Глеб Самойлов: я только спустя годы понял, в чём была ошибка «Агаты Кристи»

Глеб Самойлов: я только спустя годы понял, в чём была ошибка «Агаты Кристи»
© News.ru

На 11 марта в московском клубе «ГлавClub» запланировано выступление и его группы The Matrixx. О настоящем и будущем коллектива в новых условиях, истинной причине распада «Агаты Кристи» и возможности воссоединения на сцене с братом Глеб рассказал в интервью NEWS.ru.

«Надо было сохранить дух изломанности, которая была духом времени»

— Если бы «Агата Кристи» не распалась, группе могло бы исполниться 35 лет. В чём, на ваш взгляд, был секрет бешеной популярности коллектива?

— В том, что мы тогда были нереально красивыми? Навряд ли. Два бармалея — я и брат, — практически одинаково выглядевшие, одной толщины. Ну, вес-то потом менялся...

— Группу до сих пор называют легендарной. А вы сами чувствуете себя легендой?

— Году примерно в 1994-1995-м на каком-то рок-фестивале это слово впервые прозвучало в наш адрес. Я тогда очень удивился. Хотя некоторые до сих пор считают, будто у нас был нереальный взлёт и крутые альбомы, на самом деле мы появлялись на два года, а потом исчезали.

1987–1989-й — некое подобие популярности. В 1990-м альбом «Декаданс» в нашем родном Свердловске с треском провалился. Следующий — «Позорная звезда», в который вошла в том числе песня «Как на войне» — стал популярен сначала в Питере, потом в Москве.

Затем мы взяли паузу на выпуск альбома «Ураган». И пока его писали, появилось много новых молодых сильных артистов и групп: «Мумий Тролль», «Би-2», «Смысловые галлюцинации» и другие. Ребята из «Би-2» признавались нам позже, что их бы не было и «никого из жанра бы не было, если бы вы (то есть „Агата Кристи“) не пробили эту стену — роко-попсы».

Но факт остаётся фактом: наш «Ураган» провалился ещё до своего появления именно потому, что появились новые лица и имена.

Я только через много лет понял, в чём была наша ошибка и что на самом деле цепляло людей. Мы старались играть аккуратнее и тщательнее, даже что-то симфоническое, ровненько, чистенько. А надо было сохранять дух изломанности, которая была духом времени.

С 1992 года мы снова медленно начали выползать, в 1995–1996-м тоже были популярны. А дальше, мне кажется, станем популярны только посмертно.

«С братом общаюсь только по поводу матери»

— Денег-то успели заработать за годы своей славы? На квартиру, машину, яхту?

— Не успели, как-то разлетелось. Склад характера ненакопительский. Мы занимались творчеством, эстетством. Квартир до сих пор нет ни у кого — ну а кто остался-то? — только мы с Вадиком из «Агаты».

Вадим сейчас в Екатеринбурге с нашей мамой — она почти ослепшая, и Вадик ей помогает.

— Вы не общаетесь с братом?

— Только по поводу мамы. Других поводов для общения у нас нет.

— А могли бы вы вместе, допустим, возродить «Агату Кристи»?

— Мне предлагали огромные суммы за воссоединение (люди, которые готовы были выступить спонсорами концертов и альбома «Агаты Кристи». — NEWS.ru ). Я отказался. Вообще-то, собственно, из-за чего вся наша байда с Вадиком началась (ссора Глеба и Вадима Самойловых, создателей и лидеров группы «Агата Кристи». — NEWS.ru). Не из-за денег. Я был против того, чтобы мои песни, написанные именно мною в группе «Агата Кристи», звучали на политических и военных мероприятиях. Тем более что я часто выступал на противоположных.

— Вы несколько лет судились с Вадимом за песни. Что в итоге решил суд?

— Теперь и он, и я имеем одинаковые права на песни «Агаты Кристи» и можем исполнять их где заблагорассудится.

— Скучаете по прежним временам, по «Агате»?

— Я скучаю по будущему, которого, я понял, уже не будет. Ну или будет, но без нас.

— Никогда не хотели уехать из России?

— А мне нечего там (за границей. — NEWS.ru) делать. Я не буду востребован нигде, кроме как здесь.

«Надеялся перейти на новый этап, но пандемия нас обрубила»

— Тяжело пережили пандемию?

