Курсы валют
USD 61,3222 0,4639
EUR 75,6532 0,2498
USD 61, 4000 0,0025
EUR 75,4 650 0,0175
USD 61,3 920 0,0550
EUR 75, 4831 0,1611
USD 61,3000 61,3000
EUR 75,5500 75,5500
покупка продажа
61,3000 61,3000
75,5500 75,5500
23.04 — 30.04
60,9000
75,0200
BRENT 73,71 100,00
Золото 1333,47 0,00
ММВБ 2285,53 0,01
Главная Новости Аналитика Как Сечин поспорил с Силуановым, Путин обрадовался $50/баррель, а Галицкий напомнил о главной цели экономической политики
Как Сечин поспорил с Силуановым, Путин обрадовался $50/баррель, а Галицкий напомнил о главной цели экономической политики

Как Сечин поспорил с Силуановым, Путин обрадовался $50/баррель, а Галицкий напомнил о главной цели экономической политики

Источник: Ведомости |

Первая сессия открывшегося 13 октября инвестиционного форума «ВТБ-капитала» «Россия зовет!» с участием руководителей всех ключевых финансово-экономических ведомств страны называлась «Обеспечение макроэкономической устойчивости, создание условий для экономического развития». И оказалась почти полностью посвящена спорам участников о нефтяном секторе. Возможно, присутствие главы «Роснефти» Игоря Сечина – спикера на инвестфорумах нечастого – определило в итоге основное содержание дискуссии. А возможно, наоборот, обеспечение макроустойчивости и развития теперь определяется в основном нефтяным сектором. Министр экономического развития Алексей Улюкаев с этого и начал, призвав коллег помогать нефтяному сектору:

Кто основной производитель value в нашей стране? Нефтянка. Что нужно сделать? Нужно помочь нефтяному бизнесу инвестировать.

«Мы в последнее время только нефтянке и помогали. Льготы если и давали, то в основном нефтяному бизнесу. Обездоленному, – в кавычках, конечно», – заметил министр финансов Антон Силуанов. Такая концентрация помощи была тактической ошибкой, считает он: чем больше помогать нефтянке, давая льготы, тем меньше ресурсов останется для других секторов.

 

Сечин свой ответ предварил уведомлением присутствующих о поручении организаторов форума: «Я должен оживить дискуссию. Постараюсь это сделать» – и зал сразу же оживился, зааплодировав. Есть несколько экономических моделей, заглянул Сечин в конспект: вот модель Минфина сводится к годовому бюджету и легенде о девальвационном доходе в экспортных отраслях, еще есть модель ЦБ, предложения Минэкономразвития – они наиболее реалистичны, одобрил Сечин, есть модели независимых экспертов. «Моделей много, роста нет», – заключил он. Хуже того – виртуальное начисление девальвационного дохода приводит к изъятию инвестиционного ресурса из системообразующих отраслей экономики, указал он Силуанову: «Эта ситуация была когда-то описана в Экклезиасте, где по аналогичному поводу сказано: кривое не может сделаться прямым, и то, чего нет, нельзя считать». Минфин предлагал изъять у нефтяников, получивших дополнительную прибыль из-за девальвации, 600 млрд руб. в бюджет 2016 г., но в итоге изъяли только 200 млрд.

 

Сокращение изъятий до 200 млрд руб. привело к повышению прогноза добычи нефти на 5 млн т, поддержал Сечина Улюкаев:

Я иногда удивляюсь логике моего друга Антона [Силуанова], - поведал он. – Мы хотим бюджетные доходы только в этом году или в следующем тоже хотим?» Улюкаев призвал найти баланс между интересами бизнеса и бюджета: «И я, Антон, гарантирую, что мы тогда сможем доходы федерального бюджета от нефтянки из года в год увеличивать.

«Экономика – это человек»

 

Действительно, Игорь Иванович оживил дискуссию», – оценил Силуанов «слишком узкое понимание модели Минфина». Задача Минфина – больше средств оставлять компаниям, меньше изымая в бюджет, повторил он. А если бы не было «девальвационных изъятий», то пришлось бы увеличивать дефицит бюджета, т. е. больше занимать и изымать ресурсы у частного бизнеса, повышать ставки, объяснил он. Банки всегда готовы помочь Минфину с заимствованиями, тут же заверил глава ВТБ Андрей Костин, словно подтверждая опасения Силуанова: «Мы всегда рядом». И обратился к президенту «Русала» Олегу Дерипаске, которому модератор передал слово: «Пожалуйста, как Игорь Иванович, тоже оживите дискуссию». «Нет, мы так рисковать не можем», – вздохнул Дерипаска.

