Ещё

Бери, «Росатом», что нам не гоже 

Чтобы продать что-нибудь ненужное, сначала нужно купить что-нибудь ненужное. Героем этой поговорки рискует стать .
По данным РБК, управляющая компания «ВостокУголь» и  вышла на «Росатом» с предложением приобрести угольное месторождение на Таймыре.
Беда в том, что «Арктическая горная компания» за последние несколько лет заработала себе «славу» проблемного и убыточного актива. В связи с этим возникает закономерный вопрос, зачем это государству?
Итак, «Арктическая горная компания» — «дочка» ООО «Управляющая компания „ВостокУголь“ — отвечает за разработку и эксплуатацию Малолемберовского и Нижнелемберовского месторождений на Таймыре. Заявленные запасы угля составляют 2 млн тонн на Малолемберовском и 67 млн тонн на Нижнелемберовском месторождениях.
В свое время Босов и его бизнес-партнеры возлагали на угольное месторождение на Таймыре большие надежды. Так, в 2017 году бизнесмен заявил, что он и его партнеры планируют наращивать добычу на 5 млн тонн каждый год, чтобы к 2022-2023 годам выйти на 30 млн тонн общей добычи. Но затем Босов & Co снизили планку до 19 млн тонн общей добычи к 2024 году. С другой стороны, озвучило прогноз угледобычи только на уровне 1 млн тонн в год. Но наступил 2020 год, а добыча на месторождении так и не началась…
Для четкого понимания, какова сегодня ценность „Арктической горной компании“, нужно учитывать, что за последние несколько лет серьезные претензии к этой структуре Босова-Исаева выдвинули Росприроднадзор и .
Усугубляет ситуацию тот факт, что структуры Босова уже проиграли часть судебных процессов Росприроднадзору и стоят перед перспективой проиграть и оставшиеся. Не далее как в конце января „АГК“ проиграла кассацию в Арбитражном суде Московской области в судебной тяжбе с Росприроднадзором. Компания Босова обещает продолжить судебную тяжбу в Верховном суде, но все идет к тому, что сумму иска в размере 600,5 млн рублей выплатить все же придется. Возникает вопрос, где же их взять? И ладно бы это была единственная проблема! Ведь общая сумма исков Росприроднадзора к „Арктической горной компании“ зашкаливает за 2 млрд рублей.
Проблемный таймырский уголь
Проблемы с Росприроднадзором начались в 2017 году, когда ведомство выдвинуло компании Босова-Исаева ряд претензий, суть которых заключалась в том, что компания Босова в апреле 2014 года получила лицензию на разведочные работы (если конкретно — на поиск и оценку) на участке „р. Малая Лемберова“ (Долгано-Ненецкий район Красноярского края).
Однако Росприроднадзор установил, что на деле „АГК“ начала добывать и продавать уголь — причем в промышленных объемах — хотя никакого права на это не имела. В апреле 2017 года сотрудники Росприроднадзора в ходе внеплановой проверки установили, что на участке ведутся работы по угледобыче без проектной документации, а на двух складах находится около 70 тыс. тонн угля. Попытка компании Босова признать внеплановую проверку незаконной через суд потерпела фиаско. В целом же ФСБ в своем обращении в Росприроднадзор указала, что „АГК“ добыла на Малолемберовском месторождении и отгрузила на экспорт через порт Диксон 187 тыс. тонн угля.
Усугубила ситуацию и оценка ФБУ „Росгеологэкспертиза“, которое дало заключение, что траншея АГК — это по своим параметрам полноценный угольный разрез. Поэтому выстраиваемая „АГК“ линия, согласно которой на месторождении будто бы ведется лицензионная разведка, тоже оказалась проигрышной.
Вот почему 600,5 млн рублей — это еще не предел всех проблем „АГК“. С другого фланга на Босова наступает Енисейское межрегиональное управление Росприроднадзора. 6 февраля арбитраж Московской области рассмотрит иск управления Росприроднадзора к „АГК“ на сумму 536,875 млн рублей за ущерб, нанесенный окружающей среде. А в целом департамент Росприроднадзора по Сибирскому федеральному округу оценил ущерб от структуры Босова-Исаева на общую сумму 2,085 млрд рублей.
»Лошадь сдохла — слезь!»
— гласит древняя индейская поговорка. Ну, или продай эту лошадь кому-то другому. Видимо, именно это и предполагает сделать Дмитрий Босов.
Потому что, по факту, как видим, «Арктическая горная компания» — это пакет документов с лицензией. Хотя, стоп, есть лицензия только на геологораздведку — т.е. на поиски и оценку запасов антрацита — на добычу никакого разрешения нет.
В остальном же эта структура Босова-Исаева, что называется, «в долгах как в шелках». В сумме иски Росприроднадзора «потянут» более чем на 2 млрд рублей. Здесь стоит учесть, что «Арктическая горная компания» — это бизнес на грани фола. По данным ФНС, 2018 год «АГК» закончила с прибылью 2,031 млн рублей. С учетом судебных разбирательств после расчетов с Росприроднадзором остатков может не хватить даже на оплату юристов.
Да и такие направления бизнеса предпринимателя как, например, «ВостокУголь» прибыльным не назовешь. «ВостокУголь» за 2018 год заработала аж 1 млн рублей, если не считать выплату налогов. Если говорить на языке цифр, то сумма доходов составила 15,86 млн рублей, а расходов — 14,813 млн рублей.
В «Сибирском антраците» внешне ситуация получше, но компания серьезно закредитована. Собственно, как признался в интервью член совета директоров , весь бизнес Босова закредитован, основные кредиторы — это зарубежные банковские группы плюс отечественный . То есть, перекинуть прибыль с «ВостокУгля» и «Сибантрацита» на погашение долгов «АГК» не получится за неимением денег.
Видимо, и в случае с Лемберовским месторождением Босов & Co планировали воплотить в жизнь формулу, описанную Барским «наше ноу-хау в том, что мы быстро начинаем добывать, начинается денежный поток, можно кредитоваться».
Действительно, «АГК» удалось вывести проект на этап отгрузки, но здесь «участников концессии» прихлопнули Росприроднадзор с ФСБ.
Наконец, деловые СМИ обращают внимание на «ножницы» — именно сейчас на рынке развиваются два негативных тренда, взаимно усиливающие друг друга. Во-первых, Европа снижает потребление угля — соответственно, падает спрос на антрацит и другие энергетические марки. Поэтому понятно, почему стоимость энергетического угля по состоянию на февраль 2020 года упала на 40% — до $47 за тонну.
И в этой связи предложение Босова, чтобы «Росатом» инвестировал в «АГК», выглядит как попытка заработать на убытках, продав государству заведомо неликвидный актив.
Видео дня. Возместят ли компании расходы сотрудникам на «удаленке»
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео