Ещё

Андрей Мисюра: космос в России не персонифицируют 

Фото: ТАСС
VIII Всероссийской молодежная научно-практическая конференция «Системы управления и радиоэлектронная аппаратура» проходит в  в дни, когда вся страна отмечает День космонавтики. Форум проводит  — одно из крупнейших предприятий в области разработки и изготовления систем управления и радиоэлектронной аппаратуры для ракетной и космической техники. Генеральный директор НПОА , без малого год назад возглавивший производственное объединение, рассказал в интервью ТАСС о космических перспективах предприятия, работе над ошибками и «коллективном Илоне Маске». — Андрей Васильевич, начнем не с самого приятного. Тем не менее, к сожалению, в связи с чем вспоминали ваше предприятие весь минувший год. Первый запуск на космодроме «Восточный» в апреле 2016 года был перенесен из-за кабеля, изготовленного в НПО автоматики. Разбирательство стало резонансным в масштабах всей страны. Как держите репутационный удар? — Инцидент, который произошел, ударил не только по НПО автоматики и отрасли, а в целом по стране. Первый пуск с нового космодрома — событие знаковое для всего мирового сообщества, поэтому мы со всей серьезностью отнеслись к работе над ошибками.
В течение месяца после того случая у нас работали комиссия и . По итогам был разработан план не только для нашего предприятия, но и для коллег, у которых также может возникнуть подобный дефект. 25 из 27 мероприятий уже реализованы, остальные будут завершены до конца 2017 года.
— А что было?
— Были технические вопросы. В том числе связанные с ПО иностранного производства. Мы проверили весь комплект конструкторской документации, который составляет несколько тысяч документов.
Оказалось, в первую очередь из-за ПО, во время переноса чертежа пропадали точки пересечения контактов. Это было очень сложно отследить визуально. Это была особенность версии программного обеспечения, используемого при коррекции данного документа. Пересмотрели, усилили системы менеджмента качества, контроля, назначили ответственных. Более двух с половиной тысяч сотрудников, участвующих в разработке и производстве, прошли спецобучение для профилактики подобных ошибок.
Безусловно, были приняты и кадровые решения. Сменился не только руководитель предприятия. Был отстранен от должности главный конструктор этого заказа. Были применены меры дисциплинарного взыскания, изменилась система мотивации и оплаты труда. В том числе была изменена система поощрения. Наша сотрудница — монтажница, которая обнаружила ошибку, была премирована и непосредственным руководством, и советом директоров. Сегодня мы делаем все, чтобы исправить ситуацию с качеством. Мы существенно повысили зарплату ключевым сотрудникам.
По итогам всего этого в 2016 году на 30% снизилось число рекламаций на бортовую аппаратуру, которая полетит в космос. Для нас это принципиально. Это особый разговор, к этому мы с вами вернемся отдельно.
— Какой от этого эффект сейчас?
— Блиц-итог могу сформулировать так. Над созданием одной единицы продукции работают несколько цехов. Поскольку мы усилили внутрицеховой контроль, повысилось качество. Количество межцехового брака в короткий срок упало практически до нуля. Качество бортовой аппаратуры стало лучше, это не только наше мнение, это мнение отрасли.
— Ранее вы рассказывали о предстоящем подписании контракта со стартапом по космическому туризму. На каком этапе это находится?
— Мы должны были сделать эскизный проект. Он сделан. В начале апреля был научно-технический совет, где рассмотрели итоги. Рад, что в России появилась структура, аналогичная  — я говорю о компании «КосмоКурс» (российская компания, основанная в 2014 году в рамках для реализации проектов космического туризма — ред.). В ней ребята реализуют свой талант, с пользой тратят время и ресурсы: компания привлекает под свои обязательства инвесторов. Люди верят в эту тему. Я тоже верю. Поэтому мы — стратегические партнеры. В рамках проекта мы изготавливаем весь комплекс наземной и бортовой аппаратуры, систему заправки и систему управления челноком. Проект, я считаю, живой. И, более того, в отрасли он активно обсуждается. Мы рассматриваем варианты, предлагаем их «КосмоКурсу», чтобы они разрабатывали возможность сотрудничества с другими предприятиями отрасли. Убежден, что эта тема выстрелит в любом случае. Эта работа важна для нашей страны, потому что мы должны сохранить наши лидирующие позиции в космосе.
