Уже год в суде тянется рассмотрение дела о кредитных мошенничествах в красноармейском офисе РСХБ

Причиной стало процессуальное нарушение Красноармейского райсуда, о котором заявил прокурор Артур Оганян: одному из осужденных не предоставили переведенные на таджикский язык протокол судебного заседания и 100-страничный приговор.

Уголовное дело Сухроба Салохова, Хасанзод Бахтиери, Марата Мукангалиева и поступило в районный суд в 2017 г., хотя деятельность группы пресекли еще летом 2013 г. и в 2015 г. был вынесен приговор. Тогда бывшую старшую экономиста Климову и экс-начальника службы безопасности Мукангалиева признали виновными в 32 мошенничествах. Женщину приговорили к пяти годам лишения свободы, а Мукангалиева — к шести с половиной годам. Но самый большой срок — восемь лет получил Мейбулла Багышов, который в красноармейском офисе РСХБ организовал получение кредитов по подложным документам. Тогда правоохранители насчитали ущерб более чем в 14 млн рублей.

На этот раз рассматривались эпизоды, выявленные в 2016 г. уже в несколько ином составе группы, но с участием той же Климовой и Мукангалиева, По версии предварительного следствия, будучи сотрудниками Красноармейского допофиса самарского филиала , они участвовали в выдаче 32 потребительских кредитов по фальшивым документам.

Их подельникам вменили 28 и 22 эпизода мошенничества в крупном размере в составе организованной группы. Общая сумма причиненного ущерба составила 11 млн рублей.

В основном кредитные договоры оформляли на социально неблагополучных граждан, которые за различные суммы вознаграждений предоставляли свои паспорта и приходили получать в банке наличность. Хотя в первом приговоре описывается эпизод, когда кредит умудрились оформить на человека, который сидел в колонии. Справки о доходах заемщиков, подшитые в кредитные дела, были все фальшивыми, копии трудовых книжек тоже.

По мнению обвинения, для придания кредитным договорам достоверности аферисты несколько месяцев вносили в банк платежи в счет погашения долга и процентов, которые, кстати, были весьма высокими — 25,56% годовых. Самое меньшее количество платежей по кредитам — семь, то есть они платили кредиты в промежутке от полугода до полутора лет.

На этот раз защита пытается доказать вышестоящей инстанции, что Мукангалиев и Климова не вступали в сговор с Бахтиери и Солоховым. Якобы длительный характер оплат по кредитам, а также одномоментное прекращение оплат свидетельствует о том, что Бахтиери намеревался в полном объеме погасить кредит, но не смог по сложившимся жизненным обстоятельствам. Сам же факт получения кредитных средств при помощи третьих лиц не содержит в себе признаки какого-либо преступления.

По словам адвоката Евгения Тихомирова, в зависимости от времени получения кредита было совершено от семи до 20 перечислений в банк и значительная часть полученных денег была возвращена (из 11,27 млн руб. возвращено 4,62 миллиона).

"Мукангалиев обладал крайне незначительными возможностями проверки подлинности справок, — уверяет Тихомиров. — Мог проверить их только по открытым источникам и путем телефонного звонка на работу, что в каждом конкретном случае и делал. А Климова не обязана была проверять подлинность представленных документов, она лишь производила расчет суммы кредита, который мог быть выдан при наличии зарплаты, указанной в справках".

Решение о выдаче кредита, как во всяком банке, принимается коллегиально кредитной комиссией. Кроме того, защита обращает внимание на то, что заемщики выглядели презентабельно, и не было оснований полагать, что они асоциальны. А у работников банка был план по привлечению клиентов, и потому они не особо выбирали тех, кому давали кредиты. Да и свидетели не опознают ни Климову, ни Мукангалиева, как лиц, с которыми они общались в помещении банка по поводу оформления кредита и выдачи денег.