Курсы валют
USD 62,4352 0,1796
EUR 73,2427 0,4472
USD 62,5 950 0,0450
EUR 72, 9100 0,0550
USD 62, 5181 0,0575
EUR 72,85 14 0,0009
USD 62,4500 62,7500
EUR 73,1000 73,2500
покупка продажа
62,4500 62,7500
73,1000 73,2500
23.07 — 30.07
63,7500
74,1800
BRENT 71,61 −0,53
Золото 1227,51 −0,02
ММВБ 2285,53 0,01
Главная Новости Пенсии Пенсионные фонды: игра по правилам и без
Пенсионные фонды: игра по правилам и без

Пенсионные фонды: игра по правилам и без

Источник: Forbes Russia |

Пенсионная индустрия отмечает некруглую, но важную дату. Я помню, как 16 сентября 1992 года в офис «Российского страхового пенсионного фонда» зашел первый замминистра социальной защиты населения Михаил Алехин и объявил, что президент Ельцин только что подписал Указ «О негосударственных пенсионных фондах» №1077. С этого момента в России началось формирование системы НПФ, которое продолжается до сих пор.

 

За прошедшие 23 года негосударственные пенсионные фонды, несмотря на главную характеристику российского пенсионного рынка — непредсказуемость — смогли стать серьезным финансовым институтом, в котором многие экономисты видят спасение экономики страны.

 

Целью создания НПФ было развитие дополнительного по отношению к государственному пенсионного обеспечения, базирующегося на принципах накопления и договорном праве. Основываясь на чилийском опыте, функции привлечения денег и управления ими разделили: НПФ должны были стать некоммерческими организациями, привлекающими вклады и несущими ответственность перед вкладчиками, а их активами должны были управлять специальные управляющие компании.

 

Напомню, что на тот момент никакого законодательного регулирования не существовало. Само понятие «некоммерческая организация» появилось в гражданском законодательстве позже, чем были зарегистрированы первые НПФ.

 

Начало и середина 1990-х были временем МММ, «Хопра» и «Властелины».

 

Тогда же, как на дрожжах, выросло несколько сотен пенсионных фондов. При этом можно было создать какое-нибудь ООО «Привет», назвать его компанией по управлению активами пенсионного фонда и взять деньги в доверительное управление.

 

В те же годы была создана и Ассоциация развития НПФ. Многие организации и предприятия создавали свои фонды, основываясь на методических документах Ассоциации и руководствуясь «Декларацией участников рынка дополнительного пенсионного обеспечения».

 

Единственным разрешительным документом таких фондов был письменный ответ Министерства социальной защиты России о том, что документы соответствуют законодательству, и что после создания Инспекции НПФ необходимо будет получить соответствующую лицензию.

 

Уникальность ситуации заключалась в том, что практика бежала впереди законодательства. В 1994 году появилась Инспекция НПФ при Минсоцзащиты, которая с сентября 1995 года начала выдавать лицензии пенсионным фондам. Это был первый шаг к наведению порядка. Закон «О негосударственных пенсионных фондах», который и сейчас — с многочисленными, разумеется, поправками — регулирует деятельность НПФ, был принят только в мае 1998 года.

 

Много надежд в конце 1990-х связывалось с возможностью создания профессиональных пенсионных систем.

 

Базовая идея таких систем была в том, чтобы разрешить работодателям за счет налоговых льгот финансировать пенсии «досрочников» в НПФ и тем самым снизить расходы Пенсионного Фонда России по выплате досрочных пенсий. Однако в какой-то момент соответствующий закон был положен «под сукно», и проблема не разрешена до сих пор. До 30% ежегодных пенсий назначается по льготным основаниям, а к идее вывести их в негосударственное пенсионное обеспечение мы благополучно вернулись через 15 лет.

 

Первоначально пенсионные фонды инвестировали деньги в основном в государственные ценные бумаги, которые обеспечивали высокую доходность. Нормативные акты требовали не менее 30% активов инвестировать в госбумаги, а многие НПФ держали в них до 100% активов. Поэтому индустрию очень сильно подкосил 1998 год. После дефолта по ГКО было объявлено о новации обязательств: ГКО были заменены другими бумагами, которые обеспечивали уже не такую высокую доходность, и у них не было текущей ликвидности.

 

Многие рыночные фонды не пережили дефолт. Устойчивость продемонстрировали только корпоративные НПФ: у них не было оттока клиентов, они жили по своим бюджетам с плановыми взносами работодателей.

 

Следующей большой вехой в развитии НПФ стала реформа 2002 года, когда были предложены переход на многоуровневую пенсионную систему и внедрение обязательного накопительного компонента. Авторами реформы стали Михаил Зурабов, возглавлявший тогда ПФР, министр труда и социального развития Александр Починок и первый замминистра экономики Михаил Дмитриев. Разработанная ими пенсионная система объединила в себе элементы шведской (с выбором управляющих компаний), чилийской (с выбором НПФ) и казахстанской модели (с государственным накопительным пенсионным фондом для всех жителей страны «по умолчанию» и государственной управляющей компанией).

 

Трудовая пенсия стала складываться из трех компонентов, реализовывавших разные социальные функции.

 

Базовая часть в фиксированном размере предполагала защиту от бедности. Страховая учитывала стаж и заработок и обеспечивала справедливую дифференциацию размеров пенсии. Накопительная вводилась для молодых граждан, ее размер зависел от уплаченных взносов и начисленного инвестиционного дохода.

