Экономика
Компании
Рынки
Личный счет
Недвижимость
Курсы валют
Конвертер валют
Курс доллара
Курс евро

Опасный бизнес: соратница Титова — о том, как защитить предпринимателей

Согласно итогам опроса (ФСО), почти 80% бизнесменов в России считают, что не защищены от необоснованного уголовного преследования. С ними согласны 18% прокуроров. При этом 78,6% предпринимателей считают, что отечественное законодательство не предоставляет необходимых гарантий для защиты бизнеса от необоснованного уголовного преследования. Такие данные содержатся в докладе уполномоченного при президенте РФ по защите прав предпринимателей и председателя Совета основателей «» , детали которого приводит РБК. Член генсовета «Деловой России» и руководитель экспертного центра по уголовно-правовой политике и исполнению судебных актов рассказала NEWS.ru, как исправить ситуацию и почему надо уменьшить максимальное наказание по налоговым статьям.

Видео дня

— Как вы оцениваете данные, полученные в ходе опроса ФСО?

— Выходит, что большинство предпринимателей считают, что вести бизнес небезопасно, и даже в надзорных инстанциях многие с ними согласны. Все законодательные изменения, предпринятые ранее для изменения ситуации, должны были стать эффективным инструментом. К сожалению, правоприменительная практика не учитывает эти изменения должным образом.

— Вы можете привести примеры?

— Самое чувствительное для бизнеса — избрание меры пресечения в виде содержания под стражей. Часть 1.1 статьи 108 УК предусматривает, что мера не должна избираться, если речь идёт о нарушении закона в сфере предпринимательской деятельности. Но суды продолжают заключать людей под стражу по формальным причинам. Также в ходе следственных действий изымается большое количество имущества, которое очень долго находится без процессуального статуса. Статью, подразумевающую «разумные сроки», следователи понимают по-своему: и год, и два могут быть для них вполне разумным сроком.

Статья, введённая для того, чтобы ограничить такие действия, разрушающие бизнес, не применяется. Ещё у нас часто возбуждаются уголовные дела без надлежащей доследственной проверки. Статья о хищении часто вменяется, когда на самом деле речь об этом не идёт и был просто совершён обман. У нас возбуждаются уголовные дела, когда речь идёт исключительно о гражданско-правовых спорах. Это большая, серьёзная проблема, так как система у нас в случае возбуждения уголовного дела стремится всеми силами доводить его до суда.

Также существует проблема с установлением размера ущерба. Зачастую при назначении экспертизы защите не предоставляют возможность своевременно задавать вопросы, а сама экспертиза проводится в учреждениях, которые просто копируют выводы следствия. Всё это в совокупности создаёт ситуацию, когда бизнес не чувствует себя защищённым. Всё это приводит к банкротству, которое является не только проблемой предпринимателя, но и проблемой социального характера — тысячи людей лишаются работы и дохода.

— Что можно сделать, чтобы исправить положение?

— Совместная работа с руководством , с разъяснениями пленума Верховного суда и дополнительные изменения в законодательство, которые бы исключали злонамеренное использование определённых оговорок в законе.

— При этом, согласно докладу, бизнесмены стали расценивать положение дел в России чуть лучше и многие согласны, что внесённые ранее коррективы в законодательство по «предпринимательским» статьям улучшили ситуацию.

— Правильно: я не говорю, что вносимые ранее поправки были неэффективны, я говорю, что они недостаточно эффективны. Изменения в лучшую сторону можно отследить. Например, перестали вменять 210-ю статью об организации преступного сообщества. Изменения есть, но незначительные, а бизнес должен чувствовать себя защищённо, чтобы у нас формировался достойный деловой и инвестиционный климат.

— Среди предложенных мер для исправления ситуации есть идеи снизить сроки максимального заключения для осуждённых по налоговым преступлениям. Как это может помочь деловому климату?

— Дело в том, что максимальный срок лишения свободы предполагает отношение деяния к той или иной категории тяжести, а она, в свою очередь, определяет срок давности по преступлению. Следовательно, снизив максимальный срок всего на год, что, кстати, соответствует практике — максимальный срок в шесть лет у нас не назначают, — мы переведём преступления в другую категорию тяжести. Срок давности уменьшится.

Почему это важно? Предприниматели получат возможность иметь надлежащую доказательную базу своей добросовестности. Это не значит, что провинившиеся будут нести меньшее наказание. Сейчжба видит практически в режиме реального времени все нарушения предпринимателя, и им не нужны длинные сроки давности для выявления нарушений. Действующий сейчас срок давности в 10 лет — слишком длинный, если он будет составлять шесть лет, это позволит предпринимателям работать в более спокойных условиях, не переживать о том, что документы лучше хранить лет 10, а то и 15, чтобы чего-то не случилось.