— Можно подробнее о проекте?
— Проект эскизный. Мы заключили договор, который по факту уже выполнен. НПОА готово показать созданный задел, чтобы принять решение совместно с нашими партнерами из ООО «КосмоКурс» о дальнейших шагах. Это небыстрый проект, он состоит из нескольких стадий, сроки работы — до 2021-2022 годов.
— Какой ожидаемый итог этого проекта?
— Готовое изделие, способное выводить на суборбиту аппарат для космических туристов и возвращать их на Землю.
— Ваше предприятие, говоря фигурально, подготовило почву для подобных проектов в будущем. Мы говорим о комплексной государственной программе «Уральская инженерная школа»…
— Важнейшая программа губернатора . Ее идея родилась на базе Свердловского областного Союза промышленников и предпринимателей. Я тогда был членом экспертной команды. Собирались, обсуждали, спорили, даже ругались между собой. Позже я перешел в , стал министром промышленности и науки, начал курировать, в том числе, вузовскую науку и промышленные предприятия — неотъемлемых участников этой программы. Тогда мы с первым заместителем министра образования Свердловской области и написали ее практически начисто за неделю. Правда, у нас был большой задел, который создавался в течение года. Комплексная программа состояла из двух головных участников, органов региональной госвласти — и  и науки — и программ предприятий. НПО автоматики занимало в ней ключевую позицию. Среди мероприятий программы и наш «топ» — Семихатовские чтения, которые сейчас вышли на новый уровень. К чтениям постепенно подключились школьники из  и . Победителей мы традиционно отправляем на , где ребята становятся свидетелями запуска космических кораблей, и общаются с космонавтами. Это важная тема. Буквально в прошлом году был построен музей НПО автоматики. Понимание его необходимости и проект появились давно, но дело требовало финансовых затрат. С середины прошлого года, когда у нашего предприятия было непростое время, и зарплаты снизились, и контрактов было меньше, мы, тем не менее, приняли решение музей строить. Вложились в оборудование, экспозицию. Сейчас музей ежемесячно посещают 500 детей из разных регионов.
— Зачем это вам?
— Ребенок должен гордиться не тем, что у него новый гаджет или у родителей дорогая иномарка, а тем, что в России есть отрасль промышленности, с успехами которой считается весь мир. И чтобы дети знали, что на Урале есть предприятие, где доминируют высокие технологии, чья продукция затыкает за пояс всех и вся, и куда они могут пойти работать. Ведь мы запускаем наши ракеты не только с Байконура, и Восточного, но и с Французской Гвианы. сделало ставку на Роскосмос, и, соответственно, на нас, как на предприятие-разработчика ключевой системы — системы управления этих ракет.
Музей, таким образом — один из «островков» комплексной программы, направленный на воспитание, мотивацию наших детей. Также у нас работает класс робототехники, который перешел в формат творческого центра. Изделия, созданные здесь детьми, являются высокотехнологичными, не чета ширпотребу, что продают в магазинах игрушек и моделей. Это вещи, которые могут потенциально иметь двойное назначение. Также мы работаем с Уральским федеральным и Южно-Уральским государственным университетами, есть целевой набор. Специалисты нашего предприятия, включая топ-менеджмент, преподают на кафедрах, обучают студентов. Я являюсь членом попечительского совета Радиотехнического института (бывшего РТФ) УрФУ.
В этом году мы проводим грандиозное мероприятие. В рамках 75-летия нашего предприятия идет научно-техническая конференция, куда мы пригласили академиков, генеральных конструкторов, где из первых уст можно узнать, что сегодня происходит в отрасли, и общение с которыми сориентирует молодое поколение (студентов, специалистов). Мы приглашаем спикеров из других предприятий, в том числе вне Роскосмоса, из ведущих учебных заведений.
Нынешняя конференция проходит на базе и при поддержке Законодательного собрания Свердловской области. Я очень благодарен председателю Людмиле Бабушкиной, «железной леди» и настоящему патриоту нашего региона. В начале марта она встретилась с нашими молодыми учеными, поддержала их инициативу, и в результате конференция вышла на новый статусный уровень.
— Тема космоса в прошлом веке была во многом персонифицирована. Космос — это Гагарин, Королев, Циолковский, Вернер фон Браун, Стругацкие. Последние год-два в этот ряд энергично входит Илон Маск. У нас сейчас «коллективный Маск» — Роскосмос. Надо ли нам обратно персонифицировать эту тему, чтобы разбудить к ней интерес на новом уровне?
— Отвечая, хочу начать с вопроса, который не прозвучал. У нас в НПОА есть большой задел по военной тематике, по тематике двойного назначения и большая доля гражданской продукции. , помимо того что сохранил предприятие в 90-е годы, пытался найти общий интерес между предпринимателями, реализующими инициативы, пробивающими своей энергией и энтузиазмом, проторяющими новые направления и рынки, и соединить этот «таран» с ресурсами крупного предприятия. То есть Шалимов пытался соединить интересы инициативного малого бизнеса и ресурсного большого предприятия. Сейчас мы выводим это на новый уровень. Во-первых, с прозрачностью отношений, где есть личная заинтересованность каждого в результатах. Подчеркиваю — в результатах. Мы лично заинтересованы в том, чтобы НПО автоматики развивалось. Теперь к вашему вопросу о роли личности в истории. Все новые проекты, которые делаются сейчас в отрасли, личные. Потому что реализуются на энтузиазме руководителей отрасли, предприятий, главных конструкторов заказов, направлений и просто молодых ребят, которые приходят из институтов и говорят «это надо сделать». Я в свое время таким же был. Все это есть. Просто люди не разрекламированы широко, но в отрасли они известны. Проблема, мне кажется, не в том, что обезличена инициатива. Нет такой проблемы. Просто по ряду причин, в том числе по соображениям государственной тайны, эти люди не афишируются. Шалимов говорил об этом образно: «Энергию пара в котле паровоза можно пустить в движение, а можно — в гудок». В отрасли десятилетиями сложились такие академичные понятия. У инженера-конструктора, главного конструктора, начальника производства главная задача двигать науку, делать «железо», разрабатывать, а не подсвечивать себя в СМИ. Подавляющее большинство тех, кто является генератором в отрасли, категорически не принимают пиара, и когда начинает мельтешить эта «подсветка», у них начинается когнитивный диссонанс. Западная модель отличается от нашей тем, что они надувают мыльный пузырь. Я не говорю конкретно про проекты Илона Маска, так как некорректно давать оценку деятельности, с которой ты недостаточно знаком. Но их модель — в надувании пузыря, чтобы найти инвестора, поэтому проект интенсивно раскручивают. У нас так работают стартапы. Например, я недавно прочитал, что Илон занимается тематикой нейроинтерфейсов. Удивительно, но он делает то же самое, что и мы сегодня! За этим будущее. Но пиарит тему он, а не мы. Прорабатывая эту нишу, мы сотрудничаем с институтами , готовим стартапы из команд, в которые готовы войти в качестве инвестора с поддержкой институтов развития (таких как Сколково) и региональных программ.
Есть технология, называемая «челночная дипломатия», где на словесных, понятийных натяжках, авансах и дипломатических финтах строят целые бизнес-империи. Самое в этой деятельности важное — раздуть ажиотаж, пустить пар в гудок. Зачем? Ради новой порции пара. В России по-другому. Потому что, во-первых, традиция такая, беспузырная, где пар направляют в движение. А во-вторых, государственное финансирование заменяет частные инвестиции.
Справка
НПОА — одно из крупнейших предприятий России в области разработки и изготовления систем управления и радиоэлектронной аппаратуры для ракетной и космической техники, автоматизации технологических процессов в промышленности. Обеспечивает полный технологический цикл создания уникальных автоматизированных систем и комплексов управления, широко применяемых в космосе, на море, в нефтегазовой отрасли, металлургии, энергетике, ЖКХ и транспорте. В частности, НПОА делает системы управления для баллистических ракет «Булава» и «Синева», новейшей российской ракеты-носителя «Союз-2» и ракет, запускаемых в рамках проектов Европейского космического агентства.
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров