Океанские войны
Фото: Аргументы Недели
Как-то незаметно для широкой публики Россия вернулась в 1941 год. В крайне сложное для себя время серьёзных поражений, позорных отступлений, сдачи огромных территорий. Незаметно потому, что не свистят пули, не падают бомбы, не горят сёла и хаты. Незаметно потому, что противник не виден, нет линии фронта, нельзя взять языка. Незаметно потому, что об этой войне не говорят по телевизору и не пишут в газетах.
Наоборот, агенты противника, холёные и загорелые, с титрами «государственный деятель», «вице чего-то там» убеждают «дорогих россиян», что всё замечательно, жить стало веселее, завтра будет лучше, чем вчера. А сами под шумок лишают Россию этого завтра. Например, уже в следующем году готовятся сдать США 75 тыс. кв. км спорной территории, которая, по самым предварительным оценкам, стоит минимум 90 млрд долларов.
Не счесть богатств в разломе Клиппертона
Если вы бросились к карте российской искать этот золотой кусок земли, то зря. На карте нашей страны его нет. Нет его на карте СНГ. И даже Европы с Азией. Он находится далеко от нас — в Тихом океане. И глубоко — около 5 тыс. метров под уровнем моря. Это рудная провинция Кларион-Клиппертон, или российский разведочный район (РРР) ЖМК (железомарганцевых конкреций).
Контракт на этот район был выдан России для проведения геологоразведочных работ по ЖМК с 2001 по 2016 год с целью последующего освоения месторождения в течение 30 лет. В виде исключения, с большими дипломатическими реверансами, контракт был продлён на 5 лет — до 2021 года. Таким образом, до конца срока осталось несколько месяцев.
По оценкам советских морских геологов (российские там почти не работали), при общей площади района в 75 тыс. кв. км так называемая орудненная площадь более половины — 41 400 кв. км. Плотность залегания сухих ЖМК — 13, 98 кг на один кв. метр. Прогнозные ресурсы сухой рудной массы — 450 млн тонн! 450 миллионов тонн! При этом среднее содержание металлов: Mn — 30% (100–120 млн т); Ni — 1, 41% (4, 41 млн т); Cu — 1, 18% (3, 5 млн т); Co — 0, 24% (1, 1 млн т).
Годовая добыча и её переработка (примерно 3 млн т) позволят получить твёрдых полезных ископаемых (ТПИ) на сумму 3, 15 млрд американских долларов! В том числе марганца на 2 млрд; никеля — на 0, 52 млрд; меди — на 0, 22 млрд; кобальта — на 0, 41 миллиарда. Цифры, конечно, предварительные, но ошеломляющие. И всё это наша страна может не приобрести, а потерять!
Конечно, с боем курантов участок этот на торги не выставят, но где-то весной, скорее всего, Международный орган по морскому дну (МОМД), который ведает лицензиями, начнёт суетиться как электровеник. И хотя этот орган вроде как бы при , но США ему явно ближе и милее. Поэтому все наши действия будут рассматривать под микроскопом.
Хроника борьбы
В 2012 году АО «Концерн „Морское подводное оружие — Гидроприбор“ подготовило подпрограмму „Создание перспективных технологий и технических средств разведки и освоения твёрдых полезных ископаемых Мирового океана“ для включения в формируемую Государственную программу РФ „Развитие науки и технологий“.
Предложенная подпрограмма нашла поддержку комитета по науке и наукоёмким технологиям, Крыловского научного центра и , РФ, но не вписалась в Госпрограмму по объёмам финансирования.
В 2012–2014 гг. совместно с соисполнителями были выполнены концептуальные проекты научно-исследовательских судов нового поколения для геологоразведочных работ в Мировом океане (НИС „ГЕО“) и проведения опытной добычи (НИС „ЖМК“).
Руководство НП „Горнопромышленники России“ в 2015 году обращалось к руководству страны с предложением создания морской горнодобывающей отрасли России в обеспечение разработки месторождений минеральных ресурсов на дне морей и океанов.
В 2017–2018 годы по вопросу необходимости срочного развёртывания работ по добыче твёрдых полезных ископаемых (ТПИ) Мирового океана, жизненно важному для обеспечения оборонной и экономической безопасности России, Валерий Пылаев обращался:
— к главе ЦСР, заместителю председателя Экспертного совета при Президенте РФ Кудрину А. Л. ;
— к заместителю председателя , Полномочному представителю Президента РФ в ДВО Трутневу Ю. П. ;
— к министру РФ по развитию Дальнего Востока Галушке А. С. ;
— к заместителю секретаря Попову М. М.
На все обращения поступали общие отписки.
Обращение к президенту (от 2018 г.) до адресата не дошло и было переадресовано в администрацию правительства.
Всё упирается в…
Так что вот-вот перед нами поставят вопрос об экспериментальных аппаратах для добычи, вывоза и переработки ЖМК. „Да не вопрос!“ — воскликнут Южморгеология (с ней заключили контракт аж 18 лет назад!) и и.о. начальника департамента региональной промышленной политики и проектного управления Минпромторга гражданин А. А. Згруев (данные на 2017 год). Вообще-то письмо Згруева надо читать целиком и без купюр (есть на сайте „АН“), настолько оно прекрасно. Особенно для , и . Сухой остаток: выгребли из госкарманов кучу бабла. Это первое. И второе. Никто ничего не сделал. И дело даже не только в непонятно на что потраченных деньгах, они просто и тупо потеряли годы!
Пока гражданин Згруев сидел в своём кресле ровно (хотя за саботаж должен сидеть в другом месте), учёные и инженеры безуспешно боролись за создание техники для добычи и переработки конкреций. Упорство их поражает (см. „Хроника борьбы“). Не с первого раза, но всё-таки удалось достучаться до национального лидера Путина.
— С этого времени началась некоторая работа на уровне Минпромторга и Минприроды России, закончившаяся традиционным составлением „дорожной карты“, в состав участников которой включено большое количество различных предприятий и организаций, конечно, желающих получить финансирование на то, чем хотелось бы заняться. Причём авторы этой „дорожной карты“ твёрдо уверены в том, что контракт по ЖМК будет продлён ещё на 5 лет — до 2026 года. А если не будет? — рассказывает начальник отдела АО „Концерн „Морское подводное оружие — Гидроприбор“ Валерий Пылаев.
Во время подготовки этого материала пришлось перечитать все запросы Валерия Николаевича и, естественно, отписки на них. До сих пор не оставляет ощущение, что тебя высокомерно обливают помоями: „Прочь отсюда, нищеброды“…
— Я стараюсь не обращать на это внимания, — отмахивается Пылаев. — Дело важнее.
Дело действительно важное, потенциально прибыльное и, главное, стратегически необходимое до зарезу!
Судите сами: добыча марганца в России — почти нулевая. Потребности страны удовлетворяются за счёт импорта. Импортируем миллионов этак на 600 долларов в год. Тащим из Казахстана, Украины, Австралии, Китая, ЮАР до 1500-1600 тыс. тонн руды, содержащей порядка 655 тыс. тонн марганца. А на месторождении ЖМК только в поле Кларион-Клиппертон ждёт хозяина порядка 120 млн тонн! Это позволит полностью закрыть импорт на десятилетия. Провести настоящее, а не бумажное импортозамещение. Плюс Ni, Cu, Co. Кстати, никель и кобальт с песней возьмут на мировом рынке.
Казалось бы, Пылаеву надо Госпремию давать! Но хорошо, что пока не дают в морду. Ещё бы, он ведь покусился на святое: вместе с коллегами практически написал основы „Государственной программы освоения месторождений ценных твёрдых полезных ископаемых (ТПИ) Мирового океана“. Причём не как обычно пишут чиновники „за всё хорошее (бюджетные триллионы) и против всего плохого (малейшей ответственности за отсутствие результата)“, а чётко, ясно, конкретно по-инженерному. Пункт один, пункт два, пункт три…
— Что делать сейчас, в цейтноте? — спрашиваю Валерия Пылаева.
— Во-первых, принять решения правительства о формировании Госпрограммы в обеспечение своевременного завершения контракта по ЖМК в 2021 году с последующим заключением контракта на промышленную добычу и переработку ЖМК на 30 лет. Сформировать Государственный координационный совет для оперативного контроля за выполнением работ и решением возникающих вопросов. Возложить ответственность за выполнение этого решения на Минпромторг и Минприроды.
Во-вторых, этим министерствам объявить конкурс на разработку опытной технологии и создание добычного комплекса (прототипа для промышленной добычи) со сроком завершения — январь 2021 года. Сформировать дирекцию Госпрограммы из представителей Минпромторга, Минприроды и специалистов головных предприятий — исполнителей программы. Срок — февраль 2021 года, — отвечает он.
Аргумент инженера Валерия Пылаева
— Не следует забывать и о ещё двух богатейших российских разведочных районах. Один расположен в центре Атлантического океана, где выявлены богатые медью, цинком, серебром и золотом глубоководные полиметаллические сульфиды (ГПС) на глубине моря до 1900–4000 метров.
Прогнозные ресурсы сухой рудной массы — более 100 млн тонн.
Ресурсы металлов: Cu — 5, 7 млн тонн, Zn — 1, 0 млн тонн, Au — 290 тонн, Ag — 2300 тонн. Ожидаемая окупаемость при производительности в год 500 тыс. тонн руды — 6–8 лет.
Добыча и переработка годовой добычи ГПС позволит получить ТПИ на сумму 820 млн долларов.
Контракт на этот район был заключён с Россией в 2012 году также на 15 лет — до 2027 года для проведения подготовительных работ к последующему освоению месторождения в течение следующих 30 лет.
Другой район расположен в Тихом океане (Магеллановы горы), где сосредоточены запасы кобальтомарганцевых корок (КМК) на глубине моря до 1300–3500 метров. Заявленная площадь — 3 тыс. кв. км.
Ориентировочные прогнозные ресурсы сухой рудной массы — не менее 300 млн тонн. Ресурсы металлов: Co — 1, 80 млн тонн; Ni — 1, 50 млн; Cu — 0, 3 млн тонн; Mn — 64 млн тонн.
Ожидаемая окупаемость затрат при годовой производительности 1 млн тонн сухих КМК — 6–8 лет.
Добыча и переработка годовой добычи КМК позволит получить ТПИ на сумму 900 млн долларов.
Контракт на него заключён с Россией до 2030 года для проведения подготовительных работ к последующему освоению месторождения в течение следующих 30 лет.
Утереть нос партнёрам
Практически все инициативные люди, сталкивающиеся с российской чиновной машиной (говорят, в большинстве других стран немного, но легче), в ужасе от этого монстра. Он своими совещаниями, „дорожными картами“ и прочим „ничегонеделанием“ замотает до соплей любое хорошее начало, которое мешает в тишине осваивать миллиарды рублей.
Обычно это просто банальное желание не суетиться под клиентом, дабы кара вышестоящих не настигла тебя: инициатива — дело наказуемое. Но очень примечательна одна вещь: как только дело касается прорывных технологий, которые мы собираемся сделать, как перед учёными или инженерами вырастает настоящая „берлинская стена“. Совещаний становится в десятки раз больше, вести проект поручается совершенно постороннему человеку или организации, уровень некомпетентности развивается в геометрической прогрессии, финансирование закрывают. Одним словом, делается всё, чтобы идея не воплотилась в железо. И это уже банальной суетой или ленью объяснить сложно.
То, что лежит на дне океанском, — это ресурсы XXI века. Так как наш маленький шарик после падения противовеса — Советского Союза — поделили между собой транснациональные компании, то „чужие тут не ходят“. Точнее, их никто в гости не зовёт, а незваных гостей просто выгоняют. Но не примитивным насилием, это всё-таки бизнес, а просто покупкой ключевых фигур в правительственном, депутатском, научном аппаратах. Немного информации, вовремя попавшей на чужой стол, немного блокирующего административного ресурса, создание общественного мнения — и вот новая вилла в Испании, или квартира в США, или домик на Лазурном Берегу.
Например, ситуация с глубоководными обитаемыми аппаратами „Мир-1“ и „Мир‑2“ или научным флотом. Отремонтировать первые поручил лично Путин. Обслуга взяла под козырёк. И как только ветер затих, спихнула всё на тормозах, даже не опасаясь гнева Господнего. Интересно почему?
С флотом тоже банально. Ежегодный миллиард на флот выделяется по личному распоряжению главы государства. Миннауки — просто проводник денег. Но какой-то непроводящий проводник. Почти 9 месяцев этого года они проводили деньги на ремонт. В результате научные суда были отремонтированы по минимуму и некачественно. И под угрозой оказалась вторая большая антарктическая экспедиция (см. материал „АН“ „Антарктика нам не нужна?“). Которая делалась по личному распоряжению Путина. Но бог с ним, с распоряжением, главное было вернуть квоты на вылов криля. Теперь это под вопросом. Кому выгодно, чтобы деньги не поступили вовремя и суда не были капитально отремонтированы? Чтобы они не пошли в Антарктику? Неужели каким-то неразличимым в большой игре пешкам — чиновникам типа небезызвестной нашим читателям Голубевой или такому же Медведеву? Помилуй бог! Когда на кону миллиарды американских рублей, да геополитическое влияние, да лишний раз указать ядерной России её место в мировой „пищевой цепочке“, тут любую вошь давят, не замечая.
Похожая ситуация в авиастроении. В микроэлектронике. Даже в области медтехнологий и медоборудования. В фармацевтике практически нет ничего родного, посконного и домотканого. Есть вот немного в океанологии. Пока есть, и то благодаря „нерушимому“. Собственно российского там почти ничего нет. Но вроде благодаря таким, как Валерий Пылаев, начало что-то двигаться. Вполне реально наметилась точка прорыва. И на по рукам!
А страна? Что страна?! Ещё с лихих 90-х они между собой её называют не Родина-мать, а родина-матка и сосут досуха.
Аргумент цифр
С 1990 по 2020 год на 80 и более процентов рухнули физические объёмы производства по следующим позициям: производство тракторов, экскаваторов, башенных кранов, троллейбусов, мотоциклов, велосипедов, зерноуборочных и кормоуборочных комбайнов, плугов, культиваторов, доильных установок, металлорежущих станков, кузнечно-прессовых машин, подшипников, часов, фотоаппаратов, строительного кирпича, хлопчатобумажных тканей, льняных, шерстяных и шёлковых тканей, трикотажных изделий и др.
На 50–79% уменьшение производства: гражданских самолётов, грузовых машин, автокранов, мостовых электрокранов, космических запусков, косилок, льноволокна, обуви, химических волокон и нитей, кровельных и изоляционных материалов, шин и покрышек для грузовых автомобилей, сельхозмашин, муки, крупы, сливочного масла, комбикормов, лесоматериалов, обоев, школьных тетрадей, поголовья крупного рогатого скота, в том числе коров, и др.
Доля убыточных предприятий в 2019 году составила 26, 5%, то есть фактически они банкроты. Объяснить это ленью чиновников вряд ли получится.
ОТ РЕДАКЦИИ. По оценкам экспертов, в морских месторождениях кобальта больше в 5 тыс. раз, марганца — в 4 тыс. раз, никеля — в 1,5 тыс. раз, алюминия — в 200 раз, меди — в 150 раз, молибдена — в 60 раз, свинца — в 50 раз и железа — в 4 раза. Это цифры не секретные, не закрытые, доступные даже бывшему министру науки и высшего образования М. М. Котюкову. Что делает неуважаемый Михаил Михайлович? Ликвидирует подготовку горных инженеров по специализации „Технология и техника разведки месторождений полезных ископаемых на морском дне“. То есть лишает страну квалифицированных молодых кадров. Возможно, „это хуже, чем преступление. Это ошибка“. Возможно. Ничего не понятно насчёт ГОА „Мир-1“ и „Мир-2“. Миннауки держит мхатовскую паузу. Ошибка?Научный флот ремонтируют на „брысь“. Никто не планирует в ближайшие годы экспедиции на Кларион-Клиппертон. Вновь ошибка?Все эти ошибки работают против нашей России. Той, какой мы хотели бы её видеть. Зато работают на „их“ Россию, занимающую нижнюю позицию в пищевой глобальной цепочке. Черчилль, конечно, великий человек. Но великим людям свойственны великие оговорки. Поэтому: „Это хуже, чем ошибка! Это преступление!“ И караться оно должно по законам военного времени. По законам 1941 года.
Видео дня. Экономист рассказал, в какой валюте лучше хранить сбережения
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео