Курсы валют
USD 64,1528 0,4721
EUR 68,4703 0,8541
USD 63,8 800 0,0025
EUR 68, 1575 0,0850
USD 63,8333 0,0000
EUR 68,08 51 0,0009
USD 64,0000 64,2300
EUR 68,3000 68,4300
покупка продажа
64,0000 64,2300
68,3000 68,4300
28.11 — 05.12
65,7000
67,3000
BRENT 54,36 0,15
Золото 1175,89 0,01
ММВБ 2128,99 −0,20
Главная Новости Аналитика Человек-банкрот: история одного долга
Человек-банкрот: история одного долга

Человек-банкрот: история одного долга

Источник: Ъ-Деньги|
08:31 29 сентября 2015
Первый выпуск нового спецпроекта.
Человек-банкрот: история одного долга
Фото: Александр Коряков / Коммерсантъ

1 октября вступает в силу закон о персональном банкротстве. "Деньги" будут рассказывать, как одна московская семья пытается с его помощью выбраться из долговой ямы.

 

Наши герои Ольга и Антон (имена изменены по их просьбе) собираются оказаться среди первых россиян, решившихся на персональное банкротство. В 2008 году они взяли валютную ипотеку и теперь в месяц должны отдавать банку больше, чем зарабатывают. Продавать квартиру бессмысленно: теперь она стоит не $296 тыс., а $115 тыс. (те же 7,4 млн руб., что и семь лет назад), банку они все еще должны больше.

 

На момент заключения договора доход пары составлял 80 тыс. руб. на двоих (около $3 тыс.). Антон — инженер по торговому оборудованию в крупной розничной сети, а Ольга, до того как вышла в декрет, работала в сфере торгового финансирования. Теперь их бюджет — 70 тыс. руб. на троих (около $1 тыс.): год назад у них родился долгожданный ребенок — девочка.

 

Эта история похожа на то, что происходило в США во время subprime-кризиса: тогда жилья лишилось 9,3 млн семей как раз из-за обесценивания залога. В России объем foreclosures (возврат квартиры банку) довольно низкий: по данным Верховного суда, в 2013 году из своих квартир выселено 20 тыс. россиян. Ипотечных из них — около 50%, считают в "Финпотребсоюзе".

 

Всего валютных ипотечников в России — 30 тыс. семей. Их совокупная задолженность к августу 2015 года (данные ЦБ) — 123,2 млрд руб., это лишь 3% от рублевой ипотеки. В 2009 году она была выше почти в два раза — 213 млрд руб., а просроченные платежи были на уровне 5% (сейчас — 17%). А по данным АИЖК, из 4 млн ипотечных кредитов 80 тыс. считаются проблемными.

 

Половина тех, у кого была валютная ипотека в 2009 году, либо ее выплатили, либо перевелись в рубли. Доллар тогда упал с 36 до 28 руб.— идеальный момент, чтобы выйти из игры.

Резонный вопрос: почему мы тогда не перевернулись в рубли? — говорит Ольга.— Это то, за что я себя до сих пор корю. Если бы я тогда перешла в рубли по курсу 28 руб./$, то ежемесячный платеж вырос бы, как если бы доллар стоил 45-50 руб. На тот момент мне казалось, что это должны быть какие-то такие обстоятельства, которые никто и представить себе не мог: например, война с Украиной. А уж если доллар поднимется выше 50 руб., то тогда обязательно должно вмешаться государство и предложить некий централизованный выход из ситуации, ибо это катастрофа. Мы же не одни такие, валютные ипотечники.

Самое время для промежуточных выводов. Правило первое — не стоит недооценивать "черного лебедя". Правило второе — не играйте на форексе, если вы не профессионал. А то, что валютная ипотека предполагает такую игру,— это факт. Правило третье — надейтесь только на себя, государство вряд ли поможет.

Валютный риск — это риск финансового института, а не обычного гражданина,— говорит председатель совета межрегиональной общественной организации "Союз потребителей финансовых услуг" Игорь Костиков.— Они же профессионалы, а заемщик — нет. Те, кто осознанно брал валютную ипотеку, потому что имел доходы в долларах, составляют 2-3%. Остальных менеджеры банка убедили или вынудили заключить такой договор, отказавшись предоставить рублевую ипотеку, предложив более низкую ставку или одобрив меньшую сумму кредита в рублях. Им нужно было чем-то перекрывать свои активы.

Еще одна проблема пары — низкий первый взнос по ипотеке, около 30%. В начале 2008-го Антон продал свою комнату в питерской коммуналке за 2 млн руб., у семьи было еще 500 тыс. руб. накоплений. У Ольги своей недвижимости вообще не было.

 

В планах был ребенок, снимать квартиру не хотелось, а хотелось свою, пусть и в ипотеку. Денег, правда, было немного: подтвержденный справками доход составлял 82 тыс. руб. на двоих. Поэтому пришлось влезать в долги на 30 лет, чтобы ежемесячный платеж не превышал 40 тыс. руб., в надежде, что однажды они получат наследство и смогут расплатиться с банком быстрее.

