорий опережающего развития (ТОРов) — Кириенко удалось пробить само решение по их созданию, добиться большого количества льгот для их резидентов, но этот успех еще требуется закрепить.
Еще один стратегический вызов — технологический, связанный со скоростью и стоимостью строительства. По словам источника, близкого к корпорации, в «Атомэнергопроекте» (НИАЭПе), ключевом проектном подразделении российской атомной отрасли, есть мощная команда по проектированию, находящаяся на самом передовом уровне в мире в плане понимания того, как все должно быть сделано. Кроме того, благодаря Кириенко «Росатом» вложился в новейшие системы проектирования — например, появилась multi-d-платформа по проектированию атомных станций по принципу 6D-проектирования.
«Но силами одного НИАЭПа будет сложно перевернуть всю корпорацию, — говорит собеседник. — Если 50 лет назад атомная отрасль была генератором новых знаний, то сейчас она живет за счет впитывания решений из других отраслей — а внутри «Росатома» это не все хотят воспринимать, ведь это ведет к изменению модели атомного бизнеса. Стратегический вызов — станет ли «Росатом» платформенной компанией в том смысле, что платформа — это не собственно станция, а как минимум энергосистема. В 2012 году «Росатом» делал такую заявку, когда формулировал версию стратегии развития — тогда госкорпорация собиралась развивать и хранения ядерных отходов, и инжиниринг, но пока чего-то не хватило. А ведь есть еще и социальный «багаж», от которого в «Росатоме» не могут отказаться — их моногорода, которых больше 20 штук. Как решить проблему моногорода, не разбирая проблему реорганизации технологической цепочки компании?»
Впрочем, все это типично для крупных корпораций, которые неповоротливы по самой своей природе — с такими же проблемами сталкивается, например, французская Areva, еще один глобальный лидер рынка. «Требовать от „Росатома“ стать полностью рыночной компанией невозможно в принципе — те же китайцы в развитии своей атомной отрасли шли нашей дорогой, — говорит источник газеты ВЗГЛЯД. — Конечно, „Росатом“ можно и нужно критиковать в рамках дискуссии о госкомпаниях и госкапитализме в целом, но в сравнении с другими госкорпорациями он гораздо эффективнее. Он ведет реальные стройки и имеет признание в мире, и ему есть что предложить рынку в долгосрочном плане — например, именно „Росатомом“ разработан проект самой экологически безопасной АЭС, есть технологии для транспортировки и добычи атомного сырья и так далее».
Банки России сократили доходность по счетам в евро
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео