Экономика
Компании
Рынки
Личный счет
Недвижимость
Курсы валют
Конвертер валют
Курс доллара
Курс евро

Названы условия падения рубля до новых исторических минимумов

Первый квартал был неоднозначным для рубля. Многие ожидали от него более позитивной динамики, учитывая благоприятную конъюнктуру сырьевых рынков. Однако геополитический фактор сломил восходящий тренд, вернув рубль к четырехмесячному минимуму по отношению к доллару.
Названы условия падения рубля до исторических минимумов
Фото: ТАССТАСС
Специально для "Российской газеты" , эксперт по фондовому рынку "БКС Мир инвестиций", проанализировал валютные итоги первого квартала 2021 года и дал прогноз на ближайшие месяцы.
На одной нефти не подняться
Дмитрий, еще в середине марта казалось, что российская валюта реализует оптимистичный сценарий. Что пошло не так?
Дмитрий Бабин: Действительно на фоне активного роста нефти и других площадок наша валюта обновила девятимесячный максимум к доллару, который опускался к уровню 72,5 рубля. Но усиление антироссийской риторики на Западе, сопровождаемое санкционными угрозами, ударило по всем рублевым активам.
Баррель с небольшими интервалами неплохо дорожал последнее время. Если так пойдет и дальше, можно надеяться на укрепление рубля? Или опять вмешается геополитика?
Дмитрий Бабин: Нефтяные цены в марте обновили многомесячные вершины, что на фоне относительной слабости российской валюты подняло рублевую стоимость барреля Brent выше 5 тысяч. Впервые с осени 2018 года!
Эти уровни более комфортны, с точки зрения доходов госбюджета и экспортеров. То есть рубль избавился от переоцененности к нефти, наблюдавшейся с начала 2020 года. Цена Brent в рублях, напомню, падала ниже 2 тысяч и в конце прошлого года была около 3,6 тысячи.
Однако сейчас рано говорить о недооцененности рубля к нефти.
Скорее, ее рублевая стоимость всего лишь достигла экономически обоснованного уровня, учитывая накопленную за последние годы инфляцию, а также большие бюджетные траты, обусловленные пандемией. То есть вряд ли мы увидим активное укрепление рубля в случае дальнейшего роста нефти. Но и ее резкие снижения не будут вызывать аналогичные провалы российской валюты.
То есть вы хотите сказать, что рубль отвязался от нефти?
Дмитрий Бабин: Нет, конечно. Естественно, более долговременная динамика рубля зависит от перспектив сырьевого рынка тоже на долгосрочном горизонте.
Следовательно, появление факторов, которые способны существенно и надолго изменить тренды сырьевых товаров, может вызвать резкое изменение курса рубля. Что мы наблюдали в марте прошлого года.
Однако даже сильные движения нефти, спровоцированное какими-либо краткосрочными драйверами, оказывают относительно небольшое и непродолжительное влияние на российскую валюту.
Рубль, лира и реал
Рубль завершил первый квартал на 17-м месте в рейтинге 36 основных мировых валют по изменению их курса к доллару США с начала года. В феврале он был на 15-м местом. Это слабые результаты?
Дмитрий Бабин: К доллару потери за первые три месяца составили 1,7 процента. А к евро даже удалось повыситься на 3 процента благодаря снижению европейской валюты на внешнем рынке.
Тем не менее рубль выглядел не столь слабо на фоне других мировых валют.
Многие из них существенно снизились по отношению к доллару, который в начале января развернулся вверх от трехлетнего минимума к корзине ключевых валют (индекс доллара). Эта тенденция, в первую очередь, ударила по валютным рынкам развивающихся стран, многие из которых имеют большие финансово-экономические дисбалансы.
В результате аутсайдерами первого квартала стали турецкая лира, потерявшая почти 10 процентов с начала года к доллару США, а также бразильский реал, снизившийся почти на 8 процентов.
Но у лиры же был шанс выбиться в лидеры роста?
Дмитрий Бабин: Чтобы затормозить разогнавшуюся инфляцию, а также для поддержания курса нацвалюты, Центральный банк Бразилии 18 марта существенно поднял базовую процентную ставку впервые за шесть лет.
В тот же день аналогичное решение принял Турции, где также наблюдаются высокие темпы роста потребительских цен. Этот шаг закономерно спровоцировал активное укрепление турецкой лиры.
И она даже могла завершить квартал лидером роста в рейтинге 36 мировых валют. Ведь еще в середине марта лира прибавляла 3 процента к доллару США с начала года. Однако президент Турции сменил главу ЦБ, что вызвало обвал национальной валюты до новых исторических минимумов к доллару США. В моменте она теряла около 15 процентов. И после небольшой коррекции продолжила снижаться до конца марта, устанавливая новые исторические антирекорды.
Инфляция давит на котировки
Проблема инфляции задела не только развивающиеся, но и развитые рынки, оказывая давление на котировки гособлигаций. Чем это грозит рынку?
Дмитрий Бабин: Доходность 10-летних долговых бумаг США (трежерис) в марте обновила 14-месячный максимум. Эта тенденция ставит под угрозу реализацию больших фискальных программ стимулирования экономики, которые финансируются за счет увеличения дефицита бюджета.
Он покрывается с помощью выпуска новых гособлигаций, а рост их доходностей повышает стоимость обслуживания госдолга, тем самым усугубляя бюджетный дисбаланс.
Кроме того, всплеск инфляции может заставить и другие крупные центробанки начать ужесточать монетарную политику намного раньше, чем экономика встанет на путь устойчивого самостоятельного роста. Это способно спровоцировать экономическую стагнацию или даже очередной кризис.
И создать новые проблемы для рубля?
Дмитрий Бабин: Для рубля увеличение ставок на долговых рынках уже выступило одним из серьезных факторов курсового давления.
Дело в том, что рост доходностей менее рискованных гособлигаций развитых стран уменьшал привлекательность ОФЗ с точки зрения соотношения доходность - риск. На фоне большой геополитической неопределенности это заставляло нерезидентов продавать российские гособлигации, конвертируя вырученные средства в инвалюту для вывода на другие рынки.
В результате индекс российских гособлигаций (RGBI) в марте ускорил снижение, достигнув кризисных уровней годовой давности. Естественно, такая тенденция оказывала негативное влияние на рубль.
В конце марта котировки ОФЗ перешли к активному восстановлению. Правда, этой тенденции будет препятствовать начавшееся ужесточение монетарной политики Банка России. На мартовском заседании регулятор впервые с конца 2018 года повысил ключевую ставку. При этом ЦБ допускает возможность дальнейшего повышения ключевой ставки на ближайших заседаниях. Это обусловлено тем, что нейтральная денежно-кредитная политика предполагает ставку Центробанка вблизи уровня годовой инфляции, которая составляет 5,7 процента.
Каким курсом пойдет рубль
Дмитрий, по вашим расчетам, какая тенденция будет доминировать в ближайшие месяцы?
Дмитрий Бабин: Основным фактором, определяющим динамику биржевых активов, останется ситуация с инфляцией, которая может ускориться в случае быстрого решения проблемы пандемии и последующего снятия ограничений.
Это повысит темпы экономического роста, что является фундаментальным драйвером усиления инфляционных процессов.
Для рубля большую роль продолжит играть геополитическая неопределенность, угрожающая новыми санкциями. Тем не менее наш рынок уже выработал определенный иммунитет к санкционному фактору. Поэтому, если новые антироссийские меры, как и раньше, будут носить исключительно персональный характер или затрагивать только небольшие компании, а ситуация на мировых рынках существенно не ухудшится (в том числе - нефть останется в коридоре 60-70 долларов за Brent), рубль способен вернуться к девятимесячным вершинам - около 72,5 рубля. за доллар.
Если же новые санкции затронут отдельные сектора российской экономики, долговой рынок или крупный бизнес, это способно вызвать снижение рубля. Вплоть до новых исторических минимумов - 86 рублей за доллар США), в зависимости от степени потенциального вреда от новых антироссийских мер. Правда, сценарий жестких санкций не является базовым.
То есть доминируют все-таки санкции?
Дмитрий Бабин: Рублю для стабилизации его курса и, тем более, устойчивого роста вслед за сырьевыми товарами, необходимо устранение санкционной неопределенности. То есть обозначение характера, сроков и условий введения новых санкций.
Правда, само затягивание этого процесса Западом, а также расплывчатость формулировок и общий характер потенциальных мер является своеобразным дополнительным способом санкционного давления. Поскольку создает неблагоприятную обстановку на рынке и в деловой среде.
Тем не менее российская финансово-экономическая система в таких условиях находится достаточно долго, чтобы выработать необходимый запас прочности и резервов, который позволит противостоять длительное время жестким санкциям. Кроме того, правительство и Банк России обладают всеми необходимыми инструментами, способными сгладить крайне негативную рыночную реакцию и более долгосрочные последствия подобных мер для экономики и рынков.