 

В конце мая 2008 года пара обратилась в банк. Кредитной истории у них никакой не было, условия оказались жесткими: ставка 9,25% (в валюте) и потолок $196 тыс. (рублевый кредит банк готов был дать всего на 4 млн по куда более высокой ставке).

На тот момент я ни разу в жизни не брала кредит,— говорит Ольга.— Если бы была сообразительнее, то купила бы чайник в кредит и погасила досрочно. Тогда и ставка оказалась бы ниже.

Правило четвертое — всегда готовьтесь к сделке. Более низкая ставка (на 1-2%) сильно бы ослабила нагрузку на бюджет семьи. Или даже позволила бы хоть часть кредита погасить досрочно.

 

Ольге и Антону не повезло: они захотели купить квартиру на растущем рынке. В те предкризисные месяцы доллар активно укреплялся, цены на нефть дошли до $150 за баррель, а квартиры дорожали с каждым днем. Впрочем, даже многие экономисты тогда отказывались признавать перегрев экономики, а простым людям вообще было трудно понять, что происходит. Комнату в Питере они продали за рубли, которые на их глазах таяли: если сильно затянуть, думала Ольга, можно вообще остаться без квартиры.

Вот мы и носились по рынку как сумасшедшие,— говорит она.

С другой стороны давил банк — одобрение было выдано всего на три месяца. И вот нашелся отличный вариант: кредит в рублях, один прописанный собственник, выписаться ему было нетрудно. Ольга и Антон подписали договор с агентством недвижимости и стали ждать. Сделка оказалась длинной, на ее выстраивание потребовались как раз эти три месяца. "В начале августа нам позволили риэлторы и сказали, что наконец-то сделка выстроилась, но в цепочке есть квартира с невыписанными несовершеннолетними детьми,— говорит Ольга.— И я сказала, что мы выходим из этой истории. Не хотела рисковать".

 

Правило пятое — не стоит влезать в сомнительные операции. Здесь чутье Ольгу не подвело — она отказалась от сделки, хотя и торопилась. Но спешка все равно привела к тому, что она не просчитала все последствия. Отсюда шестое правило — не заключайте договор под дулом пистолета.

Банки действительно выдают одобрение на короткий срок, так как у заемщика могут измениться доходы,— говорит Костиков.— Но если вас не уволили, то можно снова подать заявку и получить одобрение повторно. Это не такая уж сложная процедура, чтобы ее бояться.

К августу цены на квартиры еще выросли, и они уже никак не пролезали в одобренные банком 4 млн руб. Зато в долларах — вполне (5 млн руб.). К тому же на горизонте появился подходящий вариант: однушка в 38 кв. м у метро "Академическая". Ее хозяйка уже выписалась, жила в США, и деньги ей нужны были только в долларах. "Я, конечно, была в больших сомнениях,— говорит Ольга.— Но подумала: если что, успеем перевернуться в рубли. К тому же многие знакомые брали ипотеку в долларах и уже успели ее выплатить. Моя работа также была связана с тем, что я все время занимала доллары для корпоративных клиентов на рынках капитала, и у меня не было психологического барьера, что в долларах ничего нельзя брать, когда вся страна в них закредитована. В общем, мы взяли ипотеку, через месяц прогремел Lehman Brothers, и мы попали в идеальный шторм".

 

Правило седьмое — никогда не делайте покупку на пике. Конечно, тогда Ольга думала, что рост цен продолжится, и она проиграет. Но цены на квартиры росли стремительно — буквально за полгода квадратный метр в Москве подорожал с $4 тыс. до $6 тыс. Такой резкий рост цен должен настораживать.

 

Когда Ольга ушла в декрет, выплаты по ипотеке сначала составляли 70% доходов семьи, а теперь — почти 150%. За последние семь лет они с мужем выплатили только $11 тыс. кредита: при ежемесячном платеже $1,6 тыс. в год они выплачивают лишь $1 тыс. долга из-за того, что ввязались в ипотеку на максимальный срок — 30 лет.

 

Сейчас пара уже готова расстаться с квартирой и забыть о ней как о кошмарном сне. Но их однушка теперь стоит не $296 тыс., как раньше, а только $115 тыс. То есть квартиру они могут продать за 7,5 млн, а банку должны 13 млн руб. Продав единственное жилье, им придется полжизни гасить долги.

Мы такие классические лузеры: у нас нет никакого имущества, даже автомобиль — и тот старая "Волга" 2000 года выпуска,— говорит Ольга.— Поэтому, может, банкротство для нас — единственный выход.

Теперь вся надежда на банк. Он разрешил паре выйти на кредитные каникулы и до 1 октября платить в два раза меньше — $800 (52 тыс. руб.), это все равно 75% их доходов. Готов ли банк пойти на убыток в 5 млн руб. или на реструктуризацию по рекомендованному ЦБ курсу 39 руб./$? Удастся ли Ольге и Антону вернуть квартиру банку? Спасет ли их от банкротства реструктуризация долга? Об этом — в следующей серии.

 

АРТЕМ НИКИТИН

Поделитесь с друзьями
Оставить комментарий
Рубрики
Аналитика
Еще от Ъ-Деньги