— Отвратительно пережил. До локдауна мы — The Matrixx — набирали обороты как группа, привлекающая новых молодых слушателей.

Я надеялся перейти на новый этап творчества. Но надежды не оправдались — пандемия нас обрубила. Я с огромным трудом выжил даже физически в первый локдаун — деньги выгребал откуда возможно. Купишь «дошираков» и сигарет, курить-то хочется...

— Вы разве не получаете авторские отчисления за свои песни?

— Очень долго было с авторскими непонятно. Только после личного визита в авторское агентство, где лежат мои песни, за которые почему-то не платили, мне стали поступать какие-то деньги. Небольшие. Но в локдаун даже 100 рублей, пришедшие на счёт вовремя, спасали.

— Коллектив The Matrixx удалось сохранить?

— В самый жёсткий локдаун мы не выступали и даже встречались крайне редко. Каждый приезжал со своей проблемой, их за время локдауна накопилось выше крыши. Единения такого, какое было раньше, я не чувствовал. Думаю, что и остальные тоже.

Едва ситуация немного стала исправляться, как ушла Стася Матвеева, которая являлась незаменимым участником авансцены. Потом Костя Бекерев перешёл работать су. Выступим, а дальше видно будет. Планов-то много. Но за один день может слететь-отмениться один концерт и появиться-подтвердиться новый. Время такое.

«Нас тоже обвиняли в пропаганде неправильного образа жизни, как теперь Моргенштерна»

— Сейчас рок в России жив или нет, на ваш взгляд?

— Я понятия не имею, что такое современный рок. Очень мало слушаю сегодня музыки.

— Возможно, вам нравятся рэперы? Например, Моргенштерн?

— Тоже не слушаю. Не потому что не люблю — мне не попадается интересное. Если бы попалось, я бы послушал.

О Моргенштерне слышал много, а вот с его творчеством не ознакомился. Поэтому не могу оценить.

— В адрес некоторых рэперов, Моргенштерна в том числе, в последнее время часто звучат обвинения в пропаганде нездорового образа жизни. «Агате Кристи» в своё время тоже предъявляли подобные претензии?

— Некоторые СМИ обвиняли нас в 1990-е в том, что мы с Вадиком якобы упоминали некий... вольный образ жизни, назовём это так. Хотя у нас никогда не было ни одного радостного упоминания про этот «образ жизни». Песни были хоть и романтичными, но мрачными.

Ещё в начале 1990-х была история, когда мы с братом получили письмо — по обычной почте, не по электронной. Совершенно незнакомый человек обвинял нас в якобы торговле запрещёнными препаратами. Мы очень удивились и даже хотели написать ответ, что он ошибся и мы этого не делаем. Действительно ничем таким не занимались.

Уже после распада «Агаты Кристи» какой-то придурочный вызывал полицию на концерты The Matrixx.

Причём это происходило несколько раз и человек был один и тот же. Когда полицейские приезжали, он каждый раз им заявлял: «Я ошибся — думал, что это не настоящие музыканты, а двойники». Но концерт-то уже был остановлен!

Понятия не имею, зачем он это делал. Из нелюбви, наверное.

Были истории, когда звонили анонимы и сообщали о якобы заложенной в зале бомбе. Тоже приезжала полиция, обыскивали зал — опять срыв концерта. Всё это происходило, я думаю, ещё и из-за расслоения фанатов — Вадиковых и моих, так как часть поклонников после распада «Агаты Кристы» поддержала меня, а часть осталась с Вадиком.

«Вадеева про хиты рассмешил меня»

— У вас много друзей? Кто они?

— Немного. В основном это люди в соцсетях. Но с ними общаемся не каждый день. А личный круг общения совсем небольшой — жена Таня и команда The Matrixx, которая осталась со мной.

— Когда от вас ждать новых хитов?

— Для меня «Поезда» — это главный хит, который я написал после альбома «Здравствуй». Есть другие, я считаю, хиты.

Меня Максим Фадеев в 2001 году перед альбомом «Майн кайф», который почему-то все считали ужасно провальным, но потом перестали, спросил: «Почему ты специально не пишешь хиты?» Меня рассмешил вопрос. Я считаю, что хит невозможно написать по щелчку. Так что не будем загадывать.