 

Но несколько замечаний есть, признался Дерипаска: «Я не уверен, что нужны сейчас инвестиции. Мне кажется, нужно разобраться вообще в экономической политике. Я так чувствую, что в ближайший год вряд ли мы придем к чему-то определенному. Это тоже хорошо: кого-то 30 лет водили по пустыне». Когда долларовый ВВП стремится к уровню 1998 г., на инвестиции лучше не рассчитывать, и занимать под 12% в валюте тоже никто не будет. “Ресурсы очень дорогие. Финансовая система – ростовщическая. Извиняюсь, вырвалось”, – глянул он на хозяев форума. “Пожалуйста, пожалуйста”, – подбодрил Дерипаску модератор сессии, первый зампред ВТБ Юрий Соловьев. Экономическая политика должна заключаться в поддержке спроса, заключил Дерипаска: нужно поддерживать не только крупные компании, но и их потребителей – малый и средний бизнес.

 

Гендиректор и основной владелец «Магнита» Сергей Галицкий выразился еще четче: «Рост [экономики] зависит от потребностей, а единица потребления в экономике – это человек». Увеличение продолжительности жизни приведет к росту спроса, но в это почти никто не инвестирует, указал он: например, пенсионные деньги могли бы пойти на инфраструктуру, снижая смертность на дорогах, но ими распорядились не так. «Я бы обратил внимание на то, как мы относимся к человеческой жизни, – посоветовал он. – Человеческая жизнь в XXI веке – это главный ресурс».

 

Выступление Галицкого очень порадовало, призналась председатель ЦБ Эльвира Набиуллина: «Иначе начало складываться впечатление, что вся наша модель – это сколько налогов взять с нефтяного сектора». Стало понятно, кому именно оживить дискуссию все-таки удалось.

 

Благо для Дерипаски

 

С Дерипаской Набиуллина согласилась в том, что спрос первичен, и не согласилась в том, что рост при высоких ставках невозможен: «Возможен». Доля кредитных ресурсов в инвестициях – 10-20%, основной источник – средства компаний; в первом полугодии прибыль компаний выросла на 40%, но они ее не инвестировали, констатировала она. Чтобы капитал пошел в те ниши, где есть спрос, нужна справедливая конкуренция, снижение административных барьеров и весь набор мер, «о которых даже скучно говорить», вздохнула Набиуллина: но без создания хорошего делового климата не будет экономического роста, как бы ни хотелось простых решений, заключила она, – это и есть ключевой вопрос экономической политики. Дерипаска согласился, что есть вещи похуже кабальных условий кредитования: «Что сейчас происходит в судебной системе – уже ни в какие ворота, это наибольший риск для ведения бизнеса – даже больший, чем высокие процентные ставки».

 

Государство не может инвестировать, а частный бизнес не хочет, перефразировал еще одну цитату модератор, резюмируя выступления бизнесменов.

 

ЦБ поддержит экономику снижением инфляции, заверила Набиуллина: «Чтобы инвесторы принимали осмысленные, просчитываемые решения в предсказуемых условиях». А стоит ли рассчитывать на пенсионные деньги, поинтересовался предсказуемостью модератор у Силуанова. «Рассчитывать, безусловно, стоит, – ответил министр. – Надеюсь, 2016 г. – последний, когда принимаем мораторий».

 

Взявший слово хозяин форума Костин тоже попытался оживить дискуссию, заявив, что кризиса нет, а кто считает иначе – либо молод и не помнит 1998 г., либо имеет короткую память: «Мы не ощущаем себя в кризисе». Банков вот только много – 774, хотя в 200 из них сосредоточено 97% активов банковского сектора – остальные его засоряют, возмутился Костин: «Банковский бизнес – это вам не булки печь!» С кредитованием у банков тоже проблем нет – была бы потребность, заявил он.

Но если сегодня малый и средний бизнес не востребован в стране, если для них нет поля деятельности – какой смысл кредитовать, это будут только невозвратные долги, – возразил он Дерипаске.

Набиуллина возразила Костину, что у малых банков есть своя ниша, и у ЦБ нет цели сокращать их количество – только недобросовестных игроков. «Для матери банковского сообщества каждое дитё одинаково любимо», – умилился Костин. «Ну да, а мы – падчерицы банковского сообщества», – мрачно заметил Дерипаска. Кризис, конечно, есть, возразил он Костину: санкции сильно исказили условия, доступ к рынкам капитала почти исчез.

Олег Владимирович - мой друг и очень хороший давний клиент, но лишение его доступа к рынку капитала - это благо для него, потому что сколько денег ему ни дай - он все их куда-то употребит, – пожурил клиента Костин.

Пик кризиса

 

Вторая сессия была посвящена общению президента Владимира Путина с инвесторами. Он не стал выступать с речью, но более полутора часов отвечал на вопросы. Место ведущего занял Костин, доложивший президенту итог предыдущей дискуссии

 «В целом сошлись, что ситуация в стране под контролем, политика понятная.

