Денис Хадеев, «Кошелев-банк»: «Государство должно дать кредит доверия обществу» 

Денис Хадеев, «Кошелев-банк»: «Государство должно дать кредит доверия обществу»
Фото: Волга Ньюс
— О каких тенденциях, процессах на банковском рынке сейчас можно говорить?
— Банки в основном заняты внутренними процессами, потому что переход на удаленную работу — это существенное изменение внутренних регламентов, технологических карт различных продуктов. Все банки перешли достаточно успешно, но тем не менее это потребовало определенных трудозатрат и материальных затрат в части организации информационной безопасности, обеспечения сотрудников ноутбуками и так далее.
Если говорить о том, что происходит в отношении работы с клиентами, то принципиальных изменений пока не происходит. Ставки, как вы видите, практически не изменились. Если по вкладам они изменились, то не более чем на полпроцента, по ипотеке лишь незначительная часть банков подняла ставки в пределах одного процента.
Местные банки сейчас более серьезно подходят к кредитным рискам, поэтому, что скрывать, более осторожно выбирают заемщиков. Но все действующие кредитные линии работают, заявки подаются.
Очень серьезный объем работы сейчас связан с общением с населением. После того как была объявлена возможность кредитных каникул, послаблений по ипотеке, стало поступать большое количество звонков в колл-центры и профильным специалистам. Большинство людей не совсем понимают, кому и как эти льготы предоставляются, кто-то думает, что отменены все платежи. После объяснений большинство все понимает.
— Число неплательщиков растет?
— Увеличение неплатежей происходит, но по объему пока не понятно. Ведь мы видим активную фазу чуть больше месяца. А большинство людей, особенно при ипотеке, очень аккуратно относится к своим платежам.
Я говорю про ипотеку, потому что мы не занимаемся обычным потребительским кредитованием — наша специализация ипотека и корпоративные кредиты. По этим продуктам заемщики обычно очень ответственные.
Но тем не менее мы ожидаем, что через месяц, два-три мы увидим существенное ухудшение ситуации с платежами.
Если говорить по поводу каникул, то мы до всех инициатив правительства всегда подходили к клиенту индивидуально. У банка никогда нет задачи клиента разорить. Мы и раньше всегда предоставляли время на решение своих финансовых проблем и вхождение в нормальный график платежей. Поэтому в этом плане каких-то нововведений у нас нет, просто обращений стало больше.
— Больше в разы или на проценты?
— В разы. Но пока люди обычно звонят лишь спросить, правда ли, что можно не платить.
— Многие уже просят отсрочек?
— У нас в кредитном портфеле тысячи заемщиков, а о реструктуризации кредитов попросили всего 10 человек. Но, повторюсь, пока преждевременно делать оптимистичные выводы. Сейчас малый бизнес приостановил работу, если у людей нет выручки, то, скорее всего, через месяц, через два, через три мы увидим существенное увеличение таких клиентов.
— На днях председатель как раз говорил, что месяца через три, через полгода «накроет» банки.
— Я не думаю, что будет совсем плохо. У нас  достаточно хорошо отработал и кризис 2008 года, и кризис 2014 года, у него уже хороший инструментарий для поддержки банков.
Причем, если мы берем ипотечный рынок, то я вообще не вижу проблемы в реструктуризации, потому что в конечном счете остается предмет залога, и это долгосрочные кредиты. Не вижу проблемы, если к 10-15-летнему кредиту прибавить еще один год. Это не катастрофа ни для заемщика, ни для банка.
А по поводу давления на капитал, о необходимости банкам создавать дополнительные резервы — тут как раз Центральный банк нас очень серьезно подстраховывает. Более того, он уже выпустил первый пакет мер по поддержке банковского сектора, когда три недели назад оставил прежней ставку рефинансирования. Тогда ЦБ позволил банкам не создавать дополнительные резервы, не проводить дополнительную переоценку. Поэтому давление на капитал банками пока не ощущается.
— А отток денег со вкладов?
— Да, это было. Значительную часть денег население сняло. Но надо учитывать, что у нас последние пять лет банки находились в ситуации огромного избытка ликвидности. И то, что сейчас население сняло часть денег, не вызвало кризиса. Собственно говоря, именно поэтому ставки и на межбанковском рынке, и на рынке вкладов и кредитов не изменились. Это показатель того, что банки спокойно отдали вклады.
— Почему образовался профицит ликвидности?
— Экономика в последние годы очень медленно росла и де-факто не потребляла кредитные ресурсы. Спрос на кредитные деньги был очень слабый, и банки, не имея возможности никуда разместить привлеченные средства, отдавали их обратно Центральному банку.
— Насколько существенным был отток по вкладам в ""?
— Процентов пять, не более. Несущественная цифра. Это совершенно не похоже на кризисы, которые были ранее. Мы могли остановить этот процесс, подняв ставки, но смысла в этом не видели.
Причем был очень маленький объем именно досрочного снятия средств. Чаще всего люди либо забирали вклады по сроку, либо использовали опции по возможности частичного снятия средств.
— Сейчас этот процесс уже остановился?
— Да, он был более-менее заметен, когда были объявлены новации по налогам на доход с процентов. Но это было буквально три дня — до того как объяснили, что налог вводится не сейчас и все совсем не так страшно.
Ну и после введения карантина люди тоже снимали средства, чтобы дома был какой-то запас наличных.
— Что сейчас со спросом на кредиты?
— Корпоративный блок у нас как работал, так и работает. Сокращение, конечно, есть, потому что сейчас элементарно низкая потребность в оборотных средствах. Но в целом идет кредитование. Например, под строительство или дорожное строительство. Этот сегмент себя вполне нормально чувствует.
Если говорить про ипотеку, то, к сожалению, сейчас МФЦ не работают. Поэтому люди подают заявки на одобрение, ищут какие-то объекты недвижимости, но регистрация сделок пока технически невозможна.
— Еще и многие замерли в ожидании падения цен на недвижимость. Нет?
— И это тоже имеет место. Плюс мы понимаем, что сейчас кто-то теряет работу и, наверное, ипотека для таких людей неактуальна. По ипотеке, конечно, будет и объективное падение спроса.
— Потенциальные потери уже подсчитываются, корректируются планы?
— Мы ожидаем, что по итогам года прибыль у нас будет ниже, но на сколько — пока сказать тяжело. Потому что, с одной стороны, мы видим, снижение активности по ипотеке и по корпоративному кредитованию, но, с другой стороны, мы получили очень хорошие доходы от валютно-обменных операций, и от операций с ценными бумагами. Пока конечный баланс достаточно тяжело просчитать до конца года.
— Принимаются ли банком какие-то нестандартные меры для минимизации потерь?
— Я бы не сказал, что они нестандартные. К сожалению, мы переживаем кризисы раз в пять-шесть лет, нас достаточно хорошо тренируют. Поэтому все меры более-менее понятны, просто их нужно оперативно использовать.
— Какие-то льготы для клиентов, не в индивидуальном порядке, а массово планируете вводить?
— Почти все банки сейчас сделали льготы по дистанционному банковскому обслуживанию. Тем самым мы снижаем риски заражения клиентов и сотрудников.
У нас тоже есть новые условия на дистанционное открытие счетов. Плюс мы на этой неделе запустили возможности конверсионных операций онлайн, через мобильный банк. Раньше они у нас были, но в усеченном виде.
Если говорить про ставки, мы не повышали ставки по ипотеке и по прочим кредитным продуктам, но при этом мы и не повышали ставки по вкладам.
— Какие отличия нынешней ситуации от предыдущих кризисов?
— Сейчас мы видим технологические изменения — мы полностью поменяли средства коммуникации с клиентами, поменяли коммуникации внутри банков. Это существенное отличие.
Опять же, мы видим, что принципиальное отличие этого кризиса в том, что он пришел не из финансового сектора, а со стороны биологии, скажем так. В 98-м и 2008-м первыми пострадали банки, потом другие субъекты экономики, а потом уже граждане. А сейчас в первую очередь пострадали граждане, во вторую — предприятия, и в третью очередь будут страдать банки. Разница принципиальная.
— Для вас главный опыт, который принес этот кризис, заключается в дистанционной работе?
— Я думаю, тут два момента. Первый, да — это как раз технологический процесс. Мы ожидаем, что все карантинные меры в мае месяце будут потихонечку сворачиваться, и технологические особенности уйдут, оставив лучшее.
Второй — я очень сильно надеюсь, что мы через этот кризис получим опыт работы по непосредственной поддержке государством деньгами малых и средних предприятий. Потому что у нас инструменты поддержки крупнейших, системно значимых предприятий испытали еще в 2008-м и в 2014-м годах.
Сейчас же мы видим, что надо поддерживать именно малые и средние предприятия, а также население. Этого опыта у нас еще не было. И это вопрос не только денег, но и организации столь масштабного процесса.
— Нужны ли сейчас меры поддержки именно банковского сектора?
— Пока не нужны, но мы постоянно находимся в диалоге с правительством и Центральным банком. Каждый день приходят письма — , и , и ЦБ мониторят ситуацию, смотрят насколько реализуются уже принятые меры.
Тут мы проявляем инициативу и передаем наверх глас клиентов о том, что меры поддержки должны быть доступны более широкому кругу получателей. Первое — это поддержка конечной покупательной способности. Второе — помощь субъектам экономики, малому и среднему бизнесу.
Буквально на днях федеральные СМИ писали про проблему с ОКВЭДами. Слово, которые мы уже почти забыли, сейчас оказалось критически важным, потому что люди не могут получить заявленную правительством помощь из-за несоответствия ОКВЭДов.
Это касается в целом структурирования пакетов помощи, потому что зачастую чиновники не понимают как устроен бизнес.
Мы сейчас уже видим второй пакет помощи. Он уже чуть лучше, более широкий. Поэтому я думаю, что от итерации к итерации ситуация здесь будет улучшаться, в том числе за счет обратной связи.
— Вы наверняка следите за тем, как в других странах чувствует себя финансовая система. В России ситуация отличается?
— Да, у нас принципиально отличается. Во-первых, у нас пока меньше масштабы поддержки экономики относительно ВВП. В этом есть и минусы, и плюсы. Минус в том, что, естественно, граждане России и предприятия пока недополучают помощь.
Плюс в том, что у нас еще остается большой резерв, нам есть куда дальше двигаться. В этом плане я абсолютный оптимист, потому что если бы мы все ресурсы использовали и ничего не помогло, то вот это было бы очень плохо. А так у нас еще огромный запас различных инструментов поддержки.
Еще одно отличие в том, что там есть массовость поддержки. Мы по-прежнему живем в режиме тотального недоверия друг к другу — и население государству не очень верит, и государство населению. Поэтому у нас требуют собрать все справки, предоставить доказательства проблем. В Европе, в США, в Азии меры поддержки имеют более массовый, веерный характер.
И на самом деле бояться этого не надо, потому что люди, я убежден, в большинстве своем хорошие и не будут злоупотреблять. Это раз. А второй момент — статью о мошенничестве никто не отменял. Поэтому, я думаю, государство сейчас смело могло бы дать кредит доверия обществу, и помочь по международному образцу. А уж потом можно и разобраться с теми, кто этим доверием злоупотребил.
У нас почему первый пакет поддержки не заработал? Потому что невозможно собрать все документы, невозможно соответствовать всем требованиям. Но я думаю, правительство учится и делает выводы.
— Какие советы вы бы дали клиентам банков?
— Все очень стремительно меняется, и всем нуждающимся в кредитах, в их пролонгации, реструктуризации нужно чаще общаться с банками, потому что буквально каждую неделю приходят какие-то новые нормативные акты, появляются новые программы поддержки и так далее.
Возьмите в привычку раз в неделю звонить в свой банк и узнавать, что появилось нового. Держите руку на пульсе и общайтесь со своим банком. Я думаю, какие-то инструменты помощи в конечном счете дойдут до всех.
Следите за курсами валют, следите за ставками. Это такой классический совет.
В обязательном порядке установите себе мобильные приложения. Даже если у вас нет больших денег и обычно вы не используете мобильный банк. Потому что в условиях самоизоляции очень важно уметь пользоваться безналичными платежами, оплачивать связь и так далее.
Видео дня. В России могут разрешить займы по водительским правам
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео