Экономика
Компании
Рынки
Личный счет
Недвижимость
Курсы валют
Конвертер валют
Курс доллара
Курс евро

Россия на дне: как поделят Каспий

Россия, Иран, Казахстана, Азербайджана и Туркмения готовятся подписать конвенцию о правовом статусе Каспийского моря. Над документом работали 22 года, но до конца согласовать интересы всех пяти государств, похоже, не получилось. Ресурсы Каспия — нефть, газ, рыба — так и останутся, похоже, предметом раздора.

Россия на дне: как поделят Каспий
Фото: Газета.RuГазета.Ru

Подготовку к предстоящему к Каспийскому саммиту президент России обсудил по телефону с главой Казахстана , сообщила в понедельник .

Видео дня

Саммит состоится 12 августа в казахстанском Актау, в нем примут участие страны, имеющие на Каспии общие границы: Россия, Иран, Казахстан, Азербайджан, Туркменистан.

Как ожидается, на этом саммите главами государств будет подписана Конвенция о правовом статусе Каспийского моря. Документ имеет экономическую и политическую составляющую. Он призван узаконить доступ к нефти, газу и рыбе. Делить на Каспии действительно есть что. Например, в его акватории сосредоточено около 90% мировых запасов осетровых пород. Но основной предмет спора — шельф. Прогнозируемый запас углеводородов на Каспии оценивается в пределах 18 млрд тонн условного топлива. Доказанные запасы нефти и газа — 4 млрд тонн. Больше — только в Персидском заливе.

Это во-первых, а во-вторых, конвенция, инициированная российской стороной, призвана не пускать на берега Каспия «внерегиональные вооруженные силы» или, по простому говоря, силы .

В понедельник Азербайджан уже высказался в поддержку конвенции.

«Каспий должен не разъединять нас, а объединять вокруг общих интересов для развития региона», — сообщил пресс-секретарь Азербайджана . По его словам, с начала 90-х годов прошлого века, было проведено более 50 встреч для подготовки конвенции и сейчас ее текст «фактически готов к подписанию».

Ранее в декабре прошлого года МИД по итогам прошедшей в Москве встречи министров иностранных дел «каспийской пятерки» также заявлял, что ее участники договорились по всем ключевым положениям конвенции.

Последний саммит каспийских стран состоялся в 2014 году, и тогда тоже говорили о возможности подписания конвенции. Но этого так и не случилось.

Проблема статуса Каспийского моря впервые возникла после Персидского похода Петра I в 1722–1723 годах. Российско-персидские договоры того времени предоставляли России исключительное право иметь военный флот на Каспийском море на вечные времена, а Персии разрешали иметь только торговый флот.

Советская Россия отказалась от монопольных прав на Каспий, и бессрочные советско-иранские договоры 1921, 1935 и 1940 годов закрепили совместные и равные права двух сопредельных государств — СССР и Ирана. Причем в пределах до 10 морских миль от своего побережья каждая из стран имела исключительное право пользования этим пространством. Россия как правопреемница СССР и Иран как правопреемник Персии в принципе могли бы далее пользоваться Каспием по обоюдному согласию.

Но после распада СССР в 1991 году на карте появились еще государства, имеющие береговую линию на Каспийском море: Азербайджан, Туркмения и Казахстан. И возник правой тупик, поскольку принять конвенцию о правовом статусе можно только консенсусом, с согласия всех заинтересованных сторон. А его достичь не удалось.

Тегеран предложил превратить Каспий в «кондоминиум», то есть владеть морем, в том числе его недрами, сообща. Распоряжаться общей частью должен был коллективный орган, который выдавал бы лицензии нефтедобывающим и рыболовным компаниям.

Баку не против того, чтобы поделить Каспий на пять равных национальных долей, по 20% каждому из пяти государств.

Россия выступает против раздела моря на секторы. В 2002 году на саммите прикаспийских государств Россия предложила иной способ делимитации, то есть раздела и определения границ Каспийского моря, — по формуле «равноудаленной срединной линии». Согласно этому принципу водная поверхность остается общей для судоходства, а дно Каспия делится с помощью срединных линий.

В этом случае России принадлежало бы 20% дна, Казахстану — 29,5%, Азербайджану — 21%, Туркмении — 17%. Иран получил бы меньше всех — 12,5%. Тегеран не согласился. Астана и Баку, получившие бы больше всех, согласились.