После того как выступили самые лучшие экономисты, финансисты и банкиры, вряд ли что-то можно добавить по существу, сказал Путин: «Весь смысл моего присутствия сводится к тому, чтобы сказать, что я их поддерживаю». Президент похвалил правительство и ЦБ за «высокий уровень ответственности, последовательности и способности добиваться результатов». Это тоже хорошая предпосылка для того, чтобы инвестировать в Россию, заключил Путин и напомнил, что в III квартале Россия получила чистый приток капитала впервые со II квартала 2010 г.: «Думаю, коллеги уже сказали». Но про сей факт лучшие экономисты, финансисты и банкиры упомянуть как-то забыли – то ли из-за споров о нефтянке, то ли просто из-за того, что приток был не совсем капиталом: он сформировался в основном за счет сокращения зарубежных активов российских компаний и банков, распродававших их для погашения долга в связи со сложностями его рефинансирования.

 

Пик кризиса в экономике если еще не пройден, то уже достигнут, сообщил Путин, ситуация стабилизировалась, экономика приспосабливается к новым условиям. Скромные прогнозы цены нефти – около $50/барр. – дают возможность концентрироваться на главной задаче, которую в таких условиях решать даже легче, чем при дорогой нефти, заявил Путин: «А задача эта – структурные изменения в нашей экономике».

 

На вопрос президента Siemens в России о перспективах участия в строительстве высокоскоростного движения Путин заверил, что высоко ценит немецкий бизнес, который «не шарахается из стороны в сторону в связи с политической конъюнктурой», но если доступ России к европейскому финансированию ограничен, то наилучшие перспективы участия – у Китая. Представителей ЮАР, напротив, беспокоило, что Китай активно инвестирует в Африку, а Россия – нет. Не надо бояться никаких инвестиций, успокоил Путин.

 

Инвесторов из США интересовало, может ли Россия ограничить свободу движения капитала и как сочетается очередной мораторий на пенсионные накопления с последовательной и долгосрочной экономической политикой. То, что накопления замораживаются не первый год, как раз говорит о последовательности политики, пошутил Путин. Это связано с нехваткой средств у пенсионной системы, объяснил он, пообещав, что в будущем накопительная система будет развиваться. По ограничению движения капитала никаких шагов не планируется, заверил Путин. Российский инвестор пожаловался на Костина, что тот не хочет кредитовать малый бизнес. «Не передергивайте!» - рассердился Костин.

Передергивайте, передергивайте, – разрешил Путин.

На просьбу прокомментировать заявление президента США Барака Обамы, что Россия теряет лидерство в Сирии, Путин сказал, что дискутировать об этом не собирается: «В Сирии может быть только один лидер – сирийский народ». Россия действует в строгом соответствии с Уставом ООН в отличие от «коллег во главе с США», действующих без резолюции Совбеза ООН и без приглашения сирийских властей, подчеркнул он. И к тому же действующих безуспешно, продолжил Путин: «Сейчас сообщили, что с самолетов доставляют свободной сирийской армии боеприпасы, амуницию, – где она, эта свободная сирийская? Если куда-то сбрасывают с воздуха – не попадет ли это все опять в руки ИГИЛ? Где гарантии, ведь только что это произошло!» Говорят – наши летчики наносят удар не по тем целям, не по ИГИЛ, продолжил он: «Мы проинформировали заранее руководство США – США никогда этого не делали, а мы впервые это сделали из уважения и желания наладить рабочий контакт. Теперь нам говорят: а) мы не готовы с вами сотрудничать и б) вы наносите удар не по тем целям. Мы попросили: дайте нам те цели, которые вы считаете 100% террористическими. Нет, мы к этому не готовы, был ответ. Мы подумали и задали еще один вопрос: тогда скажите нам, куда не надо бить. Тоже никакого ответа!» - возмутился Путин.

Экономическая дискуссия продолжается, – попытался Костин призвать инвесторов держаться темы форума, но следующий вопрос тоже был про Сирию и ИГИЛ.

«Может, все-таки к пенсиям вернемся?» – уже почти безнадежно предложил Костин залу, но следующий вопрос был про диалог с Турцией по Сирии.

 

На вопрос об устойчивости перемирия с Украиной Путин ответил, что выполнение минских соглашений зависит не от России, а от США, Европы и Киева, но им легче переложить все проблемы на Москву. Путина, в отличие от ведущего, вопросы про политику не смущали, он отвечал охотно и дважды продлевал время на «последние три вопроса». И только самый последний из них оказался, наконец, про нефтянку и целесообразность ее поддержки. Путин примирил позиции Улюкаева и Силуанова: стремясь к диверсификации экономики, не надо подавлять эффективно работающую отрасль, заключил он.

Поделитесь с друзьями
Оставить комментарий
Рубрики
Аналитика
Еще от Ведомости