Курсы валют
USD 64,1528 0,4721
EUR 68,4703 0,8541
USD 63,8 800 0,0025
EUR 68, 1575 0,0850
USD 63,8333 0,0000
EUR 68,08 51 0,0009
USD 70,0400 64,1000
EUR 77,6200 68,3500
покупка продажа
70,0400 64,1000
77,6200 68,3500
28.11 — 05.12
64,7500
69,7500
BRENT 54,28 −0,15
Золото 1175,89 0,01
ММВБ 2128,99 −0,20
Главная Новости Аналитика Китайское торможение: дело не только в пузырях
Китайское торможение: дело не только в пузырях

Китайское торможение: дело не только в пузырях

Источник: Ведомости|
13:20 1 сентября 2015
Китаист Александр Габуев о том, каких проблем в экономике КНР стоит и каких не стоит бояться.
Китайское торможение: дело не только в пузырях
Фото: Kim Kyung-Hoon / REUTERS

Еще недавно Китай, куда отправляется Владимир Путин, казался многим представителям российской элиты источником надежд на чудесное избавление от последствий ссоры с Западом. Рост Поднебесной должен был обеспечить дополнительный спрос на сибирское сырье, финансовые институты КНР – заменить западные рынки капитала, китайские ноу-хау – помочь безболезненно пережить разрыв технологических связей. Теперь же, несмотря на очередные десятки готовящихся к подписанию соглашений, Китай едва ли не основной источник тревоги для крупных чиновников, госкапиталистов и олигархов.

 

Начавшийся в июне коллапс фондовых бирж КНР уже похоронил под обломками капитализацию в $4,5 трлн (почти три российских ВВП). Решение Народного банка Китая 11 августа девальвировать юань на 1,9% вызвало волну сравнений с азиатским кризисом 1998 г., столь памятным в России. На людей, принимающих решения, начали сыпаться доселе неведомые многим цифры и факты – превышающий 280% ВВП долг Китая, города-призраки и миллионы пустующих квартир, рисованная статистика, загадочный теневой банкинг. Ажиотаж, с которым обсуждаются теперь эти цифры и факты, напоминает задор, с каким еще год назад обсуждался размер активов китайских банков ($3,32 трлн у крупнейшего в Китае ICBC), только с противоположным эмоциональным зарядом. Было от чего прийти в уныние.

 

Насколько велики проблемы Китая на самом деле? И чего именно следует опасаться, глядя на события в КНР из России?

 

Проблемы китайской экономики не новость. Среди них есть те, которых бояться не надо, какими бы страшными они ни казались на первый взгляд. И есть проблемы, которые поначалу не видны даже при внимательном изучении экономических показателей, – они самые опасные.

 

Вряд ли стоит бояться недавнего краха китайских бирж. Фондовый рынок в КНР – настолько зарегулированное и населенное спекулянтами пространство, что движение индексов почти не отражает состояния реальной экономики. В 2002–2005 гг. индексы Шанхая и Шэньчжэня упали на 55% за четыре года, а экономика выросла почти на ту же величину. Волатильность рынка хорошо известна, а потому банки редко берут акции в залог по кредитам – таких залогов всего 1%. Соответственно, знакомой россиянам картины, когда падение биржи провоцирует margin calls и обесценение залогов с цепной реакцией по всей экономике, в Китае ждать не стоит.

 

Падение биржи вряд ли вызовет и массовые социальные волнения. Цифра в 90 млн клиентских счетов мало что говорит о реальном количестве инвесторов, учитывая наличие двух бирж и различных схем, когда трейдеры открывают счета на паспортные данные крестьян, купленные в глубинке. Точных цифр нет, но оценки говорят примерно о 40–50 млн активных розничных инвесторов. Вполне возможно, конечно, что за некоторыми счетами стоят структуры теневого банкинга, управляющие средствами многих людей. Но данных нет, а главное – все три месяца биржевого кризиса нет никаких видимых признаков связанных с ним уличных волнений.

 

Опасения по поводу экспорта более серьезные. Его падение в июле на 8,8%, похоже, стало последней каплей, которая заставила Народный банк Китая перевести юань в режим чуть более свободного плавания. Роль экспорта в экономике снижается (22,6% ВВП в 2014 г. против 30,6% в 2004 г.), но его значение для занятости по-прежнему велико – особенно для восточных провинций, где экспортные предприятия образуют сплошные агломерации. Например, в 106-миллионном Гуандуне, главном моторе китайской «фабрики мира», количество рабочих мест в ориентированных на экспорт отраслях за прошедший год сократилось на 5 млн до 13,3 млн. Правда, коллапсом экспортного сектора Китай пугали и в 2000 г., когда он вступал в ВТО, и особенно в 2008–2009 гг. (обвал на 20%). Опыт показывает, что в горизонте 1–2 лет китайские власти умеют контролировать ситуацию.

 

Долги – самая болезненная, хотя и не новая проблема. По оценкам McKinsey, в 2014 г. уровень долга в КНР составлял $28 трлн – 282% ВВП. Значительная часть этих кредитов относится на долю теневого банкинга – неподконтрольного регуляторам механизма выдачи кредитов тем, кто не может получить деньги в банковской системе, заточенной на поддержку госкомпаний (деньги в эти инструменты несут граждане, недовольные едва перекрывающими инфляцию ставками по депозитам). Второй источник – «локальные финансовые платформы», с помощью которых местные власти занимают деньги на финансирование высокодоходных и высокорискованных операций – в основном с объектами недвижимости. Объем средств в теневой части финансовой системы оценивается в триллионы долларов. Беспокойство вызывают и выданные госбанками кредиты – хотя доля просроченных ссуд не превышает 2%, самые рискованные кредиты, очевидно, находятся за балансом.

Поделитесь с друзьями
Оставить комментарий
Читать наВедомости
Рубрики
Аналитика
Еще от Ведомости