 

«Триумвирату» удалось убедить правительство в необходимости пенсионной реформы, и у жителей страны появилась возможность накапливать средства на именных пенсионных счетах в рамках обязательного пенсионного страхования (ОПС). Было выбрано удачное время: на начало 2000-х выпал период временного сокращения расходов ПФР, связанный с тем, что на пенсию выходило «выбитое поколение» — люди, родившиеся в годы Великой Отечественной войны. В рамках «окна возможностей» планировалось, что за несколько лет будет сформирована накопительная пенсионная система, активы пенсионных фондов по ОПС появятся на финансовых рынках и обеспечат долгосрочное финансирование экономики.

 

В начале реформы 2002 года были установлены следующие страховые взносы: 3% для возрастной категории, которой до выхода на пенсию оставалось больше 20 лет, и 2% для тех, кому до пенсии было от 10 до 20 лет. Но, увы, отдельные представители кабинета министров усомнились в эффективности такой модели. Были проведены расчеты, которые показали, что за 10 лет при таком тарифе размер накопительной прибавки будет мизерным. Поэтому в 2004 году были приняты изменения: накопительную систему сохранили только для граждан 1967 года рождения и моложе, а размер взноса установили на уровне 6%.

 

Это была первая заметная дискредитация отрасли в глазах населения.

 

Первый раз, когда правительство на глазах у «изумленной публики» поменяло правила пенсионной «игры». Каков итог? Во-первых, значительная возрастная когорта оказалась исключена из дальнейшего формирования накопительной пенсии. Во-вторых, легкость изменения правил игры вселила определенное недоверие в наших сограждан, а создавшийся прецедент позволил впоследствии реализовать модель «заморозки». Были отдельные попытки обращения в Конституционный суд, но закончилось это, разумеется, ничем.

 

Однако индустрия НПФ продолжила свое развитие: каждый год количество людей, которые выбирали негосударственные пенсионные фонды, росло. Менялись схемы работы и технологии переходов. Появились первые злоупотребления агентов и жалобы на мошенничество, вызвавшие большой общественный резонанс, и как ответ — ужесточение регулирования со стороны самой индустрии, а также Центробанка и ПФР.

 

Одним из интереснейших проектов было внедрение программы софинансирования. В какой-то момент появилась идея вовлечения граждан в самостоятельное накопление как один из элементов формирования стабильного среднего класса, заинтересованного в долгосрочной устойчивости. Если гражданин вносил до 12 тыс. рублей на свой пенсионный счет, то государство удваивало его ежегодный взнос. В программу государственного софинансирования вступили миллионы людей. Ожидалось больше. Но на фоне заявлений отдельных представителей государства о неэффективности НПФ приток средств в рамках программы существенно снизился.

 

Однако по-настоящему мрачные времена для индустрии НПФ наступили после 2012 года.

 

Раньше ПФР выступал для НПФ «старшим братом», и представители пенсионной индустрии действовали заодно, занимаясь финансовым и пенсионным образованием. В последние годы был вброшен тезис о том, что отрасль не контролируется государством, а в системе НПФ накопились организационные и финансовые проблемы. На два года были «заморожены» пенсионные накопления. Ответом на это стало создание Банком России системы гарантирования прав застрахованных лиц, а также реорганизация отрасли и акционирование НПФ.

 

Несмотря на все это, индустрия НПФ состоялась: активы превышают 5% ВВП, около 28 миллионов россиян выбрали негосударственные пенсионные фонды для формирования накопительной пенсии. 7 миллионов граждан участвуют в добровольных пенсионных программах, а более 1,5 миллионов уже получают дополнительные пенсии.

 

Пенсионные деньги — это «длинные» деньги, и краткосрочные финансовые кризисы хоть и оказывают на них негативное влияние, но в долгосрочной перспективе оно нивелируется более высокой доходностью. Роль пенсионных фондов как буфера финансового рынка общеизвестна. И сейчас НПФ выступают одним из основных инвесторов в развитии экономики страны.

 

Сегодня мы видим, что у россиян существует спрос на услуги негосударственных пенсионных фондов. Люди все больше задумываются о том уровне дохода, который обеспечит им страховая система, и понимать, что им нужно формировать личные пенсионные сбережения. Фонды продолжают системную программу пенсионного образования и финансовой грамотности.

 

Конечно, не все фонды смогут перескочить новую планку, установленную регулятором. Из 83 НПФ, занимающихся сейчас обязательным пенсионным страхованием, в системе гарантирования прав застрахованных лиц находятся пока только 29. У остальных есть время подать документы в Банк России до конца 2015 года.

 

Впрочем, на эти 29 НПФ приходится 92% пенсионных накоплений.

 

Так что небольшие фонды, возможно, будут вынуждены тем или иным образом уйти с рынка: либо они присоединятся к крупной пенсионной группе, либо их будут ликвидировать принудительно.

 

Перспектива следующих лет — это объединение НПФ. Обязательства поглощаемых фондов перед клиентами, безусловно, будут выполнены, а сами фонды станут более эффективными финансовыми учреждениями. Нужно просто пережить этот период. И через несколько лет мы увидим совсем другую картину пенсионного рынка, который станет более стабильным и будет еще жестче регулироваться государством.

 

Евгений Якушев
председатель совета директоров НПФ «Европейский пенсионный фонд» (ЗАО)

Поделитесь с друзьями
Оставить комментарий
Рубрики
Пенсии
Еще от Forbes Russia