Ещё

Алексей Рахманов: Заместить все на 100% невозможно, да и нужды в этом нет 

Уходящий год отмечен знаковыми переменами на российских верфях. Общей тенденцией стал выбор в пользу отечественных поставщиков оборудования и корабельных систем. О том, как на практике происходит импортозамещение и какие вопросы возникают попутно, в интервью «Российской газете» рассказывает президент Объединенной судостроительной корпорации Алексей Рахманов.
На стапеле "Севмаша" только что заложили АПЛ «Князь Пожарский», которая стала восьмой и завершающей в линейке стратегических ракетоносцев проекта «Борей». Можно ли утверждать, что у таких кораблей не только имена российские, но и все системы, оборудование, комплектующие сконструированы и произведены в России?
Алексей Рахманов: Общая картина такова: сейчас сто процентов кораблей для ВМФ и ФСБ России строятся на отечественных верфях. Проблем с импортозамещением в этом сегменте нет. Среди поставщиков первого и второго уровня, то есть по основным системам и устройствам корабля, только российские производители. Теоретически могу допустить, что где-то, в каком-то приборе еще могли сохраниться, условно говоря, диод, триод, какая-то микросхема, пришедшие в свое время из-за пределов России. Но они не играют сколько-нибудь определяющей роли и в случае необходимости могут быть адекватно заменены российскими аналогами. Словом, по поставщикам первого и второго уровня в целом можно поручиться, что все они российские.
А кого к ним относите?
Алексей Рахманов: Например, компания «Аврора» — это ключевые системы управления и автоматики. Есть полная уверенность, что они пользуются российскими разработками, включая программное обеспечение. Поставщики второго уровня — это те, кто поставляет нам более мелкие сборки и работает в кооперации с той же «Авророй». Она ведь не все сама делает. Являясь своего рода субинтегратором, заказывает какие-то элементы, печатные платы у тех, кто делает это лучше других.
Значительный объем комплектующих предприятия отрасли изготавливают самостоятельно. В первую очередь изделия машиностроения и судовую арматуру. В процессе морских испытаний это оборудование и системы показывают себя с наилучшей стороны.
Когда началось ритмичное финансирование? 2010 год. По судостроительным меркам это 15 минут назад
Но бывает, к сожалению, и так: собрали некий двигатель, повесили на него шильдик «Сделано в России» и говорят, что это русский поставщик. А если разобраться да внутрь заглянуть, оказывается, что чугун китайский, поковки немецкие, валы какие-нибудь сингапурские, топливная аппаратура приехала из Франции, форсунки из Германии.
Нам еще предстоит совместно с минпромторгом сформулировать критерии, по которым определенно можно будет сказать: «Сделано в России». Поэтому разговор об импортозамещении и локализации производства должен быть сквозным. И давать на выходе то, ради чего затеян. То есть возможность с качественным преимуществом воспроизвести зарубежные образцы и не отставать в производстве оборудования и систем, которые необходимы на корабле или судне.
Мы должны быть уверены, что если завтра не просто санкции ужесточат, а вообще железный занавес перед нами опустят, мы сможем и в этих условиях все, что нам потребуется, найти, воспроизвести и сделать даже лучше, чем могли бы получить по импорту. Что у нас будут для этого необходимые материалы, технологии и подготовленные специалисты.
Как в целом отразились санкции на ситуации в отечественном судостроении — военном и гражданском?
Алексей Рахманов: В итоге конструктивно. Импортозамещение для нас стало еще и возможностью ускорить выработку новых решений по самому широкому спектру вопросов. Программа импортозамещения большей частью касается гражданских проектов, однако она позволяет находить схемы, которые затем адаптируются и внедряются в отрасли военного кораблестроения. В области управленческих практик начали использовать комплекс методик бережливого производства. А технические решения, которые были опробованы в гражданском ледоколостроении, теперь применяются и при создании военной техники для Арктического региона.
По каким позициям, направлениям обозначилась наиболее острая потребность в импортозамещении? Где и чье мы замещаем своим?
Алексей Рахманов: Для ОСК в целом санкционная история создала только проблемы с расчетами за рубежом. Но мы справились. Уже есть опыт по проведению платежей в национальной валюте одной из наших стран-контрагентов. Серьезно стоял вопрос о замещении отпавших поставщиков из Украины, стран ЕС и блока НАТО. Речь в первую очередь шла о судовых дизельных двигателях, судовых