Ашхабад тоже против, Туркмения считает, что делимитация Каспийского моря должна осуществляться без учета полуострова Апшерон и острова Жилой, которые являются «особыми обстоятельствами» по международному морскому праву и, соответственно, не должны приниматься во внимание при проведении срединной линии или делении моря на национальные секторы по 20% каждый.

«В этот раз по сигналам, которые приходят от участников переговоров, конвенция, согласование которой шло 22 года, скорее всего, будет подписана. Об этом мы можем, в частности, судить из заявления Лаврова. Конвенция обозначит основные принципы взаимодействия пяти государств на Каспийском море», — говорит , руководитель аналитической группы Центра изучения Центральной Азии и Кавказа .

Тем не менее формула «справедливого разделения» прав на ресурсы Каспия, похоже, так и не найдена. В конвенции не определен механизм о разделе дна моря. В нем лишь сказано, что «разграничение дна и недр Каспийского моря на сектора осуществляется по договоренности сопредельных и противолежащих государств с учетом общепризнанных принципов и норм права».

«В конвенции, по крайней мере, в том ее варианте, который известен, не будет упоминания о «модифицированной срединной линии», что не устраивало Иран», — говорит Притчин.

По этой причине, отмечает он, от Ирана возможно ждать сюрприза. Иран и в 2014 году и сейчас слабо мотивирован на подписание конвенции. Для Ирана основная цель подписания — в активизации своего сотрудничества с каспийскими соседями.

«Иран пойдет на компромисс по правовому статусу, чтобы приступить совместно с Азербайджаном к освоению нефтегазовых ресурсов Каспия. Но выход США из ядерной сделки с Ираном и введение новых санкций против Ирана фактически ставит крест на этих планах», — полагает эксперт.

В конвенции будет определен сам принцип раздела, но конкретные координаты этого раздела будут определять сами государства между собой, уточняет , независимый эксперт по Центральной Азии.

«Самое важное, два прибрежных, два соседних государства могут согласовать между собой границы раздела без того, чтобы это согласовывать с остальными странами региона. То есть это дело соседей, и это принципиальный момент. К примеру, возникает реальная возможность того, что теперь Туркменистан сможет проложить газопровод в сторону Азербайджана по дну Каспийского моря без согласования этого проекта с Москвой», — говорит Дубнов.

При согласовании конвенции о правовом статусе Каспия Кремль будет исходить из того, чтобы не допустить конкуренции со стороны туркменского газа, отмечает , глава East Europen Gas Analysis.

По этой причине Москва выступает против строительства Транскаспийского газопровода и запрещает международный транзит газа через территорию России.

Не все так просто и с демилитаризацией Каспия, о чем охотно говорят представители всех пяти прикаспийских государств. Москве не нравится, что Казахстан проводит самостоятельную политику внешнюю политику и ратифицировал протокол, разрешающий США использовать казахстанский порт Актау (место проведения саммита) для переброски американских военных грузов в Афганистан.

Россия считает, что речь может идти чуть ли не о создании военной базы НАТО на Каспии. Эти упреки, кстати, звучат на фоне недавнего захода сил альянса в порт Одесса и учений НАТО на Черном море.

Казахстан в ответ заявляет, что Россия в свою очередь не ставила в известность своих партнеров по и ее военному блоку (ОДКБ) относительно действий в Украине в 2014 году и в Сирии.

«Формулировка «военная база» в отношении казахского Актау, на мой взгляд, абсолютно некорректна. В Актау не будет никаких военных баз. Там будет перевалочный пункт»,

Если говорить, что в Актау будет военная база США, то с тем же успехом можно говорить, что аналогичный объект существовал на территории Ульяновской области до 2014 года, напоминает эксперт.

«То есть в случае транзита американских грузов через Ульяновск, по северному маршруту, когда это было выгодно Москве, это не было плохо. Тогда это было хорошо. После того, как у нас кардинально испортились отношения с Вашингтоном, это стало плохо», — иронизирует Дубнов, добавляя, что почему-то никто не возражает против перевалочного пункта в Термезе в Узбекистане? Там же точно такая же история с контрактом с США. Чем отличается Термез в этом случае от Актау?

Каким образом этот конфликт интересов будет отражен в итоговом варианте конвенции, пока неизвестно.